Чтение онлайн

Потом выехали за город, туда, где по ночам все самое интересное происходило.

Сейчас здесь было пустынно. По безлюдной дороге неспешно перекатывались желтые листья, серой громадой возвышался старый аэропорт, и ни души. Автомобиль плавно остановился на широкой обочине недалеко от затертой, едва различимой линии старта.

— Зачем мы сюда приехали? — не отрываясь от подголовника, покосился в ее сторону.

— Не знаю. Это место у меня ассоциируется… с нами.

— Поговорим? — вопрос прозвучал нелепо. Уже говорили.

— Давай, — Аня обернулась ко мне вполоборота. Посмотрела внимательно. И у меня язык к небу примерз. Глупо как-то, бестолково.

— Я долго думал и готов попробовать.

— Звучит очень интересно, — одобряюще показала большой палец, — но ни хрена не понятно. О чем думал? К чему готов? Расскажи, может, проникнусь, посоветую чего.

Злится. Однозначно. Хоть и пытается это скрыть за маской небрежности.

— О нас думал. И об отношениях на расстоянии.

— Понятно, — протянула Анечка, — значит, думал-думал и надумал?

— Да.

— Готов теперь, да?

— Да.

— Здорово. К сожалению, не могу сказать того же самого про себя, — нос сморщила и отвернулась, раздраженно постукивая пальцами по рулю.

— Ань, не пенься. Мы же не ругались. Расстались тихо-мирно, без выяснения отношений.

— Конечно. Ты просто сказал: иди на хер, Анечка, в моей жизни есть более важные вещи, чем ты.

— Я так не говорил.

— Именно так и сказал. Просто другими словами.

— Но…

Она посмотрела на меня исподлобья, как на дурака.

— Ладно, — в пораженческом жесте поднял руки, — было дело.

— Кто мне даст гарантию, что спустя некоторое время тебя снова не накроет идея самопожертвования во имя великой цели? Заработать миллиард, покорить Эверест, сменить пол? И ты снова не попросишь меня с вещами на выход?

— Не накроет, — произнес категорично, за что получил еще один выразительный и не очень добрый взгляд.

— Мерз, я тебе не верю, — строго произнесла Осипова. — Я не буду строить из себя из себя сахарную королеву и говорить, что мне плевать, что даже не вспоминала. Вспоминала. Еще как. Ты мне дорог. Наверное, я тебя даже люблю. Но подставляться и снова из-за тебя помирать? Нет, спасибо. Что? Что ты лыбишься, как придурок?

— Ты сказала, что любишь.

— Типа сюрприз? Типа ты не догадывался? — нагло взглянула, ничуть не смущаясь своего признания и явно не ожидая ответного.

— По тебе трудно угадать, что у тебя в голове творится.

— Это защитный механизм, чтобы всякие не лезли и не топтались грязными ногами, где ни попадя, — отмахнулась она, — мне, знаешь ли, на пути вечно козлы всякие попадаются. Приходится выкручиваться.

— Меня, как я понимаю, ты тоже к категории козлов приписала.

— Нет. Ты не козел. Ты — Мерз.

— Звучит как ругательство.

— Может быть, — Анька пожала плечами, — ты для меня много сделал. Больше, чем кто бы то ни было. И я тебе за это всю жизнь благодарна буду. Но и потоптался знатно. И я вовсе не про студенческие шалости, а про твое одностороннее желание поставить точку.

— Я был неправ.

— И чего ты теперь от меня ждешь? Радостных криков? Счастливого обморока? Или, может, я должна броситься к тебе на шею с воплем: как здорово, что ты вернулся?

— Было бы неплохо.

— Перебьешься, — сказала, как отрезала, а потом и вовсе завела машину и сорвалась с места.

— Мы не договорили, — недовольно заметил, но останавливать ее не стал.

Оса злилась. Нет смысла набиваться в друзья, когда она в таком состоянии. Пусть погоняет, пар спустит, может, потом посговорчивее станет. Поэтому устроился поудобнее и уставился на пролетающие мимо осенние деревья. Днем трасса выглядела совершенно иначе. Без покрова темноты пропадала таинственность и ощущение того, что мир за окном — лишь смазанное пятно.

Осипова вела резко, жестко — явно просматривалась школа Гордеева. В повороте машину занесло, но Аня поймала ее, даже глазом не моргнув — железная девица. Впрочем, чему я удивляюсь? Пора бы привыкнуть.

— Нам надо с тобой как-нибудь погонять, — предложил насмешливо.

— Непременно. В следующей жизни, — ответила равнодушно и, завершив круг, вывернула в сторону города...

— Все, приехали, — резко ударила по тормозам, когда мы оказались в ее дворе, выскочила наружу, громко хлопнув дверью.

Я вышел следом.

— Стоять! Я тебя не отпускал.

— Еще как отпускал. Забыл? — огрызнулась и направилась к подъезду.

Я оказался быстрее, поймал ее в два шага, схватил за руку, вынуждая остановиться.

— Так не пойдет. У нас с тобой проблема, которую надо решить.

— Нет проблем, — она резко вырвалась.

— Еще как есть. Хватит кусаться.

По глазам же вижу, что хочет примирения! Ну что за ослица упрямая!

— Простите. Вы Осипова Анна? — раздался за спиной голос какого ушлепка. Обернувшись, я увидел мелкого дрища с огромным букетом розовых роз. Как только не переломился, пока тащил.

— Да, я, — Аня оттолкнула меня в сторону.

— Вам доставка, — облегченно протянул букет, — поставьте подпись.

Аня не глядя подмахнула бумажку и перехватила поудобнее этот сраный веник.

— Вот видишь, Мерз, все у меня прекрасно. Никаких проблем.

— Мне срочно нужен компромат на тебя, — произнес, задумчиво рассматривая букет и испытывая острое желание найти того баклана, что его прислал.

— Зачем?

— Чтобы к рукам прибрать.

— Мечтай больше. Хотел свой Питер — вот и отправляйся, — Оса махнула рукой, дескать, проваливай туда, откуда пришел.

— Тогда тебе придется ехать следом, — подступил к ней ближе.

— Еще чего!

— Кстати, красивые цветы. Нежные.

— Да, — язвительно согласилась она, принюхиваясь к крупному розовому бутону.

— Позволишь? — не дожидаясь ответа, бесцеремонно забрал у нее этот веник.

— Зачем? — Оса опешила.

— Затем! — буркнул и быстрым шагом направился к мусорному контейнеру.

— Мерз! — завопила она мне вслед. — Не смей!

— Еще как посмею!

— Отдай! — побежала за мной. Я только букет повыше поднял, чтобы не дотянулась. — Это мои цветы!