Чтение онлайн

— Почему же?

— Рвань, вот почему. Все на нем наше, советское.

— А он описал, как этот Кервилл выглядел?

— Тощий, говорит, рыжий.

Аркадий про себя ликовал — Осборн, еще один американец и этот фарцовщик. Он позвонил Приблуде.

— Мне требуются сведения об американце Кервилле.

— Это же скорей подходит под наш профиль, — сказал Приблуда после паузы.

— Абсолютно с вами согласен! — ответил Аркадий.

— Ладно, пока не будем вас стеснять. Пришлите Фета за материалами.

Фет привозит два досье Первое на Джеймсе Кервилле, рождении 1952 г, уроженца Нью-Йорка, Карие глаза, рыжие волосы. В 1974 г. стал аспирантом кафедры славянской лингвистики филологического факультета МГУ, Был замечен в антисоветских высказываниях. Дружил с двумя студентами филологического факультете Т Бондаревым и С. Коганом, а также со студенткой юридического факультета И. Асановой. Среди медицинских сведений указывалось, что в поликлинике МГУ ему была поставлена стальная коронка. Уехал из СССР 3 января 1976 г. "Ввиду поведения, несовместимого с положением гостя СССР, к повторному въезду не рекомендуется".

Итак, мысленно подвел итог Аркадий, неизвестно, лечил ли этот студент зубы в Америке. В СССР он вернуться не мог. С другой стороны, телосложение и возраст у него такие же, как у Рыжего, стальная коронка на том же зубе, рыжие волосы, и он был знаком с Ириной Асановой.

В кабинет сунулся Чучин, увидел своего осведомителя и мгновенно исчез.

Аркадий взял второе досье.

Американский гражданин Уильям Патрик Кервилл, родился 23 мая 1930 г. в Нью-Йорке. Глаза голубые, волосы седые Туристская виза с 18 апреля 1977 г. по 30 апреля 1977 г.

На фотографии был запечатлен человек средних лет с курчавыми седыми волосами. Короткий нос, квадратный подбородок. Аркадий протянул ее Голодкину.

— Вы его знаете?

— Это он. Тот, который меня вчера по парку таскал.

— А как вы догадались, что он американец, если, по вашим словам, одет он был во все советское, а по-русски говорил чисто?

— Так у меня же на туристов глаз наметанный! — Голодкин доверительно наклонился к Аркадию. — Клиентов ведь на улице высматриваю. У американцев походка не как у наших: ноги вперед выкидывают, а наши грудью прут.

Аркадий снова посмотрел на фотографию. Силач, который привел Голодкина прямо на ту поляну…

— А уши его вы видели? — спросил Аркадий.

— По-моему, — задумчиво сказал Голодкин, — между нашими ушами и фирменными конкретной разницы нет.

Аркадий звонит в Интурист и узнает, что в тот вечер, когда его избили, у Уильяма Кервилла был билет в Большой театр. Услугами гида он не пользуется. Из МИДа возвращается Паша. Желая отвязаться от Фета, Аркадий сообщает Паше, что в деле появился подозрительный иностранец и. видимо, подоплека в скупке икон.

— Что за иностранец? — не выдержал Фет.

— Немец этот! с гордостью объявил Голодкин. — Унманн по фамилии.

Аркадий спровадил Фета, что оказалось очень легко птичке не терпелось спеть свою песенку майору.

Паша отдает Аркадию запись поездок Осборна и Унманна в СССР. "Дж. Д, Осборн президент компании “Осборн ферз инкорпорейтед".

Въезд: Нью-Йорк — Ленинград 2/1/76; Иркутск 15/1/76; Москва 20/1/76.

Выезд: Москва — Нью-Йорк 28/1/76-

Выезд: Москва — Нью-Йорк 22/7/76.

Въезд: Париж — Гродно — Ленинград 2/1/77; Москва 11/1/77.

("Интересно, — подумал Аркадий, — что это он вдруг на поезде поехал?")

Выезд: Москва — Ленинград — Хельсинки 2/2/77.

Въезд: Нью-Йорк — Москва 3/4/77.

Предполагаемый выезд: Москва — Ленинград 30/4/77.

Унманн ездил только из Москвы в Берлин и обратно, но в декабре приехал из Берлина в Ленинград, откуда 3 марта уехал в Берлин, вернувшись в Москву 5 марта. Сопоставив даты, Аркадий обнаруживает, что Осборн и Унманн могли встречаться в Москве в течение 23 дней в январе 1976 г., затем в июле в течение тринадцати дней, тоже в Москве, и, наконец, со 2 по 10 января в Ленинграде и с 10 января по 1 февраля (день убийства) в Москве.

2 февраля Осборн вылетел в Хельсинки, а Унманн, очевидно, выехал в Ленинград. Теперь оба находились в Москве. Весь последний год только Осборн звонил Унманну, и всегда из автомата.

Паша достал фотографию с иркутского Пушторга, и Аркадий узнал здание, возле подъезда которого был сфотографирован Костя Бородин.

Аркадий отправляет Пашу с Голодкиным на квартиру последнего забрать ларь и дает ему кассету с записями голодкинских показаний. Оставшись один, Аркадий радуется, что благодаря показаниям Голодкина "сможет затолкать это дело в глотку Приблуде". Выйдя на улицу, он решает позвонить Зое, телефон занят, и он взвешивает вероятность ее возвращения к нему. Войдя в квартиру, Аркадий видит, что Зоя действительно была тут и увезла практически все вещи, а телефонную трубку оставила лежать на столе. Аркадий кладет ее на рычаг, и почти сразу же звонит телефон: ему сообщают, что в квартире 15 дома 2 по улице Серафимовича выстрелами убиты Голодкин и сотрудник угрозыска Павлович. Аркадий отправляется туда. По мнению районного следователя, ведущего осмотр места преступления, Голодкин выстрелил Павловичу в спину, но тот успел повернуться и убил Голодкина выстрелом в лоб. Из квартиры, по показаниям соседей, после выстрелов никто не выходил. Но Аркадий не обнаруживает ни церковного ларя, ни записей, которые отдал Паше.

Аркадий едет на дачу к Ямскому.

Летние дачи на берегу Серебряного озера стояли пустые — кроме прокурорской. Аркадий прошел к черному ходу и постучал. В окне мелькнула розовая лысина, и минуты через четыре вышел прокурор в шубе и сапогах, отороченных волчьим мехом, — ни дать ни взять боярин.

— Сегодня же выходной, — сказал он раздраженно. — Зачем вы приехали?

— У вас же тут нет телефона.

— Телефон есть, только вы его номера не знаете. А этого вашего парня жаль. Да и вас можно пожалеть. Почему вы не пошли с ними, раз этот спекулянт Голодкин был такой опасный? И был бы ваш Павлович жив. Мне все утро звонят — то

Генеральный прокурор, то из МВД — у них-то мой номер есть. Так уж и быть, заступлюсь за вас. Вы же потому и приехали?

— Нет, не потому.

Ямской отвел глаза от Аркадия и посмотрел в небо.

— Чудное местечко… Да вы же, наверное, живали тут в детстве?

— Только одно лето.

— Вот и приехали бы, когда потеплее станет. С того времени тут открыли для жителей поселка прекрасные магазины. Сходили бы вместе, кое-чего купили бы, И супругу привозите.

— Их убил Приблудо.

— Да погодите вы! — Ямской прислушался и поднял голову: на озеро опускалась стая диких гусей.

Прокурор быстро направился к сарайчику метрах в пятидесяти от дома и вернулся с ведерком, полным крупинок рыбной муки.

— Приблуда установил слежку за Павловичем и Голодкиным.

— Но при чем здесь Приблуда?

— Подозреваемый — американский бизнесмен. Я с ним разговаривал.

— И где же это вы встречаетесь с американцами? — Ямской рассыпал крупинки красивой волнистой полосой. Раздался гогот, зашумели крылья.