Печать пожирателя 10
Шрифт:
Это было дыхание проклятия Хэй ан Лейшоу.
И судя по всему — оно прекрасно работало.
Мы приблизились настолько, что казалось, вот-вот коснёмся края этого гигантского молочного облака. Мэйли, обычно оживлённая и язвительная, стояла у штурвала с лицом, от которого веяло могильным холодом. Её аметистовые глаза были прищурены, а пальцы белели от силы, с которой она впивалась в полированную древесину.
— Пора остановиться! — её голос прозвучал хрипло и неестественно громко в гнетущей тишине, — Дальше приближаться опасно…
Двигатели яхты замолчали, и нас окутала оглушительная, мёртвая тишь, нарушаемая лишь плеском воды о борт. Все взгляды устремились на меня.
Посмотрев в эту белую муть, я подумал о деде. О его бледном, неподвижном лице в саркофаге. Что, если Линь Шу ошиблась? Если её ритуал и этот артефакт — всего лишь отчаянная попытка вырвать власть, основанная на пыльном пророчестве?
А если это не сработает? Неужели Дмитрий умрёт из-за моего нежелания лезть в самоубийственную авантюру?
Эх, не хотелось бы этого допускать, конечно…
Но было не время предаваться меланхолии. Я выдохнул, отсекая сомнения.
Из внутреннего кармана я извлёк артефакт, переданный Линь Шу. Он был похож на небольшую коробочку, сделанную из слоновой кости и чёрного нефрита. В её центре пульсировали четыре капли крови — Линь Шу, деда, пленённого старейшины, и моей — четырёх ключей, сплетённых воедино меж собой тонкими нитями вампирской магии.
Я сжал коробочку в ладони, вливая в древний механизм щепотку своей силы.
Артефакт дрогнул. Костяные пластины пришли в движение, сдвигаясь и поворачиваясь с тихим, костяным щелканьем. Нефрит засветился изнутри тусклым, багровым светом. Тончайшая, невидимая глазу сфера энергии исказила воздух вокруг меня, зазвучав тихим, едва слышным гулом.
И — вот это было неожиданно! — та гиря, что давила на мою энергетику, исчезла! Дыхание «Тёмного охотника» больше не обжигало кожу. Оно осталось там, снаружи, отскакивая от невидимого барьера!
— Охренеть, похоже, сработало! — искренне удивился я.
— В самом деле? — скептично уточнила Илона, подходя ближе, — В тебе как-будто ничего не изменилось…
Я пожал плечами.
— Сейчас и узнаем.
Слепо доверять вампирским, или чьим-бы там ни было ещё, артефактам было не в моих правилах.
Поэтому я мысленно позвал Мунина. Чёрный ворон спикировал с мачты и уселся на плечо. Мы были связаны глубоко, на уровне сущности. Если заклинание действовало на меня, оно должно было распространиться и на него.
— Лети, — скомандовал я, — Проверь этот туман. Но учти, можешь сгореть заживо.
— Я КАР-ствую что не с-КАР-рю, — ответил питомец, хлопнул крыльями и ринулся вперёд, к молочной стене.
Честно признаться — я затаил дыхание, всеми фибрами души ощущая нашу связь и слегка… Переживая.
Всё-таки мы с ним уже давно вместе, и не хотелось бы потерять такого ценного союзника, но…
Своя жизнь мне была дороже. А если есть возможность не умереть — почему бы ей не воспользоваться?
Я смотрел на ночь глазами Мунина. Вот он коснулся границы… и исчез в тумане.
Но связь не прервалась, не исказилась болью или распадом! Я всё также чувствовал его полёт, его острое зрение то и дело выхватывало из пелены тумана очертания скал, поросших странной, лишённой цвета растительностью.
Повинуясь моим приказам, ворон сделал круг над одним из островков и так же спокойно вернулся, вынырнув из тумана и усевшись обратно мне на плечо.
Путь был свободен.
— Молодец, друг, — похвалил его я, — С меня вкусное проклятье по возвращению.
— Ловлю на КАР-слове!
Я фыркнул и повернулся к Илоне. Она стояла, обхватив себя руками, и её золотые глаза были полны тревоги, которую она старательно пыталась скрыть.
— Всё в порядке, — сказал я, подходя к ней и касаясь её щеки. Кожа невесты была холодной, — Артефакт работает. Я вернусь быстро, и соскучиться не успеешь.
Она кивнула, и впилась пальцами в мою куртку, притягивая к себе. Я наклонился и поцеловал её — коротко, но сильно, вкладывая в это всё своё обещание вернуться.
— Не переживай, — прошептал я.
Затем развернулся и спустился к уже качающемуся на воде гидроциклу. Мэйли молча наблюдала за мной, и в её взгляде читалось нечто новое — не флирт и не любопытство, а какая-то суровая серьёзность.
— Не подведи нас, Марк, — произнесла она, — Мы действительно на тебя рассчитываем.
— Не сомневайся, я держу слово.
— Мы тоже.
Я кивнул, сел в седло, рванул ручку стартера. Двигатель гидроцикла взревел, нарушая гнетущую тишину, и я рванул вперёд, навстречу белой, безмолвной пелене.
Гидроцикл, послушный малейшему движению рукоятки, разрезал неподвижную, молочно-мутную гладь.
Ощущения по-прежнему были нормальные — хотя я уже наверняка был в зоне действия проклятья.
Хм… Линь Шу утверждала, что защита работает бессрочно, но… Интересно, насколько она в этом уверена?
Ох Маркелий, раньше надо было думать… Но в любом случае — это лишний повод не задерживаться. Цветок, броня — и обратно.
Видимость не превышала метров десяти — мир сузился до призрачного круга, в котором вода сливалась с туманом, создавая ощущение бесконечного и совершенно пустого пространства. Я то и дело сверялся со сбоящим из-за магических помех навигатором, чей экран тускло светился на приборной панели, прокладывая путь через этот беззвучный поток сумрака.
Наконец, координаты сошлись. Я заглушил двигатель, и тишина обрушилась на меня, тяжёлая, абсолютная, и бесконечно давящая. Лишь лёгкое плескание воды о корпус гидроцикла нарушало её.
Я был в самом сердце Туманного архипелага. Где-то глубоко подо мной, под сотнями метров ледяной, чёрной воды, покоилось то, ради чего я готов был рискнуть жизнью.
Идиот?
Вполне вероятно…
Я взял из бардачка гидроцикла водолазную маску последнего поколения. Широкое стеклом, обеспечивающее почти панорамный обзор, небольшие фильтры, которые позволяли дышать под водой безо всякого баллона. Красота, да и только!
Вот разберусь с советом и устрою себе отпуск! Поныряю с такой где-нибудь, где есть красивый подводный мир. А что? Говорят, наблюдение за рыбками успокаивает.