Чтение онлайн

– Пойду Михайлову догоню, - собираюсь уже бежать в сторону ушедшего сотрудника органов опеки.

– Зачем? – хватает меня под руку директор школы.

– Как зачем? – натурально удивляюсь ее вопросу. – Сдам ребенка в интернат. Сама пойду пахать сутками, чтобы ущерб возмести.

– Нельзя так просто сдаваться, Борисова! – решительно выступает против Кириллова Серафима Аркадьевна, взяв меня в партнеры.

Так и стоим с ней единым фронтом против Кириллова. Тот смотрит на нас с недоумением, но потом все же понимает наши намерения.

– Не надо из меня делать зверя! – отпрыгивает от нас.

– Ну, - внезапно появляется улыбающийся врач, - еще не угомонились? Не всем бОшки посносили?!

Мы все трое замолкаем.

– Судя по вашему настроению, с ребенком все в порядке? – первым находится Филипп Святославович.

В его тоне слышится претензия. Молодец. Вот человек не теряется. При любых обстоятельствах сохраняет голову чистой и свежей. Не в том смысле, что вовремя принимает душ…

– А? – теряется теперь врач. – Даааа, - доходит до него смысл слов. – Никакого сотрясения! Все анализы в норме!

– Слава Богу, - облегченно выдыхает Кириллов, тут же замечая мой удивленный взгляд. – Я еще раз говорю, что я не зверь какой-нибудь! – накидывается на меня.

– Да-да, - почему-то подтверждает врач. – Осмелюсь подметить, что мишка из знаменитого мультика про Машу, тоже зверь.

Возникла неловкая пауза.

– Это сейчас к чему? – опять первым отмирает Филипп Святославович, пока мы с Серафимой Аркадьевной таращимся во все глаза.

– К тому, что уже пора бы навестить ребенка.., - теперь укор в его словах.

Я аж дергаюсь от такого заявления. С этими разборками совсем забыла о своем ребенке!

– В какой она палате?! – кидаюсь к врачу, вставая практически вплотную.

Врач быстро дает инструктаж и удаляется. Серафима Аркадьевна тоже решает вернуться на работу, заверив меня, что в случае судебных разбирательств школа встанет на мою сторону. Слышать это было очень странно. Учитывая тот факт, сколько до сегодняшнего дня я выслушала от них претензий.

– Поленька… доченька.., - роняю слезу, когда вижу своего ребенка на больничной постели.

В целом все действительно не так страшно. Полина всего лишь смирно лежит, накрывшись одеялом. У нее небольшой синяк на скуле.

– Ударилась о спинку переднего сидения, - объясняет, вошедший вместе со мной Кириллов. – Вот врач и подумал, что может быть сотрясение мозга.

Полина смотрит на меня грустными глазками и ничего не говорит. Она чем-то огорчена. И боюсь, что дело не только в произошедшей аварии.

– Девочка моя, - присаживаюсь на кровать и прижимаю к себе самое дорогое, - зачем ты забралась в машину к чужому дяде?

– Познакомиться хотела, - пищит Полечка, давая себя приобнять.

– Эээ.., - тут же отзывается Филипп Святославович – незнакомец устрашающего вида, - я как бы… староват для тебя…

Пошутить пытается что ли? Окидываю его ненавистным взглядом, чтобы не болтал больше лишнего.

– Да неееет, - тянет дочурка, поджав губки. – У нас в школе все девочки на восьмое марта будут танцевать с папами. А меня танцевать не взяли. Потому что у меня папы нет…

Сердце сжимается, глядя на слезы в глазах дочери. Тема с отцом для нас очень щепетильная. Она знает, что его нет, и принимает это. Но порой возникают подобные ситуации, когда ребенок расстраивается.

Разбавляет сырость радостный отклик Кириллова.

– Аааа, так я тебе на время нужен? – вдруг заметно улучшается настроение у мужчины. – Да это хоть сколько, - отмахивается здоровой рукой.

– Правда?! – подскакивает Поля на кровати.

– Поленька, - пытаюсь угомонить ребенка, поскольку ей сейчас пообещают многого, а не выполнят и половины. – Видишь, у дяди ручка сломана, - хотя она просто перебинтована. – Он будет некрасиво танцевать.

– Ну и что? – смотрит на меня дочь, вскинув брови. – Я вообще танцевать не умею. Главное же – это участие? Ты сама так говорила.

– Мама права, - кивает мужчина, собравшись в школу к моему ребенку. – Я заменю тебе папу, а мама заменит мне…

– Только попробуйте закончить мысль, - выставляю перед собой кулак, догадываясь о его постыдных намерениях…

Глава 5. Филипп

– А если мне не подойдеееет?.. – тянет детский голосов из-за занавески.

– Ничего страшного, примерим еще, - отзываюсь сразу, но не отрываясь от поставленной задачи.

Хотя моя задача стоит сейчас с недовольным лицом рядом и вообще не собирается принимать участия в процессе.

– Может хоть сделаешь попытку?! – выпаливаю недовольно, чтобы привлечь ее внимание.

– Это вам нужно, - даже не скривившись от повышенного мной голоса, смотрит в глаза. – А что нужно вам, то и выбирайте, - пожимает плечами.

Хочу немного приструнить девчушку. Подхожу к ней ближе и склоняюсь над ухом.

– А если я тебя сейчас в секс-шоп заведу для выбора наряда на сегодняшний вечер? – говорю специально томно, чтобы задать нужную атмосферу своему стебу. – Проявишь интерес в выборе? – специально кончиком языка прохожусь по внутренней стороне нижней губы. – Тебе что больше нравится? Зайчики или кожаные кошечки?..

Анна смотрит на меня невозмутимо. Она не ожидала такого поворота от меня, но и реагировать на него истерически не собирается. Вместо этого она лишь приближается ко мне, чтобы быть еще ближе.

Я чувствую запах ее духов. Дешевая подделка дорогой марки. Несмотря на простоту во внешнем виде, эта девочка может зажечь, потому как в ухо весьма возбуждающе полилось мне следующее:

– А если я сейчас схвачу тебя за твое сааааамое причинное место и сожму покрепче, ты, как будешь завывать? Тенором или кастрированным котиком в марте месяце?

Напоследок Анна закусывает нижнюю губу и отходит от меня к примерочным.

Эх… Если бы эти губки были подкрашены яркой красной помадой, я бы заинтересовался этой особой всерьез.

А пока мне приходится подбирать ей платье на свой вкус. А со вкусом у меня… Ну как бы это сказать…

– Солнышко, неужели и двенадцатое платье тебе не подходит? – устало щебечет дочери мать, приоткрыв шторку.

– Я могу принести другое платье! – тут же выскакивает продавец-консультант, которая выслуживается перед руководителем, наблюдающим за нами из-за угла.