Чтение онлайн

– Еще раз повторяю, что никуда не поеду. У меня работа, – говорила она, тем временем пробегая письмо глазами. – В этом есть свой резон… Ой! Бретт! Ты это читал?!

Они выехали в «Дупло дуба» двумя днями позже после полудня. С клиентами удалось кое-как договориться, возвратив им заранее уплаченные деньги.

День выдался солнечный, без единого облачка. Дувший с утра ветер неожиданно прекратился, и заметно потеплело. «Корвет» вырулил на трассу, забитую дешевыми маломощными автомобильчиками, мешающими Бретту в полной мере продемонстрировать все преимущества своей машины. Магнитола мягко нашептывала что-то под нежные переливы джаза, и через незаметно промелькнувшие полтора часа они добрались до Батон-Ружа.

Когда город остался позади, Бретт свернул на шоссе номер шестьдесят один, к небольшому городку Сант-Франсинвиль, расположенному в двадцати пяти милях северо-западнее Батон-Ружа.

Они миновали два перекрестка, и по обеим сторонам шоссе показались хлопковые плантации. Дженни почувствовала необъяснимое волнение. Вопрос, правильно ли она сделала, согласившись на поездку в «Дупло дуба», начал волновать ее, хотя раньше она об этом не задумывалась. Вдруг найденный дневник поможет ответить на те вопросы, которые так мучили ее в последнее время, и, может быть, Бретт наконец-то поверит в ее фантастическую теорию? Дневник должен был восстановить истинную реальность стотридцатилетней давности. Кроме того, неизвестный маньяк-охотник потеряет их след, так что она и Бретт могут считать себя в безопасности. Но вскоре энтузиазм Дженни, охвативший ее при виде старых плантаций, непонятным образом испарился, и мысль о предстоящем им визите начала приводить ее в трепет. Дженни немного поразмышляла на эту тему и решила, что это следствие ее ночного кошмара. Возможно, это связано с тем, что в прошлой жизни она была убита на плантации? Что ж! В этом тоже не было ничего иррационального и сверхъестественного.

Если они заблудятся и не найдут в ближайшее время дом Темплтонов, придется подумать о ночлеге. Искать «Дупло» в вечерние часы было бессмысленно: поиски могли затянуться до ночи. В конце концов, должен же быть хотя бы один мотель в городишке с населением в две тысячи человек! Дженни повела носом и скривилась: где-то неподалеку коптил какой-то химический заводик.

– Что-то ты притихла, – прокомментировал ситуацию Бретт.

Задумавшаяся Дженни вздрогнула и повернулась к нему:

– Что ты сказал?

Бретт протянул руку и коснулся ее пальцев.

– Что-то случилось? Ты так подпрыгнула сейчас, и руки у тебя как ледышки.

– Извини, задумалась.

– Какая-то ты нервная. Такое впечатление, что ты боишься заглянуть в этот дневник и сказать: «Я так и думала».

Дженни прекрасно понимала, что Бретт просто провоцирует ее, сам ни минуты не сомневаясь в том, что найдет в старых записях. Да, если дневниковые записи будут соответствовать сюжетным поворотам романа, это уже не объяснишь простым совпадением.

– А что, если дневник… – Она выдержала паузу. – Нет, не то! Ведь это единственная вещь, которая сможет доказать тебе мою правоту, заставить поверить. Ты согласен?

– Тебе известно, что я думаю на этот счет. Мы найдем или что-то отдаленно напоминающее книгу, или… Или у Темплтонов просто не окажется ничего. – Он подумал и добавил: – Повторяю, что-то отдаленное, не больше.

Дженни, отвернувшись, разглядывала пейзаж, медленно проплывающий мимо. Бретт взглянул на карту и убедился, что они не сбились с пути. Он вывернул руль в сторону, и «корвет» покатился по дороге из красного кирпича.

Волнение Дженни усилилось, казалось, мир закружился вокруг нее разноцветным вихрем, с каждым мгновением все быстрее и быстрее. Дорогу обрамляли многолетние дубы, образуя своими кронами плотный, почти не пропускающий света живой тоннель. Взгляд Дженни сосредоточился в одной точке, она не сводила с нее расширившихся глаз.

Дом.

Он вырос в конце красной нити дороги, белый и величественный, построенный в античном стиле, весьма популярном в свое время среди плантаторов. Вдоль каждого из двух этажей тянулись просторные галереи, фронтон поддерживался восемью колоннами. Изящно обрамленные окна, не прикрытые ставнями, казались золотистыми в лучах заходящего солнца. Прямо перед домом росли нежно-зеленые папоротники, а между ними проглядывали рубиновые гроздья гераней, белые, розовые и пурпурные полевые барвинки, создавая неповторимый и неповторяющийся узор.

Дженни казалось, что дом манит к себе, протягивая ей теплые дружеские руки. Странное чувство заполнило ее, перехватывая дыхание и заставляя сердце биться чаще. Наконец мир перестал кружиться вокруг Дженни бешеным хороводом, и она вновь обрела способность связно говорить и думать.

Ничего не заметивший Бретт медленно проехал еще около четверти мили по красному кирпичу. Быстрая езда по дороге такого типа вызывала ощутимую тряску, а Бретт предпочитал комфорт.

Итак, дом был стар, при этом элегантен, и от него веяло историей. Бретт обратил внимание, что лужайка, на которую вывела дорога, сильно напоминала ему то самое место, где когда-то, сто тридцать лет назад, проходил пикник. Только вот шуршание шин по кирпичной дороге не вписывалось в эту картину.

«Корвет» затормозил недалеко от входа, и Бретт заглушил двигатель, не желая нарушать загородной тишины. Они не сразу вышли из машины, не решаясь окунуться в эту тишину, стать частью этой картины и прислушиваясь к собственным мыслям.

Одна половинка двери открылась, и из нее вышел среднего роста, уже начинающий лысеть человек. Он остановился и вопросительно взглянул на гостей. Но замешательство его длилось недолго. На Джоне Темплтоне были мятые слаксы, нуждающиеся как минимум в хорошей стирке, но зато – накрахмаленная белая рубашка. Этот причудливый наряд был дополнен засаленными желтыми подтяжками. Из-за спины хозяина с любопытством выглядывал небольшой мальчик. Дженни догадалась, что это, очевидно, Джефф. Папа Темплтон выглядел старше Бретта лет на пятнадцать – двадцать.

– Добро пожаловать в «Дупло дуба», – голос Джона звучал гостеприимно и тепло. – Пока мы не открыты официально, но будем считать, что вы – наши первые гости. Прошу вас, заходите, заходите.

Он сразу узнал Бретта и после небольшой церемонии представления Дженни широким жестом распахнул вторую створку и ввел их в просторный холл, освещенный огромной стеклянной люстрой в виде кристалла. В доме пахло мятой и чуть-чуть лимонным маслом, натертый паркет блестел как зеркало и сиял отраженным светом. С правой стороны располагались двухстворчатые дубовые двери, ведущие, очевидно, в гостиную, по левую руку виднелась большая, но уютная столовая, а у задней стены, обшитой панелями из красного дерева, стояла мягкая кожаная мебель.

– Как здесь прекрасно! – только и смогла вымолвить Дженни.

– Спасибо, – улыбнулся Темплтон и кивнул на столовую, – а здесь будет небольшой ресторан.

Он хотел добавить еще что-то, но «топ-топ-топ», раздавшееся сзади, заставило его оглянуться и закрыть рот. Джефф, до сих пор с любопытством разглядывавший незнакомцев издали, решил наконец приблизиться.

– Ну что, Джефф? У нас гости.

– У-а-у! – отозвался тот. Он не сводил глаз с них обоих, словно с утренних рождественских подарков, найденных под елкой, и неожиданно обнял Бретта за ноги, тем самым выражая свой восторг.

Дженни не смогла не рассмеяться, глядя на изумленное лицо Бретта, явно ошарашенного таким оборотом дела. Невооруженным взглядом было видно, что он не имеет ни малейшего представления о том, как обращаться с детьми, хотя в принципе он был вполне доволен такой встречей. Кажется, Дженни уже успела полюбить мальчика за его детскую непосредственность.

– Джефф! – остановил его отец. – Что нужно сделать в первую очередь?

Темплтон-младший нехотя отступил на шаг назад и доложил, захлебываясь: