Чтение онлайн

Я замедляю шаг до тех пор, пока ноги не прирастают к земле.

— Ты чего, малыш? – Марк смотрит с удивлением.

— Извини, я не могу поехать в ресторан, -- отрывистым шелестом выходит из меня.

— У тебя поменялись планы?

Я смотрю под ноги в тщетной попытке проглотить огромный ком лжи, застрявший в горле. Я просто не могу... Как мне высидеть почти час напротив него, разговаривая как ни в чем не бывало? Разве могу я позволить ему оплачивать счет, если меньше суток назад я занималась любовью с его отцом?

Я бы очень, очень хотела продолжать дружить и общаться с Марком, но захотел бы он, узнай, что я сделала и что на деле чувствую? Вряд ли.

— Видимо устала с дороги… - Из-за внутреннего раздрая мне едва удается ворочать языком.
– - Но ты можешь поехать один… Я вызову себе такси и разумеется ни на что не обижусь…

В этот момент мне отчаянно хочется, чтобы Марк согласился с таким раскладом и тем самым хоть чуть-чуть облегчил мне совесть. Но он, разумеется, этого не делает.

— Ты всерьез думаешь, что я так могу поступить? – в его голосе слышно недоумение. – Что я поеду в ресторан, а тебя, уставшую с дороги, отправлю на такси?

Слабо улыбнувшись, я качаю головой. Конечно, он бы никогда такого не допустил. Прекрасный, добрый и цельный Марк.

— Просто не хотела портить тебе вечер. Тогда если несложно – отвези меня домой, ладно? Я поняла, что сейчас любая еда будет не в радость.

— Конечно. Молодец, что сразу сказала, -- кивает он, придерживая для меня пассажирскую дверь. – Значит, сходим в другой раз.

Марк всерьез отнесся к моим словам об усталости, и весь путь до дома мы доезжаем практически в тишине. Это немного облегчает мне задачу, позволяя смотреть в окно и не сочинять очередную ложь.

На крыльце нас встречает мама. Обнимает меня, затем Марка и, верная роли радушной хозяйки, предлагает ему зайти в дом.

— Спасибо вам большое, но Каролина устала с дороги, -- Марк мечет озабоченный взгляд в меня. – Поэтому будет правильнее отказаться.

— Ну мы же все равно сядем пить чай, -- не сдается мама, будучи просто без ума от него. – Посидишь полчаса, а потом поедешь. А то ты ведь уже часа три за рулем. Сначала в аэропорт, потом из аэропорта, теперь сюда Каролину привез.

Мне становится стыдно. В своем эгоистичном желании поскорее избавиться от мук совести я совсем не подумала о том, что Марку может требоваться передышка.

— Пожалуйста, заходи, -- я улыбаюсь с особой старательностью, чтобы у него не было причины отказаться. – Выпьем чай и поедешь.

Заулыбавшись в ответ, Марк начинает разуваться. Он никогда не пытается набить себе цену уговорами, за что я его особенно уважаю и ценю.

— Каролина присылала тебе фотографии с форума? – Мама заботливо придвигает к Марку вазочку с джемом. – Такой успех. Лично я их всем показала.

— Да, папа сказал, что очень доволен этой поездкой. И во многом благодаря Каролине. – Он находит мою руку под столом и сжимает.

— Ой, Лина такая умница… Такие образы сотворила – недаром все в восторге. Очень тобой горжусь, -- мама смотрит на меня с теплом в глазах. – Ты сама? Довольна результатом?

Я киваю.

— Да, очень. Я предполагала, что этот кейс поможет мне вернуть старую аудиторию, а в итоге благодаря шумихе вокруг этих фотографий ко мне пришло много новеньких.

— Это все, потому что ты классная и талантливая. – Марк мне подмигивает.

— Спасибо.

— А ты почему не поехал, Марк? – сочувственно интересуется мама.
– - Не получилось?

— Да. Я пока человек подневольный, -- он шутливо разводит руками. – Но мы с Каролиной обязательно наверстаем. Может слетаем куда-нибудь вдвоем на уикенд.

Я молча глотаю чай, кажущимся горьким несмотря на две ложки джема. Нет, мы не слетаем. И вообще неизвестно, будем ли когда-нибудь общаться после того, как правда выйдет наружу. Горько, но это так.

— Шикарная идея, -- моментально откликается мама. – Куда думаете? Нам с папой очень понравилось один отель на Кипре. Я потом у него название спрошу…

Остаток чаепития я досиживаю с трудом. Пока мама и Марк делятся впечатлениями от прошлых поездок и планируют наше совместное с ним путешествие, я не нахожу способа их прервать. К счастью, тактичный Марк обнаруживает, что я совсем не участвую в беседе и, деликатно дослушав воодушевленный монолог мамы о египетском курорте Сомабей, говорит, что ему пора.

После его отъезда я, проигнорировав попытки мамы обсудить мои отношения с Марком, поднимаюсь к себе. На телефон продолжают сыпаться всевозможные уведомления, но среди них ни одного от Александра. Это легко объясняется тем, что я, по его мнению, нахожусь с Марком, но от этого ничуть не легче. Я постоянно думаю о нем. Неужели он настолько по-другому устроен?

Уткнувшись щекой в подушку, я разворачиваю наше окно переписки и перечитываю последнее сообщение от него, присланное в последний вечер в Абу-Даби.

«В шесть встречаемся в фойе».

Пальцы сами ложатся на клавиатуру. Можно написать ему что-то формальное. Например, сообщить о том, что я дома. Или спросить, как он добрался.

«Привет. Ты дома? У тебя все хорошо?».

Я гипнотизирую черно-белые строчки и, нахмурившись, их стираю. Нет. Не хочу снова превращаться в одержимую поклонницу. Если я небезразлична Александру, то он напишет мне сам. Это важный момент.

Убрав телефон под подушку, я закрываю глаза. На часах десять вечера, а я до сих пор не заходила в блог и сегодня видимо уже не зайду. Завтра. Завтра я подумаю обо всем. И о дальнейшем продвижении, и том как безболезненно расстаться с Марком.

Дзынь!

Вздрогнув, я открываю глаза. Еще до того, как взглянуть на экран, уже откуда-то знаю, что мне написал он. То ли потому что внутри екнуло, то ли потому что звук уведомления был другим: более громким и значимым.

«Не спишь? Как твое самочувствие?»

В тишине спальни собственный сердечный бой кажется оглушающим. Смахнув с лица разметавшиеся волосы, я торопливо сажусь, чтобы набрать ответ.

«Привет. Нет, не сплю. Чувствую себя нормально. А ты?»

Вместо ответа раздается звонок.

Имя Александра, пульсирующее на экране, приводит меня в состояние, близкое к эйфории.

Я отвечаю не сразу и в течение нескольких секунд просто его разглядываю, запечатлевая в памяти это состояние. Я так долго и старательно запирала свои чувства и сейчас хочу просто позволить им выходить наружу и наполнять воздух комнаты без страха быть попранными и без уколов вины.