Чтение онлайн

А про испугаться… И сама перенервничала. Конечно, я не являюсь самым здоровым человеком на планете, но вот так вот загреметь в больницу, для меня всё же впервые.

— Что сказал доктор?

— Да я и не спрашивала, — мне было как-то не до этого, — А он и не спешил больно-то говорить.

— Да, мне тоже ничего не ответил… — нахмурился Марк.

Не успели мы придумать достойное оправдание этому, как обсуждаемый человек сам зашёл в палату.

— Ну что там? — вскочил в нетерпении Марк.

Как будто там его анализы, ну ей Богу…

— Хм, мне говорить при вашем парне, или попросить его выйти? — обратился ко мне доктор.

Обращать внимание на ошибку в представлении нас парой я не стала. Да и что там он такого может сказать, что Марку это не следует слышать? Я уверена, друг с меня «не слезет» пока я всё ему не расскажу. Так какая разница сейчас или позже на пять минут?

— Всё в порядке, — ответила я доктору.

Марк вернулся ко мне и сжал руку в поддержке. Ну как в мыльной опере прям… Но тут же поняла, что это было не для меня, а для самого парня. Видимо он перенервничал намного больше, чем я думала. Я посмотрела на Марка и улыбнулась. Стала поглаживать свободной рукой его кисть.

— Что ж, тогда скажу сразу, — выдохнул доктор, — У вас случился выкидыш. Но не переживайте сильно, такое бывает, — тут же начала утешать мужчина в белом халате, — К тому же вы оба молодые и здоровые. Нарожаете ещё…

Моя рука выпала из вмиг ослабевшего захвата парня, и просто упала на одеяло. Я сидела не мигая, не до конца понимая, что только что услышала. Может мой английский притупился, и я что-то не так поняла? Но нет, всё было произнесено довольно чётко, а самое главное кратко.

— Думаю, я дам вам время, а потом зайду — отдам назначение, — с этими словами доктор удалился, прикрыв за собой дверь.

Выкидыш? Я была беремена? Но как? От кого?

Ладно, с последним вопросом я уж перегнула… Тут вариантов как бы нет.

Антон… Это был ребёнок от Антона.

— Ты знала? — охрипший голос Марка заставил меня вздрогнуть.

— Нет, — едва слышно ответила я, и спрятала лицо в ладонях.

Я боялась смотреть на парня. Я и так уже чувствовала его неприязнь, холодность, отстранённость. И вроде бы я не виновата… Не виновата же? Но на душе так гадко…

— Тш, — вдруг зашептал Марк и погладил меня по голове.

Я открыла глаза и увидела лицо друга, которое было охвачено непонятной мне решительностью, с примесью злобы. Но стоило ему посмотреть на меня, как его глаза тут же засветились теплом и обожанием.

— Ты справишься, я помогу, — нежно сказал Марк и улёгся подле меня поглаживая.

Первый задыхающийся всхлип не заставил себя ждать долго, а потом второй, третий, и вот платина прорвалась. Я захлёбывалась слезами, которые выплёскивали мою боль, отчаяние, и другие непонятные мне чувства, которых я просто лишилась в один миг.

— Я даже не зналааа, — завывала я, а мой друг молча обнимал меня, не давая упасть в пучину страданий ещё больше. Он стал словно моим якорем, позволяя всё выхлестнуть, но при этом не утонуть самой.

Малыш, мой ребёнок. У меня мог быть ребёнок. Это так ново и дико одновременно. Я даже не успела его узнать, как уже потеряла.

Что ощущают люди в такие моменты? Это трудно описать. Я дотронулась до того места, где буквально сутки назад ещё теплилась жизнь, о которой я даже не знала. Как горько… А Антон всё-таки не отпустил меня просто так в США. Сам он наверняка о таком даже не догадывается, живёт себе спокойно. Да, это всё участь исключительно женщин.

Неужели это очередной урок для меня или проверка? Но как же это жестоко… Если бы не сильные объятия Марка, то я легко бы сейчас наделала глупостей. Моё персональное солнышко, которое светит в самые мрачные для меня дни.

Одно я знаю, точно, Антон об этом не узнает никогда. И кажется… я преодолела. Преодолела то, что зовётся Антоном Бестужевым.

Малыш… Как мне жаль, что я не смогла тебя уберечь…

Такие странные чувства, я потеряла то, о чём даже не догадывалась.

Но одно я знаю, я опять одна. Одинокая… «Антон, меня бросил даже твой ещё нерождённый ребёнок…»

Самолёт приземляется, и я схожу на родную землю. Вдыхаю полной грудью всё ещё ощутимо морозный воздух. Март в России не всегда — весна. На небе кругом снеговые тучи. Хотя как я поняла самого снега давно уже не было. Скорее дождь с примесью редких снежинок. Солнца не видно, да какой там… Даже маленький лучик не может пробраться сквозь серые нахмуренные облака.

Странно, всё странно. Странное ощущение, странные эмоции, странный город. И почему я вернулась именно сюда? На душе скребут кошки и погодка как раз под меня.

— «Ты уже долетела? Добралась до дома?» — тут же ожил мой телефон, как только я его включила.

Сама собой появилась улыбка и я начала строчить ответ Марку. Это наверно единственный человек на земле, который так сильно обо мне печётся.

— Вы счастливый человек, раз радуетесь в такую-то погоду, — заметил таксист, когда я усаживалась в машину.

— Только дело не в погоде. А в душе, — улыбнулась я.

— Значит вы влюблены? — заулыбался таксист.

— Нет, — помотала я головой, — Я опустошена… — сказала так тихо, что меня вряд ли услышали.

На этот раз я сняла квартиру в противоположной стороне от дома Антона. Не хочу допускать даже мысли, что он может ошиваться где-то поблизости.

— Маргарита! — ахнула Кира.

Когда-то эта девушка была моей пациенткой, но позже мы с ней сдружились. И хоть общение поддерживаем больше в электронном виде, она мне можно сказать как младшая сестричка. К тому же живёт из моего родного города. Приехала сюда только чтоб помочь мне с переездом и передать ключи от новой квартиры. Так как вещи она уже мои давно перетащила и помогала ей, я просто уверена, её банда. Точнее банды, её брата и парня. Она у нас является кем-то вроде принцессы местного разлива. Правда до этого тоже много чего пережила, и я рада что у неё получилось преодолеть все свои фобии.

— И тебе привет, — обняла я удивлённую девушку.

— Боже! Тебя, что в этой Америке не кормили что ли?

— Кормили и даже очень, — я тут же вспомнила наши ужины с Марком и вечное его ворчание, что я плохо ем.

— Да какой там! Ты посмотри на себя! Да тебя же ветром сдувает! — причитала Кира.

Я пожала плечами. Что сказать… Я действительно скинула. Да и как тут по-другому? Кира само собой не знает, что я пережила, да и говорить я не хочу. От того что я с ней поделюсь мне легче не станет, а вот девушка станет переживать. Так или иначе, но это моё личное горе, которое я буду нести всю свою жизнь.