Чтение онлайн

Наверное, поэтому я его простил, даже когда узнал, что он на связи с Камилой, что время от времени сливает ей то, как у меня дела… Случайно увидел их переписку и первое, что почувствовал- дикую ярость… Хули он писал Камиле? Бесцеремонно открыл телефон и стал читать, прокручивая вверх. Все обо мне… Она спрашивает… Все время спрашивает… И пока было следствие, и пока в тюряге был, и теперь… Давно, правда, не спрашивала… Вот, за два месяца первая смска пришла сегодня, ее и увидел. Бляя… И зачем я только это увидел… Я навру, если скажу, что факт наличия у нее ко мне интереса после всего не разлился по моим венам приятной волной удовольствия… Конечно, мне было… важно, что ей не посрать… Вопрос был в другом. Я запретил себе думать о ней, запретил себе лезть в ее жизнь, запретил себе думать, что имею на нее хоть какое-то право… Оборвал все связи с ней, преднамеренно укатил на другую часть света, чтобы физически дистанцировать себя от нее… А тут такой соблазн… Наличие канала связи, мать его… Вот она, в сети, на другом конце… И мой конец так реагирует, что впору пойти и передернуть… Только не поможет…

— Если бы ты ни был моим другом, я бы назвал тебя крысой и сукой, Руслан, — так и сказал ему, когда тот зашел и вопросительно уставился на то, как я рыскаю в его телефоне… — Не говоря уже о том, что ты на связи с моей женщиной за моей спиной… У нас на Кавказе и не за такое бы тебя кастрировали…

— Она больше не твоя женщина, Алмаз. Ты все время забываешь… — Руслан знал, как нокаутировать меня словами… Больше ничего объяснять мне не стал.

Ужаснее всего было то, что он, сука, прав… Пошел снова бить грушу… С недавних пор я взял себе на попечение четверых молодых бойцов… Позанимался с ними хорошенько, поспаринговался. Они приезжали три раза в неделю и проводили с нами интенсивные тренировки почти весь день. Для меня- новый опыт, новая возможная карьера наставничества. Для них- возможность прикоснуться, мать его, к «легенде». Звучало помпезно, но позиционировалось в их кругах именно так… Глобально же я ввязался в это, потом что просто хотел в перспективе иметь возможность просто соскочить на тренерство, без всех этих громких шоу, так изматывающих морально и физически.

— Пойдем сегодня проветримся, хочется кого-нибудь трахнуть, — сказал Руслану, вытирая пот с торса после очередной изнурительной тренировки…

Тот усмехнулся. Как-то знающе. Меня всегда эта его ухмылка раздражала…

— Чего, опять не в духе, Алмаз? Фотки Ее шерстил в интернете?

— Иди на хер, Руслан… — он знал о всех моих повадках лучше, чем я сам.

— Алмаз, определись уже… Она либо нужна тебе, либо не нужна… Так же невозможно… Ты сколько раз в неделю проверяешь поисковики, забивая ее имя? Когда ты не находишь про нее ничего нового, ты злишься, когда находишь, тоже злишься… Ну сколько это будет продолжаться… Страдаешь- поезжай к ней… Либо забудь, выкинь… Я не знаю, что между вами произошло, но глобально это уже не смешно, ни в какие рамки не лезет… Ну хорошо, трахнешь ты очередную телку, а потом? В твоем возрасте надо иметь как минимум постоянную партнершу, я уже молчу про семью, детей…

Он осекся, понимая, что сболтнул лишнего… Да, у меня ведь типа была и семья, и дети даже намечались, только я все просрал…

— Ничего, Руслан, не напрягайся так, а то такое ебало сделал, что сейчас заплачешь. Поверь мне, этим ты меня не зацепил… женитьба на Мадине была ошибкой. Рад, что она послала меня на хрен, как только оклемалась и надеюсь, у нее теперь все хорошо… Так что в чем — в чем, а в этом драмы никакой нет…

Руслан фыркнул,

— Еще бы, нехорошо. Сколько ты ей оставил бабла? Миллионов десять? Неплохо так, побыть пару месяцев замужем и срубить такое бабло…

Мне не было жаль денег на Мадину. Она правда изрядно настрадалась со мной. И я был уверен, не засунь я ее в такую тошнотворную ситуацию- не унизь своей страстью с Лалой, открытым романом с Барби, похуизмом в отношении ее тяжелой беременности, она бы никогда сама меня не оставила… Она любила меня той классической любовью, которую прививают нашим девушкам на Кавказе к своим будущим мужьям с самого раннего детства- обожание, покорность, смирение, желание угодить… Просто я этой любви не оценил, она мне на хер была не нужна… Мне было в стократ кайфовее гореть в жажде и ревности по Лале, изнемогая одновременно от презрения и обожания…

Руслан ничего не знал о нас, о нашей страшной правде, поэтому мои терзания казались ему просто битвой со стояком, залипанием на бывшей девушке… Он не знал всего того ада, который наваливался на меня, стоило только опуститься ночи — и я оставался один на один со своими мыслями о прожитых годах… Всю жизнь мне казалось, что я защитник, что я сильный, что я смогу постоять за тех, кого люблю, что я призван оберегать их… Когда уводил Лалу за собой, лишал ее права выбора и голоса, делал это, потому что был уверен в своих силах, думал, что знаю, как лучше… А ни хера я не знал… Получается, все эти годы это не я ее, а она меня защищала- от боли, от страшной правды, от того, чтобы в секунде от успеха сломать себе жизнь, не достичь той цели, к которой так долго шел… То, что я был вдали от Камилы, было связано не с тем, что она или я этого хотели, хотя я и не исключал, что после того, как наша страсть приобрела бы более насыщенную, выдержанную форму, переросла бы в более крепкий, семейный формат отношений, ее иллюзии относительно моей непогрешимости, ее обожание меня бы улетучились, уступив место горькому разочарованию, невольному пониманию, что это из-за меня она столько страдала, что ничего «такого» вовсе и нет во мне. Моя ссылка от Камилы была моим собственным наказанием… Приговором, который вынес себе я сам… Поэтому ни разговоры с ней, ни попытки замирения не помогли бы… Как не поможет и поиск новой постоянной подруги. Женщины, кроме нее, никогда не будут впредь существовать для меня в формате, выходящем за рамки простой формулы удовлетворения разовой, животной потребности… Вот только объяснять все это Руслану я не собирался… Не его это дело…А потом произошло то, чего я никак не ожидал… Что в очередной раз перевернуло мою жизнь, разделило ее на вехи…

Был обычный декабрьский день. Здесь о приближении нового года и рождества говорили только украшенные улицы и передние дворы домов. А так-лето круглый год… За это и любил эти края… Если только не считать ураганов, но и к ним привыкаешь со временем…

Зашел Руслан. Какой-то неестественно бледный, странный. Словно колебался, не знал, говорить мне или нет…

— Алмаз, тут такое дело… Я сейчас смотрел российские новости… Там… трагедия… Ну или не знаю, как это правильно назвать… Короче, где-то там, недалеко от вашего села, строят отель горнолыжный… Так вот, сошла мощная лавина после серии подземных толчков…

— Плохо, — сухо ответил я, — но это ведь не редкость в горной местности. Какой идиот вообще будет строить отель в таком месте? У нас горы другие, вечно то сели, то оползни, то лавины, это тебе не Альпы… Кавказские горы в зоне повышенной сейсмической активности, потому что самые молодые, потому что на стыке тектонических платформ… Это все школьники в каждой селухе у нас знают… А эти не знали? Какие на фиг курорты… Кого они там катать собрались, баранов? Поделом… Главное, чтоб людей мало пострадало…

Руслан смотрел на меня как-то нехорошо… Не понравился мне тогда этот взгляд.

— Она там, Алмаз… Она строит этот отель… И она, судя по всему, сейчас погребена под лавиной… Идут спасательные работы, но… Пока тяжело что-то сказать… Никто не знает, есть ли выжившие… Что вообще на местности происходит, так как снегопад не прекращается и видимость почти нулевая.

Я попросил его повторить. Не поверил. Сердце пропустило несколько ударов. Нет. Нет. Ну нет. НЕТ!

Подбежал к нему и схватил за шкирку.

— Ты сейчас пиздишь?! Это шутка такая тупая? Хули ей делать в горах? Она в Дубае прекрасно живет, все у нее заебись!

— Алмаз, я не вру… Сход лавины произошел полчаса назад. Вон, включи новости… Крутят с пометкой «срочно»…

Я начал судорожно тыкать по переключателю пульта, пытаясь отыскать российский новостной спутниковый канал. Телевизор я особо не смотрел, так что то и дело нажимал на проклятом пульте что-то не то, заходил в какие-то дурацкие меню и прочую херню, которыми сейчас натыкивают современные смарт-телевизоры непонятно, зачем.

Плюнул на это дело, отшвырнул пульт об стенку. Залез в новостную ленту в телефоне. Правда…

— Ну-ка, давай, набирай ее быстро! У тебя же есть ее номер! Давай, при мне!

Я даже не говорил, я просто орал…

Он молча выполняет то, что я «прошу» — на другом конце «абонент не доступен».

И тогда, конечно, я делаю то, что должен был сделать еще, сука, пятнадцать лет назад… Я быстро хватаю из сейфа бабки и паспорт и выбегаю в машину, на ходу заказывая себе срочный вылет в республику. Никаких на хер регулярных рейсов через Москву — чтоб самолет сразу прилетел туда, как можно быстрее… Цена вопроса не имеет значения, даже если придется вывернуть все карманы… И да, удовольствие дорогое, но, сука, речь идет о моей Лале… О моей жизни… Если бы я пятнадцать лет назад вот так бы наплевав на все, даже на ее мнение, делал бы то, что было на сердце моем, может и не было бы сейчас всей этой адской боли между нами…