Чтение онлайн

Чем дальше бойцы продвигались на север, тем чаще на глаза попадались следы, указывающие на деяния похитителей. И эти, казалось бы, незначительные, бытовые детали мирной жизни, которые были разбросаны по пути кровавого шествия, били по нервам сильнее, чем вид разорванных трупов.

Колонна вошла на самую окраину частного сектора. Маленькие дачные домики, утопающие в садах, были разграблены и сожжены. Заборы в некоторых местах были проломлены чем-то очень тяжёлым. Напряжение нарастало с каждым метром. Впереди вставал лес тёмной, почти чёрной стеной — это был старый сосновый бор, который начинался сразу за последней улицей этого дачного посёлка. И чем ближе они подъезжали, тем сильнее становилось иррациональное, сосущее чувство тревоги. Стояла мёртвая, гнетущая тишина, в которой даже рёв дизелей казался неуместным.

— Командир, — из рации раздался глухой голос Лешего. Он и его группа шли в пешем авангарде, метрах в ста впереди колонны. — Тут тропа. Свежая. И широкая, будто здесь стадо мамонтов прошло. Тропа уходит в лес.

Корнев окинул взглядом неприветливый частокол высоких сосен. Лес молчал, но при этом внимательно смотрел на них тысячами невидимых глаз.

— Принял, продолжай движение, — спокойным голосом ответил Корнев, хотя внутри от тревоги всё сжалось в тугой комок. — Колонна, внимание, входим в лес.

Частный сектор закончился внезапно, словно его отрезали гигантским ножом. Асфальтированная дорога, испещрённая трещинами и воронками от недавних боёв, неожиданно уткнулась в грязную, раскисшую от осенних дождей просеку, которая змеёй уползала в тёмное, и совершенно неприветливое нутро леса. Воздух здесь был другим, густой и терпкий, он пах прелой хвоей и влажной землёй.

Колонна остановилась на опушке и перестроилась. Корнев спрыгнул с брони на землю, его берцы с чавканьем приземлились в лужицу грязи. Старлей поднёс к глазам бинокль и всмотрелся в стену деревьев. Мрачный сибирский лес, который он знал с детства (походы за грибами и вылазки на шашлыки навсегда останутся в его памяти), сейчас выглядел как декорация к фильму ужасов. Казалось, что сосны смотрят на них с немым, враждебным осуждением.

Из-за покорёженного забора, что огораживал ближайший дачный участок, шаркая ногами и держась друг за друга, вышли три человека. Корнев инстинктивно вскинул автомат, но тут же опустил его.

Три сотрудника полиции. На всех троих была порванная и перепачканная кровью и грязью полицейская форма. Два из них оказались патрульными — совсем молодые пацаны, и старший сержант — пожилой кряжистый мужик с седыми усами. Один из молодых держался за простреленное плечо, а из-под его пальцев, которыми он зажимал рану, сочилась тёмная кровь. У второго молодого парня всё лицо было покрыто мелкими порезами от разбитого стекла. Он, видимо, ещё не отошёл от шока и поэтому смотрел в одну точку прямо перед собой, а его губы беззвучно шевелились.

— Стоять! — рыкнул Леший и вышел им наперерез, держа свой «Вал» наизготовке. — Кто такие?

Старший сержант поднял на него мутный взгляд, и, узнав армейскую форму, кажется, немного пришёл в себя.

— Свои мы… ППС… Третий батальон, — прохрипел он, сплёвывая на землю кровавую слюну. — Когда всё началось, мы были у виадука, там нас и накрыло. Нам удалось уйти в лесополосу.

К ППСникам уже спешил Ланцет со своей медицинской сумкой. Не говоря лишних слов, он отодвинул старшего, усадил раненого патрульного на поваленное дерево и начал распарывать ножом рукав его куртки.

— Похоже на рану от обычной стрелы, — буднично констатировал медик, осматривая рваную рану. — Повезло, кость не задета. Не переживай, боец, сейчас промоем, зашьём, и будешь как новенький.

Корнев подошёл к старшему сержанту. Тот сидел на корточках, обхватив голову руками, и мелко дрожал.

— Рассказывай, сержант, — голос Барона был совершенно спокойным, но в нём не было и сочувствия. Ему нужна была информация, а не сопли. — Что произошло? Как всё началось?

Сержант поднял голову и посмотрел на старлея. В его глазах на секунду блеснул осмысленный огонёк.

— Вспышка, — прошептал он. — Понимаешь, командир… просто вспышка. Мы на патрулировании стояли, на северной объездной. Сразу в дежурку по рации докладывать кинулись, а в той рации связи ноль, только шипение.

Он замолчал, пытаясь подобрать слова.

— А потом, спустя какое-то время после вспышки, эти твари начали появляться из леса. Сначала вышло несколько групп, в каждой голов по десять, а потом их становилось всё больше и больше.

Второй патрульный, тот, что пребывал в ступоре, неожиданно заговорил. Он говорил неторопливым монотонным голосом, словно читал сводку.

— Ромка, напарник наш, ему стрела в грудь прилетела. Он даже закричать не успел, как, покрылся инеем и замер, как статуя, а потом рассыпался в пыль. В ледяную пыль, понимаешь?!

Ланцет, закончивший перевязывать плечо раненого патрульного, подошёл к сидящему на бревне сержанту и без предупреждения вколол ему успокоительное из шприц-тюбика. Тот дёрнулся и почти сразу обмяк, дрожь прекратилась. Корнев слушал полицейских, и в его голове холодная машина аналитики начала складывать разрозненные куски в единую картину. Итак, это точно не был вражеский десант, иначе бы все это скачущее стало заметили бы со спутников, да и на радарах что-то да засветилось бы.

— Что потом? — спросил старлей у второго патрульного.

— Мы на машине удирать от них, а они по нам из луков долбить начали. Прошили нашему «бобику» движок насквозь, мы выпрыгнули из него, считай, на ходу, и в лес побежали. Ушастые за нами не погнались, зато начали так часто шмалять из луков, будто мы кабанчики, и на нас открыт сезон охоты. А потом эти долбаные лучники на нас забили и ушли за остальными в город.

Корнев кивнул, картина потихоньку прояснялась.

— База, я Барон, — сказал старлей в рацию. — Получена новая вводная. Противник вошел в город ориентировочно из лесного массива. Квадрат семь-четыре-девять. Причём, всей своей основной массой и ножками, а не на псинах. Есть свидетели.

В ответ из штаба донеслось лишь удивлённое хрюканье и треск помех. Видимо, там эту информацию ещё долго будут осмысливать.

— Леший, твоя группа пойдёт впереди, дистанция двести метров. Искать странные следы, изменения в ландшафте, любые аномалии, в общем, всё, что не вписывается в общую картину обычного леса. Двигаемся медленно, зрение и слух используем по максимуму Вперёд.

Взводный молча кивнул, махнул рукой своим бойцам, и они, словно призраки, растворились в густом подлеске.

— Колонна, за мной, пушки наготове. — старлей отдал команду остальным. — Смотрим на деревья, ушастые довольно прыткие.

Стальной змей из бронетехники и пехоты с лязгом и хрустом медленно вполз в тёмный осенний лес. Корнев шёл рядом с головной БМП, внимательно всматриваясь в каждую тень. Лес принял их в свои холодные объятия. Едва колонна углубилась на сотню метров, как мир изменился. Дневной свет, и без того скудный под низким сибирским небом, в глубине леса превратился в мутный зеленоватый полумрак. Огромные вековые сосны и ели смыкались над головой, образуя плотный, практически непроницаемый купол из переплетённых ветвей с пожелтевшей хвоей. Громкий рокот дизелей, который обычно разносился на километры, как будто тонул под куполом ветвей и в мягком ковре из мха и опавших иголок, превращаясь в приглушённое утробное урчание.