Чтение онлайн

— Что за черт?! Рони, позвоните в центральный офис. Скажите шерифу, чтобы он приехал сюда.

— Пойдем. — сказал Даниэль, потянувшись за ее рукой. Она доверчиво вложила свою ладошку в протянутую руку, грустно погладила крест на надгробии мистера Локвуда, а затем позволила Даниэлю увести себя с кладбища, пройдя мимо могил вдоль ограды. Они вернулись к искореженному проёму в ограде, и проскользнув в него, скрылись в дубовой роще. Внезапно Люси почувствовала, что будто врезалась в холодную стену из воздуха. Она огляделась и увидела в ветвях над ними три небольшие, бурлящие Тени, висящие вниз головой, как летучие мыши.

— Скорее! — скомандовал Даниэль. Когда они проходили мимо, Тени отпрянули и зашипели, понимая, что не стоит связываться с Люси, пока Даниэль рядом с ней.

— Теперь куда? — спросила Люси, когда они остановились на краю дубовой рощи.

— Закрой глаза. — сказал он.

Она закрыла. Руки Даниэля обняли её сзади за талию, и она почувствовала, как его сильная грудь прижалась к её плечам. Он поднял её над землёй, где-то на фут, потом выше, пока мягкая листва на верхушках деревьев не заскользила по плечам, щекоча шею, когда Даниэль проносил её сквозь ветки. Ещё выше, пока она не почувствовала, что они вырвались из леса в сияющее утреннее солнце. Ей хотелось открыть глаза, но она интуитивно чувствовала, что это будет уже чересчур. Она еще не была уверена, что уже готова к этому. К тому же ей было вполне достаточно ощущения чистого воздуха и ветра, бьющего в лицо и запутывающегося в волосах. Более чем достаточно. Это было то самое восхитительное чувство, как то, которое она испытывала, когда сияющий фиолетовый столб света спас ее и вынес из библиотеки — очень похоже было на катание в волнах в океане. Теперь она точно знала, что и тогда её нёс на своих крыльях Даниэль.

— Теперь можешь открыть глаза, — тихо сказал он. Люси снова ощутила под ногами твердую землю и увидела, что они оказались в единственном месте на земле, где ей хотелось быть. Под деревом магнолии на берегу озера. Даниэль крепче обнял её.

— Мне хотелось принести тебя сюда, потому что это место, лишь одно из многих, где я безумно хотел тебя поцеловать все эти несколько недель. Я едва не лишился этой возможности, когда ты прыгнула в воду.

Люси встала на цыпочки и откинулась, чтобы поцеловать Даниэля. В тот день она тоже ужасно хотела его поцеловать, а теперь ей это просто необходимо. Его поцелуй был единственным, что заставляло её чувствовать себя хорошо. Единственным, что её успокаивало, и напоминало о том, что необходимо идти вперёд, даже если Пенни уже не могла. Нежное давление его губ несло спасение подобно тому, как согревал каждую клеточку её заледеневшего тела горячий чай в посреди зимней стужи. Он слишком быстро отстранился и печально посмотрел на неё.

— Правда есть и другая причина, по которой я принёс тебя сюда. У подножия этой скалы начинается тропинка, которая приведет тебя в безопасное место.

Люси опустила глаза. — О!

— Мы ведь не расстаемся навеки, Люси! Надеюсь, это даже не прощание надолго. Нам просто нужно время, чтобы понаблюдать за тем, как всё… развивается. — Он пригладил её волосы. — Пожалуйста, ни о чём не беспокойся. Я обязательно вернусь. Я не позволю тебе уйти, пока ты этого не поймёшь.

— В таком случае я отказываюсь понимать. — хмуро ответила она. Даниэль рассмеялся.

— Видишь вон ту поляну? — Он показал куда-то за озеро, где, примерно в половине мили отсюда, в лесу была небольшая прогалина — плоский травянистый холмик. Люси прежде его не замечала, но теперь она увидела маленький белый самолёт: на концах его крыльев мигали красные огоньки.

— Это за мной? — спросила она. Теперь, когда всё случилось, вид самолёта только расстроил её. — Так, куда я пойду? — Она не могла поверить, что покидает это место, место, которое она ненавидела, но в котором за несколько недель с ней случилась так много волнующих событий. Что же будет с этим местом дальше? — Что будет со школой? И что я скажу своим родителям?

— Пока попытайся не волноваться. Как только окажешься в безопасности, мы займёмся всем, чем нужно. Твоим родителям может позвонить мистер Коул.

— Мистер Коул?

— Он на нашей стороне. Люси. Ты можешь ему доверять.

Но она доверяла мисс Софии. Мистера Коула она едва ли знала. Он казался таким заумным. И еще эти усы… Ей придётся оставить Даниэля и лететь на самолёте с учителем истории? Её голова раскалывалась.

— Тут есть тропинка, которая ведёт к воде, — продолжал Даниэль. — Мы могли бы туда спуститься. — Его рука обвилась вокруг её талии. — Или, — предложил он, — мы могли бы поплавать.

Держась за руки, они стояли на краю красной скалы. Хоть они и оставили обувь под магнолией, на этот раз возвращения не предполагалось. Люси подумала, что ей не хватит духу прыгнуть в холодное озеро прямо в джинсах и топе, но стоило Даниэлю улыбнуться ей — и она поняла, что это то единственное, что сейчас стоит сделать. Они подняли руки, и Даниэль сосчитал до трёх. Их ноги одновременно оторвались от земли, тела одинаково выгнулись в воздухе, но вместо того, чтобы падать вниз, как инстинктивно ожидала Люси, Даниэль потянул её выше, держа за самые кончики пальцев.

Они летели.

Люси держала своего Ангела за руку, и они летели. Казалось, деревья кланяются им. Её тело было легче воздуха. Ранним утром луна ещё была видна над лесом на горизонте. Она нырнула ниже, словно Даниэль и Люси были воздушным потоком. Вода текла под ними, серебрясь и приглашая.

— Ты готова? — спросил Даниэль.

— Я готова. — Люси и Даниэля понесло вниз, к глубокому, прохладному озеру. Сначала они коснулись поверхности пальцами, самое долгое погружение, которое кто-либо делал когда-нибудь. Люси ахнула от ощущения ледяной воды, а затем начала смеяться. Даниэль снова взял ее за руку, и жестом предложил ей присоединиться к нему на скале. Сначала он выпрыгнул сам, затем нагнулся и поднял ее. Тонкий и мягкий мох послужил ковром для них обоих, когда они растянулись на нем. Капли воды покрывали его грудь. Они лежали на боку лицом друг к другу, опершись о локти. Даниэль положил свою руку ей на бедро.

— Мистер Коул будет ждать, пока мы не доберемся до самолета, — сказал он. — Это наш последний шанс побыть наедине. Я думал, мы могли бы по-настоящему попрощаться здесь. Я дам тебе кое-что, — добавил он и полез во внутренний карман, достав оттуда серебряный медальон, который она видела на нем в школе. Он положил цепочку в раскрытые ладони Люси, и она поняла, что это медальон, с выгравированной на нем розой.

— Раньше, он принадлежал тебе, — сказал он. — Очень давно.

Раскрыв медальон, Люси обнаружила внутри крошечную фотографию под стеклом. Это была фотография с ними, смотрящими не на камеру, а вглядывавшимися друг другу в глаза, и смеющимися. Волосы Люси были короткими, как и сейчас, а на Даниэле был галстук.

— Когда она была сделана? — спросила она, держа медальон. — Где это мы?

— Я расскажу тебе, когда мы в следующий раз увидимся, — сказал он. Он поднял цепочку над ее головой, и надел ее ей на шею. Когда медальон коснулся ее ключицы, она смогла почувствовать пульсирующее из его глубины тепло, согревавшее ее холодную, мокрую кожу.

— Мне он очень нравится, — прошептала она, касаясь цепочки.

— Я знаю, что Кэм тоже дарил тебе то, золотое ожерелье, — сказал Даниэль.

Люси не думала об этом с тех пор, как Кэм одел его ей в баре. Она не могла поверить, что это было только вчера. От мысли о том, что она носила его, ее затошнило. Она даже не знала, где сейчас было то ожерелье, да и не хотела.

— Он надел его на меня, — сказала она, чувствуя себя виноватой. — А я не смогла…

— Я знаю, — сказал Даниэль. — Что бы ни случилось между тобой и Кэмом, это не твоя вина. Каким-то образом его ангельское обаяние осталось при нем, когда он пал. Так что он просто немного жульничал.

— Я надеюсь, что никогда его снова не увижу. — Она вздрогнула.

— Я боюсь, что это может случиться. И там много таких, как Кэм. Ты просто должна доверять своему внутреннему голосу, — сказал Даниэль. — Я не знаю, как долго тебя будет преследовать все, что случилось в нашем прошлом. Но в то же время, если ты почувствуешь инстинктивно, даже что-то, о чем, ты думаешь, ты не знаешь, ты должна довериться этому. Потому что ты, почти наверняка, окажешься права.