Чтение онлайн

11. В мире так распространено зло и грех так обычен, что многого даже не считают грехом, особенно же — осуждения.

12. Язык осуждающего злее ада, ибо ад приимет только злых, а он пожирает злых и добрых.

13. Три вещи не позволяют добродетелям сдружиться с умом: пленение, леность и забвение. Злее же всех забвение, ибо оно разоряет все, что ни созидает человек. Как вода огню, оно противно вниманию. От невнимания к себе — нерадение, от нерадения — презорство и уныние, от сих — похоть, а далее человек опять возвращается вспять.

14. Бегай дерзости, как смертоносного яда. Врачевство против нее есть тщательное хранение сердца и непрестанное взывание ума к Господу Иисусу Христу, без Которого мы не можем творить ничего.

15. Далеко отжени от себя дух многоречия, ибо в нем сокрыты семена всех страстей: там ложь, там дерзость, там осуждение и клевета, там сквернословие и буесловие.

16. Добродетель, устаревающая чрез зло-страдание, умерщвляет страсти, но, если вознерадим, тщеславие и похоть опять оживят их.

17. Невозможно стяжать что доброе без терпения и воздержания, смирения и непрестанной молитвы.

18. Ревнуй о чистоте души и тела, ибо нечистота далеко отгоняет Ангелов и созывает, как рой, демонов, кои омрачают и влекут все в большую и большую нечистоту.

Имей ум свой всегда пред Богом, спишь ли или бодрствуешь, вкушаешь пищу или беседуешь, рукоделием занимаешься или другое что делаешь, по слову: предзрех Господа предо мною выну (Пс. 15, 8); но при всем считай себя грешнейшим всякого человека. Непрестанная память о Боге осиявает ум, наподобие луча, и, чем более ты будешь пребывать в ней, со всем вниманием и трезвенною мыслию, с трудом и слезами, тем более будет очищаться ум твой; чем более — очищаться, тем более светлеть; чем более светлеть, тем более становиться боговидным, светя и различая доброе от худого. Впрочем, брат, потребен великий труд и помощь Божия, чтоб сия память вселилась в душе твоей и осветила ее, как луна тьму нощную. Внимать должно прилогам помыслов тщеславия и самомнения, чтоб не осудить кого, когда он творит что неподобное. Ибо демоны, видя, что душа, чрез вселение благодати и мирное устроение, отвергла суеты и страсти, обыкновенно нападают на нее такими прилогами, но помощь — от Господа. Плачь день и ночь и не знай сытости в слезах. Смотри не потеряй внутреннего утешения и сокрушения, возмечтав, что ты имеешь их от своего труда, а не от благодати Божией. Коль скоро возмнишь так, они взяты будут от тебя. Много потом поищешь их в душе твоей и не найдешь, пока не сознаешь, что ты погубил дар сей присвоением чуждого. Но, Господи! Да не будет нам лишения благодати Твоей! Впрочем, брат, если и случится это с тобою, возверзи на Господа немощь твою, и, восстав, простри очи свои к Нему, и помолись Ему, говоря так: «Господи! Помилуй мя, грешного, и пошли мне благодать Твою, и не попусти мне искуситися паче, неже могу. Виждь, Господи, в какое расслабление и какую тьму помыслов ввергли меня грехи мои! Если скажу, что от демонов пострадал я, что от них мне такое лишение утешения Твоего, солгу, ибо Ты знаешь, Господи, что усердно исполняющие волю Твою во всем противостоят им с мужеством. Я же, исполняя волю их во всем, как могу сказать, что искушаем ими?» Так не оставляй молитвы и на один час, пока есть дыхание в тебе, и она вскоре восставит тебя содействием благодати Божией.

Желал бы я и чувственными очами видеть тебя и усты ко устом беседовать с тобою, если б было возможно. Но как это невозможно, то мы зрим тебя другим образом — зрим душевными очами и беседуем с тобою письменно, надеясь, чрез такую беседу, получить немало себе пользы. Ибо веруем, что и ты один из тех, кои, по евангельскому слову, оставив всё, последовали Христу, кои могут говорить: нам мир распяся и мы миру (ср.: Гал. 6, 14) и о коих прилично сказать: посла Бог Духа Сына Своего в сердца ваша, вопиюща: Авва Отче! (Гал. 4, 6). Таковые бывают учимы Духом и не требуют, да кто учит их. И не в научение тебе хочу сказать нечто, а так, братски, хочу поделиться тем, чему научили меня святые отцы.

Главное, о чем поболеть должно, есть — чтоб Иисус Христос вселился и пожил в нас.

Такого дара и благодати начало, корень, источник и основание есть, по уклонении от зла и сотворении блага, то есть по житии в спасительных заповедях в Христе Иисусе, — не парительная в движении сердца молитва, во время терпеливого пребывания безмолвника в безмолвной, но священной келийце. Здесь безмолвствующий в начале ревнует собирать Божественные богатства в неразвлеченности, вниманием и молитвою, хотя часто увлекается в развлечение, по причине новоначальности сего подвига и непривычке ума стоять на одном. Достигши потом средины совершенства, он наиболее богатеет неразвлеченностию и начинает молиться уже сердечно и чисто. Преуспевши же до совершенства, он молится уже в духе и истине и емлется [51] в восхищение ко Господу нелестным** светом благодати. Таким образом желающий трезвиться, по примеру богоносных отец, да нудит себя всегда — внутри сердца своего молиться чисто и неразвлеченно, внимая одним речениям молитвы, во всецелом беспопечении, безмолвии и внимании, из коих источается оживление сердца и теплота, попаляющая страсти и демонов и очищающая сердце, как в плавильной пещи. От такой молитвы развивается влечение ко Господу нашему Иисусу Христу и непрестанная к Нему любовь; отсюда — сладостное излияние сердечных слез, коими, как иссопом, окропляются и омываются душа и тело в покаянии и исповедании, с любовию и благодарением; отсюда — тишина и мир помыслов, превосходящий всякий ум; отсюда — снегоблестящее одеяние возможного человеку бесстрастия, души воскресение прежде тела и возображение ее по образу и подобию, деянием и зрением, верою, надеждою и любовию — всецелое упокоение в Боге, непосредственное с Ним единение, восхищение к Нему и Его видение, ныне — как бы зерцалом и в гадании, как залог, а в будущем — зрение Его лицом к лицу, совершенное обладание Им и вечное Им насыщение, чего получить да сподобимся и мы от всеблагого Бога молитвами святых. Аминь.

Непрестанно молись, — и молись без гнева и размышления. Знай, что всякий помысл, отдаляющий ум от Бога, хотя бы сам по себе казался благовидным, есть от диавола, который сеет непрестанно благословные и бессловесные мечтания, чтоб только отвлечь ум от Бога, от заповедей Его и благих дел. Ни на чем таком нисколько не должно останавливать внимания, а с твердостью отревать то и всячески очищать сердце от всех злых прилогов. Диавол усильно заботится о том, чтоб отдалить ум от Бога и вплесть его в мирские сласти, а душа всячески должна подвизаться, чтоб не отступать умом от Бога, не соглашаться и не сослагаться с нечистыми помыслами, и для того не засматриваться на то, что живописует в голове сей древний и всехитрый ловец, то есть на изображения вещей, лиц и дел, в кои преображается лукавый диавол. Бедный человек, увлекшийся сим, стоя на одном месте, думает, что он находится где-нибудь инде, видит, кажется, разные лица, говорит с ними и ведет дела, между тем как все сие есть прелесть диавольская. Итак, должно, заключившись в себе, обуздывать ум и отсекать всякий сторонний помысл именем Господа нашего Иисуса Христа, вземлющего грех мира. Где стоит тело твое, там пусть стоит и ум, чтоб между Богом и сердцем не было ничего такого, что, как облак какой или какая завеса, помрачало бы сердце и скрывало лик Божий от него. Если иногда и увлечется ум, не должно замедлять на помыслах тех, чтоб сосложение с ними не вменилось ему в дело пред Богом в день суда, когда будет судить Бог тайная человеков и когда всякое помышление человеческое исповестся Ему. Подвиг сей сопряжен со многими искушениями внутренними и внешними, но мужайся. Блажен человек, иже претерпит искушение, ибо, будучи искушен, он восприимет неувядаемый венец и будет храмом великого Царя Христа, Который, устроив Себе жилище в нем, вселится в нем и походит… Имея такие обетования, упразднись от всего и внимай непрестанно Господу Богу, ничего более не проси у Него, кроме милости, и довлеет тебе. Прося же милости, проси ее со смиренным и сокрушенным сердцем, от утра до вечера, а если можно, и всю еще ночь вопия к Нему: «Господи Иисусе Христе и Слове Бога живого, Богородицею помилуй мя».

Понудь же себя, и еще повторю: понудь себя, ибо великого понуждения требует дело сие. Тесен и прискорбен путь, вводящий в дверь жизни, и только нудящие себя входят в него. Царствие Божие нудится, и нуждницы восхищают е (ср.: Мф. 11,12). Не отдаляйся от Бога умом, и сердце твое да хранит память Господа Иисуса Христа. То же и то же сладчайшее имя всегда повторяй, пока не внедрится оно внутри сердца твоего, — и возвеличится в тебе Христос. Смотри же, никогда не оставляй и правила сей священной молитвы, ибо я слышал некогда от святых отцов, кои говорили: «Не монах тот, кто оставляет сие правило. Монах, ест ли или пьет, шествует или служит, должен непрестанно взывать: „Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя“». Памятию имени Господа Иисуса Христа, сердце разгорается на брань против врага; памятию Господа, душа-труженица разыщет все, и злое и доброе: злое искоренит и доброе насадит; память сия победит дракона и смирит его; память сия обличит живущий в нас грех и истребит его; память сия победит всю силу диавола в сердце и уловит его, одолеет и растешет полма. Неутомимо призывай имя Господа Иисуса, и, нисшедши в глубины сердца, оно попалит все корни греха и оживотворит душу. Непрестанно призывай имя Господа Иисуса, и сердце твое поглотит Господа, и Господь — сердце, и будут два — едино. Впрочем, дело сие не есть дело одного дня или двух, но иногда многих лет и продолжительного времени. Потребно много труда и времени, пока изженется враг и вселится Христос.