Чтение онлайн

Он не преступник! Не преступник!

У меня начинается самая настоящая истерика. Я как будто задыхаюсь. Грудь ломит, а по вискам стучит молотком.

Краем глаза замечаю, что охранник уже направляется ближе в мою сторону, видимо, заметив, что мне плохо. Чтобы тот не успел подойти, я нахожу в себе силы оттолкнуться от стены и буквально рвануть к своей комнате.

— Марианна Робер...

— Со мной всё хорошо. Всё хорошо... — выдыхаю и несусь дальше, пока не оказываюсь в спальне, чувствуя, как энергия окончательно покидает меня.

Оседаю на пол рядом с кроватью и зажимаю голову между колен.

Как же тошнит... Мне плохо...

"Так вот, в чём был твой план, Север? И вот почему ты был таким услужливым в последнее время? Хотел успеть поиметь меня прежде, чем вернуть отцу? Моему папе, который всегда меня любил больше жизни, а теперь ты хочешь сказать, что он насильник и преступник?!"

Начинаю раскачиваться, как ребёнок из стороны в стороны, не сдерживая поток слез.

Я не позволю тебе раздавить моего папу, используя меня... Я раздавлю тебя сама... Раздавлю...

Я пожалела тебя?! Наслаждалась поцелуем с тобой?!

Я тебя ненавижу! Презираю!

Ты сказал, что у тебя нет души, Север... Посмотрим, что ты скажешь, когда на самом деле её лишишься...

Я ампутирую твою душу. Найду её и вырву с мясом.

Шаги за дверью заставляют меня насторожиться. Резко поднимаюсь с пола и укладываюсь на постель под одеяло, сделав вид, что сплю.

Это Север заходит в комнату. Я слышу шорох одежды — он раздевается и ложится рядом. Вот так вот просто. Только обсуждал, как планировал поиметь меня из мести, а сейчас укладывается рядом и обнимает меня за талию, да ещё и с такой нежностью, что слезы сильнее начинают течь по щекам. Придётся до боли прикусить губу, чтобы не сбросить его руку от злости и отвращения, чтобы не вскочить и не убежать из спальни.

Я сделаю это завтра. Как только он уедет.

Я сделаю так, что он будет молить о пощаде у моего отца! Что он будет просить прощения!

Он ошибся... Мой папа не мог. Это всё чушь! Я докажу ему! Я не позволю разрушить мою семью... Мы не виноваты... Я не виновата... Господи...

Глава 12

Марианна

Утро начинается с тревоги. С сумасшедшей тревоги. Я прислушиваюсь к каждому звуку, не открывая глаз.

Север одевается. И я знаю, куда. Он собирается разрушить жизнь моей семьи. А моя цель — не позволить этому случиться.

Главное набраться терпения и не торопиться. Дождаться, когда он и Игнат уедут.

Мне приходится с трудом зажмуривать глаза и сдерживать отвращение и злость, когда Ренат наклоняется и целует меня в лоб, думая, что я сплю.

Он что-то говорит на арабском. Затем добавляет на русском. Шёпотом.

— Прощай, хабиби...

Ненавижу.

Как же я тебя презираю.

Снова дурацкие слёзы начинают жечь глаза.

И когда Север, наконец, выходит из комнаты, я даю им волю. Они текут по щекам. Обжигают щёки и губы.

Я не должна расклеиваться. Наоборот, мне надо собраться и привести себя в порядок. Сегодня будет трудный день...

Яростно вытерев слёзы, я поднимаюсь на постели и какое-то время выжидаю. Они должны уехать подальше. Сколько требуется времени? Часа хватит?

Мне ведь нужно успеть до того, как Север исполнит задуманное. Я должна сбежать и связаться с отцом. Максимально быстро.

Нервное напряжение сводит меня с ума. Я начинаю расхаживать по комнате, пытаясь сообразить, что необходимо взять с собой и как лучше выбраться. Примерно через тридцать минут после ухода Рената, я решаю пойти в комнату к Стефе.

Я не могу оставить подругу здесь. И если она узнает, почему нас действительно похитили, вряд ли захочет остаться сама.

Набросив на себя абайю, я осторожно открываю дверь и выглядываю.

Странно, но охраны нет. Наверное, это должно меня насторорожить, но вместо настороженности я испытываю самое настоящее облегчение. Возможно, они просто отошли или ещё что-нибудь, но это в любом случае даёт мне свободу действовать.

Придерживая абайю, тут же бегу к номеру Стефы, предусмотрительно оглядываясь. Сначала тихонько стучу, затем заглядываю внутрь.

— Стеф? Ты тут?

Во вчерашнем разговоре не было ни слова про судьбу Стефании. Не знаю, плохо это или хорошо, но я всё равно не оставлю подругу.

— Да... — слышу слабый голос, а когда вхожу, никого не вижу, лишь приоткрытая дверь санузла указывает на то, что Стефа там.

— Господи... Что с тобой? Тебе плохо?

Залетаю в туалет и обнаруживаю подругу, склонившейся над унитазом.

— Проснулась вот и как затошнило. Ужас. Видимо, чем-то отравилась или вирус подхватила, хотя температуры нет.

Подруга плюхается на пол и опускает голову между коленей.

— Ну и жесть... Давно меня так не полоскало. Ты не знаешь, Рин, где Игнат с Ренатом? Я попросила на ресепшене вызвать врача. Вот жду. Когда проснулась, Игната уже не было...

Я присаживаюсь на корточки рядом со Стефанией и смотрю на неё с откровенным состраданием.

— Стеф...

— Только не смейся, что я так за него переживаю. Знаю-знаю, ты считаешь, что он преступник... Но я так к нему привязалась...

— Стеф... Послушай... У тебя месячные когда должны прийти? Ты... вы с Игнатом предохранялись всё это время?

Судя по покрасневшему лицу Стефы, моя догадка оказывается верна.

Я в отчаянии опускаю голову.

— Господи, Стефа...

— Ты думаешь, он бы мне позволил использовать котнрацептивы?