Перед рассветом
Шрифт:
Внутри слева на таких же серых стенах горели большие старые лампы, справа же были железные шкафы, выходящие прямо из стены, состоящие из множества больших ящиков. «Морг», – поняла она. В конце этой комнаты один такой ящик был выдвинут и на нём лежало какое-то непонятное тело, от вида которого у Вали душа по-настоящему ушла в пятки, даже на расстоянии 5 метров можно было сделать вывод, что тело страшно изувечено.
Валя встала на две ноги и, закрыв глаза и сделав глубокий вдох, подошла к «койке». Сев на корточки, она стала рассматривать останки своей бедной родной сестры близняшки: кожа по всему телу была похожа на бледную засохшую слизь; на суставах кожа и вовсе отсутствовала, а хрящи приобрели деформационный и даже отвратительный вид; на животе и кожа, и мышцы свернулись вокруг пупка на столько сильно, что кости таза буквально выглядывали из-под кожи; на руках локтевые мышцы вылезли, как бело-красная масса, из-под кожи и суставов, на бицепсе одна из вен скрутилась в косую петлю и приобрела чёрный цвет; на ногах коленные чашечки вылезли чуть вперёд порвав кожу; с головой была самая страшная картина: волосы и уши полностью отсутствовали, кожа на макушке и затылке слезла до основания, демонстрируя белый череп, затылок был чуть вытянут назад, чем прежде, а лицо: щёки, губы и лоб приобрели бледной серый цвет, веки были закрыты, немного сморщенные и почерневшие, нос был таким же прямым и ровным, а рот чуть приоткрыт. От этого мучительного выражения лица создавалась впечатление, что бедную Дашу одновременно и топили, и жгли, а смерть была просто непереносимо мучительной. Осторожно развернув обеими руками бездыханное лицо к себе, Валя посмотрела на сестру, а потом аккуратно прижалась острым носом к её лбу и тихо заплакала, сделав свою морду на столько жалобной и печальной, что от этого зрелища Аркадий Александрович, который периодически подглядывал, не выдержал и, развернувшись к стене, упёрся лбом о кулак, а кулаком о стену, и закрыл глаза. Валя плакала, у неё текли слёзы, а сама она вдыхала и выдыхала прерывисто, проговаривая: «П-прости…». Ей было очень плохо не просто от лицезрения мёртвой сестры, а от того, какая у неё была извращённая смерть. Она сама себя убеждала в том, что на месте Даши должна была быть она. Более отвратные и ужасные муки она себе представить не могла, хоть и догадывалась, что Даша могла умереть во сне.
Так продолжалось 8 минут, Аркадий Александрович пожалел её и не стал тревожить, надеясь на то, что сама успокоиться, и понимая то, какая у неё потеря, т.к. он потерял жену в авиакатастрофе, и очень хорошо знал эту боль.
Валя сглотнула слюну, отпрянула от лица сестры и вытерла слёзы боковой стороной ладошки: «Я отомщу им за всё…с полна! Спи спокойно…», – она положила свою широкую ладонь на лоб сестры, – «Клянусь тебе!». Затем она встала, перестав смотреть на неё, развернулась и за несколько мгновений выползла из прохода. Аркадий Александрович осторожно посмотрел на неё, и та резко дернула на него головой и злобным взглядом, замаскированным слезами, встретилась с его глазами. Тот же вздрогнул от этого, но через несколько секунд опустил печальные глаза, осознавая всю свою вину.
– Идёмте, – сказала Валя, отвернувшись, смотря в пол.
Он не стал что-либо говорить ей, понимая, что даже миллион «извини» не помогут, открыл дверь и пропустил Валю вперёд. Она снова переглянулась с подругами, те же, увидев её взгляд, побоялись что-либо говорить ей, т.к. это могло ещё сильнее её «ударить». Валя не стала им что-то говорить напоследок, она была уверена в том, что они всё слышали сами, и с такими мыслями подошла к платформе лифта. Аркадий Александрович, показал часовым знак рукой, и те вернулись на посты, и направился к лифту. Зайдя на платформу вместе с Валей, он нажал на кнопку «вверх», после чего лифт тронулся, а Валя села на противоположной стороне на корточки, обняв себя руками.
Надя с Светой внимательно проводили их взглядом. Они чётко увидели, что на глазах Аркадия Александровича была печаль, а он сам боялся посмотреть на Валю. Своей же подруге они напоследок «сказали»: «Мы с тобой. Мы рядом». Ответа они не получили.
Когда лифт скрылся за потолком, левый часовой подошёл к пульту и пустил воду. За 5 минут бассейн вновь заполнился, и Надя со Светой снова приняли удобное положение тела.
– «Как ты думаешь, что она увидела?» – робко спросила Надя.
– «Надь, честно, я боюсь это знать», – печально ответила она.
– «Надо было её поддержать», – предположила Надя.
– «Не знаю, Надь. По сути, ей всё же нужна поддержка…»
– «Да, очень нужна. Я просто испугалась ей что-то говорить. Ты видела её лицо? А как она там одна будет? Я не знаю, что сказать».
– «Я тоже…Но одно ясно точно, что ей мы нужны, а поскольку ты растёшь быстрее, то ты должна ей помочь. Тебя первее выпустят на поверхность, чем меня».
– «Знаю», – согласилась Надя. – «Ты не заскучаешь здесь одна?»
– «Это точно ненадолго. Стерплю», – ответила Света.
– «Хорошо», – сказала она. Но спустя минуты две она задала вопрос: – «Что же это такое? Куда продолжает катиться этот мир?»
Света ничего не ответила, т.к. сама задавалась этим вопросом.
***
Девчонки оказались правы в своих догадках. Через 8 часов после расставания с Валей пришли за Надей. Пришёл также один человек, но, к сожалению, не Аркадий Александрович, как этого хотела Надя. Он сказал тоже самое, только грубее, и увёл Надю наверх. Она послушно выполняла его команды, из-за чего для Светы всё произошло очень быстро. Подруга на прощание пожелала ей здоровья и силы, но, когда та уехала на лифте, Свете стало не по себе. Для неё опять была тишина и отсутствие какой-то поддержки, прямо как в те месяцы, когда она и девчонки только начинали мутировать и расти. Хоть она и понимала, что это довольно скоро закончиться, но эта изоляция в клетке, давила на много сильнее, чем ожидалось, а время назло растягивалось.
Чтобы не мучить себя Света решила просто погрузиться в транс. Вода была относительно тёплой, так что отдохнуть и ещё накопить силы было бы неплохо, учитывая то, что недавно кормили белковой смесью, которая, по словам учёных, кончалась.
***
Несколько часов назад.
Валя, когда поднялась на самый верх, встретила группу людей, которые оперативно поставили ей условия. Она уже знала каждого по запаху и повадкам, так что незнакомых ей здесь не было. Правила были довольно простыми. Их можно было охарактеризовать тремя предложениями: не пытаться убежать, не оказывать агрессию и подчиняться прямым приказам.
Когда она повторила всё от и до, её повели четверо с оружием к воротам. Аркадия Александровича не выпускали, его остановили и давали какие-то указания. После пережитого Вале было всё равно, что было на поверхности, она на этот момент балы равнодушна к всему, хотя, казалось бы, 5 лет не видела солнца.
И вот когда перед ней открылись раздвижные ворота, и её обдул холодный ветерок, она оживилась. Она выглянула и увидела прекраснейшую за все эти годы картину: на самом низком уровне над землёй лежала густая плёнка тумана, в высь уходили лиственные зелёные деревья, через их листву просачивались лучи солнца, повсюду была растительность, от папоротников до разных лесных цветов. Температура была довольно прохладной, но это прохлада ещё сильнее поманила Валю выйти за пределы бункера. Солдаты не надели ни противогазов, ни защитных костюмов, а лишь махнули друг другу рукой и один за одним стали выходить наружу. Валя полностью осознав, что воздух чистый, поспешно последовала примеру самому первому, ведущему бойцу, осматривая все красоты природы, по которым она так соскучилась. Выйдя на начало протоптанной тропы, она села на корточки, подняла голову вверх на сколько могла и, закрыв глаза от удовольствия, набрала в лёгкие воздух. До чего же этот воздух пьянил её, он имел столько разносортных запахов, что у Вали даже закружилась голова.
– С возвращением, – равнодушно сказал ведущий, который заметил её состояние.
«Анирг?й байха, бузар булай юумэн», – выругалась она про себя на своём родном языке (бурятский: Молчать, мразь).
Валя не стала создавать лишние поводы покричать или издать хоть какой-то звук, ей очень нравилась эта лесная тишина, жужжание некоторых насекомых и лёгкие порыва ветра, она просто сказала сама себе, что это момент блаженства после ада подземелья, где погибла родная сестра. Послушно, она следовала вместе с солдатами, специально на четвереньках, несмотря на то, что это ей было не очень удобно. Солдаты воспринимали её хождение равнодушно, будто знали, что это нормально, или вообще так и нужно.
Таким образом они прошли весь путь от леса до реки. Лес Вали не казался одинаковым, она на протяжении всего маршрута замечала некоторые особенности, на пример: один папоротник имеет естественный зелёный, а другой ярко бирюзовый цвет; одни деревья росли ровно вверх, а некоторые были наклонены под углом, но продолжали расти. Казалось бы, мелочь, но сейчас эти мелочи намного легче замечались и удивляли. Когда они вышли из леса, Валю встретили рыжее солнце, которое скрывали серые густые облака, и всё тот же подвесной мост, у которого опоры были чуть наклонены под углом, старый трос был ярко рыжего цвета, а новый – чёрного. После пересечённого моста, Валя наконец-то увидела деревню: те дома, которые уцелели после взрыва имели аварийный вид: скосились в сторону, имели сгнившую крышу, которая лишь своим видом говорила: «Ой, сейчас упаду»; большинство же старых домов были разрушены в щепки, на их местах были лишь фундамент и горы мусора, уцелевших домов было два, один был точно непригодным для жизни из-за отсутствия одной из стен, а вот другой имел неплохой внешний вид; из нового было около 5 армейских брезентовых палаток, 2 прозрачных герметичных купола, высотой в 5 метров, и несколько металлических контейнеров. Это место с новыми постройками занимало 1/5 деревни и больше представляло из себя лагерь. Весь этот лагерь окружал забор из колючей проволоки, высотой 2 метра.
Её спутники не стали заострять на этом внимание, крикнув на неё, последовали дальше. Дойдя до металлических ворот, Валю окружили ещё четверо бойцов с оружием и повели к одному из куполов. Оттуда вышел один из учёных. Он, гордо встав, обратился к Вале:
– Какое счастье! Вы здесь! – на его радость Валя промолчала, хотя внутри просто сгорала от злости. – Разрешите вас осмотреть? – снова обратился он. Валя не стала смотреть на него, а просто кивнула в знак согласия и села перед ним на корточки. Учёный с большим интересом разглядывал каждую частичку её тела, заглянул даже в рот, глотку, нос и уши. Потом резко остановился на осмотре затылка и как-то неодобрительно покачал головой. Валя не стала его спрашивать из-за чего, а он продолжил осмотр. Закончив свою процедуру, он одобрительно кивнул и сказал: – Вы здоровы и боеспособны. Можете проследовать за товарищами, у вас много работы, да и у нас, – закончив фразу он развернулся и зашёл обратно в купол. – Желаю вам удачи! – крикнул он изнутри.