Чтение онлайн

Балахон развевался за ним, напоминал крылья летучей мыши…

В помещении повисла тишина…

— Дерьмо… — прохрипел полицейский колдун, и уселся на пол, — Я пуст… Проклятье, я пуст! Что за тварь это была?!

Мы с Илоной стояли, прислонившись к багажнику мобиля. Вокруг сновали полицейские, следователи, колдуны, учёные…

— Значит, кровь на шарфе был не твоей? — я накинул на плечи подруги, которая ёжилась от ночной прохлады, свою кожаную куртку, и приобнял девушку.

— Нет, — шмыгнула носом Илона, — Я жахнула одного из этих уродом двойным заклинанием — воздушным лезвием и несвёртываемостью крови. С небольшим… подвохом. Снять колдовство сразу у них не получилось, а меня вырубили. Но я надеялась, что твари оставят хоть какие-то следы, по которым меня можно будет найти.

— Ты просто гений, — я поцеловал подругу в лоб, — Я так и вышел на твой след.

— Я уже догадалась.

— Господин Апостолов? — к нам подошёл лейтенант Новицкий — У меня есть несколько вопросов к вам, и к вашей невесте…

Илона выразительно посмотрела на меня, но я лишь пожал плечами.

— Конечно.

Следующий час лейтенант записывал нашу беседу в планшет. Как похитители вломились в номер, как вытащили оттуда Илону, что она слышала, оказавшись здесь, в цеху, запомнила ли имена преступников — и так далее. Самым неудобным оказался вопрос о причинах похищения — но к моему удивлению рыжая не стала юлить или врать.

— Я приобрела страницы старого дневника Вильгельма Пеля у одного коллекционера. Предвосхищая ваш следующий вопрос — сделка была полностью законна, и мы зарегистрировали её. Преступникам были нужны эти страницы — они прямо заявили об этом, когда вломились в номер отеля.

— Но зачем они похитили вас?

— Я как раз решила изучить записи, когда они ворвались в апартаменты. Испугавшись, я… Сожгла их.

Брови Новицкого, как и мои, удивлённо приподнялись.

— Сожгли?

— Да. Запаниковала и… Не придумала ничего лучше.

— Ясно… — судя по тону, лейтенант не совсем поверил в такое объяснение, но настаивать не стал, — В таком случае, быть может вы запомнили их содержание? Это помогло бы понять мотив преступников, и…

— Сожалею, господин лейтенант, — Илона состроила убийственно-расстроенную мину, — Но я не успела прочитать даже пару абзацев… К тому же, они были зашифрованы…

— Но в таком случае вопрос тот же — зачем вас похитили?

— Я попыталась дать отпор и меня оглушили, — не моргнув глазом, произнесла моя подруга, — И в себя я пришла около часа назад. Попыталась сказать преступникам, что ничего не знаю — но они не поверили.

— Они вас допрашивали.

— Да, но… Без применения силы. Они не знали, что делать, и будто ждали указаний.

Помучив нас ещё немного, Новицкий заставил подписать соглашение о неразглашении и заверение о правдивости наших показаний, а затем кивнул:

— Что ж, полагаю, это всё… Но на всякий случай в ближайшие пять дней я попрошу вас не покидать Петербург. Могут возникнуть уточняющие вопросы и…

— Мы понимаем, — кивнул я, — И останемся. Если что — мой номер у вас есть.

— Отлично. В таком случае не стану вас задерживать. Патрульные отвезут вас к отелю и…

— Один момент, лейтенант, — я отошёл от мобиля и отвёл Новицкого за собой на несколько метров, — Скажите, что тут вообще произошло? Обычная банда, о которой мне поведал Никитин, оказывается усилена чертовски сильным некромантом. А куклы? Такое ощущение, что там был целый склад зомби! Не поймите меня неправильно — но мне не хотелось бы перейти дорогу какому-нибудь чернокнижнику.

— Судя по всему, вы это уже сделали, когда ваша невеста прикупила те страницы, — вздохнул лейтенант, — Но вы противостояли этому некроманту… Спасли двух наших ребят, да и меня… Спасибо.

— Перестаньте. Так на моём месте поступил бы каждый.

— И тем не менее, — высокопарно произнёс Новицкий, стиснув мою руку, — Я не могу отказать человеку, который рисковал своей жизнью. Но…

— Всё останется между нами, обещаю.

Лейтенант кивнул:

— Мы уже опознали нескольких кукол… Все они — пропавшие в округе Петербурга в последние несколько месяцев… Скажем так — маргиналы.

— Ясно…

— Ваша догадка насчёт «склада»… Отчасти оправдана. Наши специалисты обследовали то помещение, откуда они вырвались, и… Очевидно, что этих зомби хранили там — просто на полках, окутав каким-то антиразлагающимся заклинанием. Его остатки обнаружились на нескольких телах.

— Какая-то дичь… Зачем это могло кому-то понадобиться?

— Ну… — Новицкий замялся, — Наши колдуны обследовали округу и увидели след некротической энергии, который тянется от склада до причала.

— Хотите сказать, что кто-то собирал трупы здесь — а затем сплавлял их по Неве?!

— Всё указывает именно на это.

— А некромант?

— По этой твари никаких данных, — покачал головой Новицкий, — И честно говоря, такой опасный чернокнижник меня сильно беспокоит. Я надеялся, что выйти на него нам помогут те страницы… Которые сожгла ваша невеста.

— Что-ж… — протянул я, — Жаль, что мы не сможем вам помочь… Илона постарается вспомнить хотя бы то, что успела увидеть — но я ничего не обещаю.

— Понимаю.

— Быть может, лейтенант Никитин сможет прояснить ситуацию? Быть может, он не всё рассказал мне?

— Возможно, — поморщился лейтенант, — Но теперь им занимается инквизиция… Если они сочтут нужным поделиться информацией — сделают это. Но скорее всего — потребуют то, что узнали мы, и заберут дело себе.

— Ясно…

— А вот и они, — вздохнул лейтенант, глядя мне за плечо.

Я обернулся, и увидел, как на территорию промзоны влетает массивный чёрный мобиль с золотым молотом, выгравированным на дверях.

— Нужно поговорить с ними, — произнёс Новицкий, — Надеюсь, ещё увидимся, господин Апостолов.

Я улыбнулся.

— Надеюсь, но не при таких обстоятельствах.

лейтенант направился к выбравшимся из мобиля двум здоровенным (больше напоминающим бодибилдеров) инквизиторам в светлых костюмах, а я вернулся к Илоне.

— Давай убираться отсюда. Нас больше никто не задерживает.

— Конечно. И кстати — «невеста»?!

— Даже не спрашивай. Мне надо было повлиять на всех этих полицейских, так что…

— Да ладно, я не против, — подмигнула мне рыжая, — И кстати, «женишок»… Если ты думаешь, что я действительно решила изучить бумаги Пеля только в номере, а не по пути туда — ты сильно ошибаешься…