Чтение онлайн

– Вы наводили справки?

– Мы, вернее моя бедная матушка – я-то был еще ребенком, испробовали все средства. Но все напрасно. Ничего не удалось узнать.

– Бедный мальчик. Я сочувствую вам от всего сердца, но изменить свое решение не могу. Я всегда мечтал, что Эллен будет счастлива в браке. Я с утра до ночи трудился для нее не покладая рук – с самого ее рождения. И считаю, что было бы абсолютно недопустимо выдать ее замуж без достаточных условий для благополучной жизни.

Роберт Гамильтон покинул коттедж мистера Стедмана в глубоком унынии. Порог его он переступал не без опаски, но тогда его воодушевляла такая надежда, словно бы он и вправду имел шансы на успех. Он плелся по улицам, пока не добрел до офиса, ну а там его поджидало столько работы, что до вечера он и помыслить ни о чем не мог. Эту ночь он провел без сна, прикидывая то так, то эдак, как ему обзавестись солидной суммой, давшей бы право назвать мисс Эллен Стедман своей супругой, – но все было тщетно. То одна, то другая схема быстрого обогащения приходила ему на ум, но все они неминуемо рассыпались в прах одна за другой. Он думал о разных неожиданных случаях, о горах денег, которые каждый год сваливаются на ничего не подозревающих людей: кто-то нашел старинный клад – золото, которое столетия ждало своего часа, а кто-то получил сокровища новехонькие, извлек деньги из шахты, смолол их на мельнице, приобрел путем удачи в торговле. Но все это, кроме старинных кладов, требовало первоначального капитала, и молодой человек все чаще невольно возвращался к мысли о кладе – и делал это столь же упорно, как тот, кто потерпел кораблекрушение посреди океана и теперь лишь обломок мачты держит его на плаву. Не так ли и его отец, которого злой рок швырнул в бурные волны вместе со всеми сокровищами, тщетно цеплялся за то, что осталось от его корабля?

«Залив Виго, Шельда… – размышлял Роберт. – Ведь сокровища, спрятанные там, уже давно никто не ищет. Вдоль наших берегов рассыпаны миллионы – потерянные, скрытые, но ведь рано или поздно они объявятся! Людям удавалось озолотиться с их помощью, отчего бы и мне не попытать удачи?»

Засыпая, он все больше понимал, что нет ничего невозможного в том, чтобы отыскать сокровища, а потом он уснул и всю ночь открывал клад за кладом, будучи на вершине блаженства от своей удачливости – блаженства настолько непоколебимого, что Роберт совершенно позабыл, что все эти горы золота и серебра ему просто снятся.

Снов ему снилось много. Большинство из них были о поиске сокровищ, и в этих снах царила Эллен. Во сне он снова и снова переживал приятные минуты их первой встречи – и если принять во внимание, как они познакомились, то неудивительно, что именно побережье постоянно возникало в сновидениях юноши. А произошло это так: примерно три года назад, в какой-то праздничный вечер, он прогуливался по плоскому берегу Бычьего острова и вдруг заметил рядом девушку редкой красоты. Молодой человек отчаянно искал способ представиться очаровательной незнакомке – и удача не заставила себя долго ждать. Сильный порыв ветра сорвал с девушки шляпку и покатил ее по плоскому берегу. Роберт Гамильтон немедленно бросился за ней и вернул беглянку хозяйке. Их случайное знакомство было одобрено отцом мисс Стедман – и с этого часа молодые люди стали добрыми приятелями.

Практически все его сны утром поблекли и растаяли, но все же одно сновидение юноше запомнилось. Роберт стоял на широком морском берегу, неподалеку высился остов корабля, но внимание его привлекал тяжеленный сундук, окованный железом. Юноша попробовал приподнять его, но у него ничего не вышло. Тогда он попытался вытолкнуть его с корабля при помощи рычага – и это ему удалось. Но сундук, рухнув на песок, стал погружаться в него под собственной тяжестью. Роберт старался как мог, но проклятый сундук продолжал тонуть в зыбучем песке – медленно и неудержимо. Вокруг вставал туман, заслоняя луну, из мутной пелены доносилось какое-то приглушенное рычание, влажный воздух побережья был напоен звоном далеких колоколов. В воздушном пространстве носились какие-то смутные тени, и внезапно среди них Роберт узрел Эллен. В тот же миг туман рассеялся, встало солнце – и ему сразу же стало хорошо, а сердце преисполнилось счастья.

На следующий день, в воскресенье, после молитвы Роберт со своим приятелем Томом Харрисоном решил прогуляться. Молодые люди отправились к Доллимаунту и, пройдя по мосту через Крабовое озеро, оказались на острове Северного Быка. Было время прилива, и когда они пересекали линию низких песчаных холмов – дюн, как их зовут голландцы, – перед ними простиралась широкая песчаная полоса с мелкими приливными потоками, устремляющимися вдаль. Пока они любовались этим зрелищем, Роберт вспомнил свой недавний сон с такой ясностью, что уже готов был увидеть остов ночного корабля.

– Однако, – заметил Том, – нечасто удается видеть такой мощный прилив. Надо же, как далеко зашла вода. И сколько же здесь песка! Удивительно, что на берегу нет ни камней, ни валунов – ну, чего-то в этом роде.

– Смотри-ка, все же что-то есть, – улыбнулся Роберт, махнув рукой вдаль: там, у самой воды, и вправду был небольшой холм – не больше пары футов над уровнем песка.

– Пойдем туда? – предложил Том, и оба молодых человека сняли сапоги и чулки и отправились по мокрому песку, перебираясь вброд через ручейки, пока не оказались в сотне ярдов от своей цели.

Вдруг Том воскликнул:

– Это не камень и не скала! Это же корабль! Килем вверх, кормой к нам – корабль, утонувший в песке!

Сердце Роберта оборвалось на мгновение. Что, если этот корабль полон сокровищ – и его сон оказался вещим? Но в следующий миг он отбросил фантазии и поспешил за приятелем.

И вправду, Том не ошибся. Перед ними были останки старого опрокинутого корабля, наполовину занесенные песком. Приливы и отливы образовали вокруг него нечто подобное рву, окружающему старинные замки, и в этом импровизированном водоеме метались рыбешки, а ленивые крабики бочком пробирались по песку.

Том перепрыгнул через узкий ров и ступил на киль, балансируя, как заправский канатоходец. Было нелегко удержаться на скользких водорослях. Юноша принялся стучать палкой по доскам, и корабль глухо отозвался на удары.

– Смотри-ка, – заметил Том, – там пустота!

Роберт одним прыжком присоединился к другу и вместе с ним прошелся по кораблю. Некоторые из досок, подгнившие от сырости и старости, опасно прогибались под его ногами.

Через несколько минут Тома осенила новая идея:

– Слушай-ка, Боб, а что, если эта посудина битком набита золотом? Давай-ка исследуем ее! Вот бы нам пригодились эти денежки!

– Я как раз об этом думаю, – ответил Роберт.

– Ну, тогда давай попробуем, – и Том попытался подцепить палкой надломленную доску, которая явно держалась хуже прочих.

Несколько минут Роберт наблюдал, как его предприимчивый друг борется со старым кораблем, а затем, когда тот выбился из сил и остановился, произнес:

– Ну что ж, Том, допустим, мы попробуем в него проникнуть. У меня, знаешь, есть идея, возможно, она покажется тебе странной. Прошлой ночью мне приснился один прелюбопытный сон – и этот корабль мне очень напоминает кое-что оттуда.

Том, разумеется, попросил друга рассказать, что ему приснилось. Тот так и поступил – присовокупив заодно к рассказу краткое описание своих бедствий и жестокое условие старого Стедмана касательно сотни фунтов. Выслушав друга, Том заключил:

– Ну, как бы оно ни было, мы попробуем взломать эту громадину. Давай как-нибудь придем сюда, выпилим в посудине дыру и посмотрим, что к чему. Глядишь, что и выйдет из этой операции. Повеселимся в любом случае.

Он выглядел настолько возбужденным и заинтересованным, что Роберт не мог не спросить у друга: в чем причина такой горячности?

– О, я скажу тебе, – ответил приятель. – Ты ведь знаешь Томлинсона? Он тут мне как-то обмолвился на днях, что собирается просить руки мисс Стедман. Он парень небедный, и если судьба не даст тебе шанса разбогатеть в самое короткое время, то ты можешь и опоздать, дружище. Извини, что я говорю обо всем этом, не обижайся на меня – я просто хочу тебя предупредить.

– Спасибо тебе, старина, – с чувством произнес Роберт, стиснув руку друга.

Некоторое время они оба помолчали. Потом, еще раз как следует осмотрев судно, молодые люди покинули его, отошли и присели на песчаном холме.