Чтение онлайн

– Ах, мой дорогой, - воскликнула Мастерица Развлечений, всплеснув руками, - у меня для вас потрясающая новость!

– Все уже готово и можно начинать веселье, - промолвил Рави.

– Нет, нет и нет, милый племянник! – тетушка подбежала, с улыбкой потрепала его по щеке и закружилась по комнате, словно в танце. – Угадайте, кто приехал?

– Неужели сам Моредар Рубиновый? – эта мысль занимала Наместника больше, чем все остальные, ибо вот уже много лет Наместник Рубинового Острова не покидал своё поместье-столицу, переложив дела на советников и подрастающего сына.

– Опять неправильно! – леди Аннирель даже захлопала в ладоши, как девочка. – Но не буду вас томить. Вы и так будете поражены… Дехтирель здесь!

Лорд Ровилар вытаращил глаза, Рави отлепился от подоконника, когда девушка в синем плаще Видящей осторожно переступила порог отцовского кабинета.

Она очень робела, пугаясь предстоящей встречи, и непрестанно твердила себе: «Я – Видящая волшебница! У меня все получится! Не может не получиться после всего, что мне пришлось сделать. Но я справилась тогда – справлюсь и теперь. Главное – не паниковать и вести себя уверенно!»

И она доблестно играла роль уверенной в себе чародейки, пока не встретилась лицом к лицу со своим отцом.

– Добрый день, - пролепетала она. Как его называть? Тетушка обращалась с нею, как с любимой племянницей, но остальные родственники… Расставались-то они не самым лучшим образом.

Обычно родители гордятся тем, что у их дочерей находят Дар. Иметь в роду Видящую всегда почетно, и матери с охотой отдают девочек в Обитель. Правда, некоторые после этого справляют по девочке поминки и считают её умершей, не вспоминая о том, что когда-то рождалась дочь. Видящие навсегда уходят из семьи, большинство из них даже не возвращается после обучения на свои Острова. И лишь единицы могут следить за судьбами своих родных и друзей. Орден становится для них новой семьей, Обитель – новым домом. Но когда Дехтирель в свой черед высказала мысль о том, что хочет стать волшебницей, ее мать решительно воспротивилась выбору дочери. Она даже на три дня посадила девочку под замок. Но упрямство подростка сломить оказалось непросто. Несколько месяцев продолжалась война отцов и детей. В ход шли угрозы, слезы, упреки, даже лесть и шантаж – Дехтирель сообщила, что объявит голодовку, если ее не отпустят в Орден. В конце концов, она забралась на крышу конюшни и пригрозила, что спрыгнет и разобьётся насмерть. Но мать была тверда, как камень. Отец и брат поддерживали мать, леди Аннирель сохраняла вежливый нейтралитет.

Точку поставило поведение главной Видящей, Хозяйки Острова. Она какое-то время не вмешивалась в происходящее, считая, что родителям виднее, как надо правильно обращаться с детьми, и что посторонние не должны мешать в таком деле. Но после последней выходки Дехтирель она явилась во дворец Наместника и сообщила изумленной девочке: «Раньше мне было все равно, и я даже восхищалась твоим упорством в достижении цели. Но сейчас говорю – ты зашла слишком далеко. Остановись или иди дальше, но помни, что дорога назад для тебя закрыта навеки!»

Это и послужило последней каплей. Через несколько дней девочка покинула родной дом. Все эти годы она отчаянно хотела выучиться на волшебницу, чтобы доказать своим отцу и матери, что она достойна быть Видящей. И вот на ней синий плащ, расшитый магическими рунами, в руках – посох, на пальцах – перстни-амулеты. Но мамы больше нет.

Тетка Аннирель рассказала племяннице, что ее мать тяжело переживала уход дочери. Она много плакала, тосковала, отказывалась от еды. У нее развилась болезнь*, от которой ни у одной целительницы нет лекарства, и однажды вечером, придя в погруженные во мрак покои, чтобы зажечь камин – случилось это осенью, когда уже становилось прохладно, - слуги обнаружили тело леди Наместницы в кресле у окна. Мертвые пустые глаза смотрели в пространство.

(*Болезнь – она же скука, неизлечимый недуг, поражающий только эльфов. Лекарства от него нет, болезнь всегда заканчивается смертью.)

А вот теперь дочь, причина смерти матери, вернулась в родной дом.

Лорд Ровилар медленно встал и сделал шаг навстречу. Вцепившись в посох, как в свою единственную защиту, девушка не спускала с него глаз. Что он скажет? Как поступит?

– Ну, здравствуй, дочка, - произнес, наконец, Наместник, раскрывая руки для объятий.

Дехтирель неловко прижалась щекой к отцовскому плечу. Ей казалось невероятным, что это все-таки произошло. Отец её признал! Он простил дочери побег в Обитель, простил смерть матери – простит и все остальное.

– Ты так стала похожа на свою мать, - голос отца дрогнул от сдерживаемых чувств.

– Позволь и мне приветствовать тебя, - послышался голос Рави.

Брат подошёл к сестре, жадно тараща на неё глаза. Он помнил, как от них в Обитель ушла девочка-подросток, ещё по-детски угловатая, нескладная, упрямая и задиристая. А теперь перед ним стояла красивая девушка, при взгляде на которую у любого мужчины чаще забьется сердце. Была ли это любовная магия Видящих, которые какими-то чарами заставляли всех подчиняться себе, или природная красота дочери Наместника – неизвестно. Но у Рави перехватило горло, а сердце забилось часто-часто. Робко, как подросток, приблизившись, он взял сестру за руку.

Снова хлопнула дверь. Стоявшие у порога помощницы леди Аннирель и паж отскочили в стороны с испуганным визгом.

– Дайте! – прозвучал громкий властный голос. – Дайте и мне посмотреть на неё!

«О, нет! – мелькнуло в голове у девушки. – Только не это! Не сейчас! Не хочу!»

Но родственники уже расступились, и она оказалась нос к носу с Хозяйкой Сапфирового Острова.

Главная Видящая была уже не молода. Можно было даже сказать, что она была старой – во всяком случае, сам Наместник помнил, что она старше него и являлась Видящей столько веков, сколько он себя помнил. Можно было бы даже утверждать, что она являлась одной из самых старших Видящих Ордена, стоявшей у его истоков – если бы волшебницы, как многие женщины, не скрывали свой возраст. Лишь немногие могли себе позволить выглядеть на свои лета.

– Ну-ка, ну-ка, дайте мне поприветствовать нашу гостью! – стуча посохом, Хозяйка приблизилась, решительно отстраняя родственников. – Так вот ты какая стала… Не узнать!

Дехтирель выставила посох перед собой, словно он мог ее защитить.

– Добрый день, сестра, - пролепетала она и тут же мысленно обругала себя за слабость и мягкотелость.

– Старшая сестра, девочка, - железным тоном поправила ее волшебница. – Этому-то тебя в Обители научили?

– Старшая сестра, - послушно повторила девушка и вторично выругалась про себя – на сей раз в адрес своей коллеги по ремеслу. – Прошу меня извинить, но я так переволновалась… Эта встреча…

– Со мной или своей родней?

– С… со всеми. Я не ожидала, что…

– Что тебя отправят сюда, на родину, вместо того, чтобы подыскать более подходящее место для служения? Это они что-то напутали или недоработали. Стоит сообщить в Обитель о допущенной ошибке!

– Нет! – вырвалось у Дехтирель прежде, чем она прикусила язык. – Никакой ошибки нет! То есть, я хочу сказать, что сама просила, чтоб меня отправили сюда. Я хотела жить и служить здесь, возле своей семьи…

– Странное, надо признать, решение, - пробормотала Хозяйка. – Тебе сообщили, что на Острове пока нет вакансий? В поместье-столице, кроме меня, еще две Видящих – в качестве личных советниц у знатных дам. Ты станешь четвертой?

– Я… еще не решила. Я думала, что…

– Что найдется благородное семейство, которое примет тебя и сделает «домашней» волшебницей? Тебя, в чьих жилах течет благородная кровь и которая стоит, - она опустила взгляд, рассматривая узоры на подоле балахона, - стоит аж на второй ступени? Не слишком ли это мелко?

Дехтирель смутилась и забормотала, запинаясь:

– Я думала… я надеялась…Это же для начала, а потом…

– Ладно, - старшая волшебница, удовольствовавшись тем, что вогнала младшую в краску, сменила гнев на милость и окинула девушку долгим тяжелым взглядом. Дехтирель показалось, что она буквально ощупывает глазами ее тело под одеждой. – С твоим служением мы немного повременим. Пока поступаешь в мое распоряжение. Завтра на рассвете, как только запоет синица, приходи к часовне. Поняла?