Первая люболь
Шрифт:
Карина Сергеевна разочарованно вздохнула, глядя на исполнительницу главной роли.
– Ну, ладно-ладно. Повторю… – нехотя обратилась она к учительнице музыки.
Вернувшись домой, я услышала голоса, доносящиеся из кухни и беззаботный мамин смех. Я напряглась. В последний раз она так звонко смеялась, когда отец был жив.
– О, систер пришла! – Леша вышел из кухни, сжимая в руке завернутый в лаваш кебаб. – Розка, раздевайся быстрее, у нас гости!
– Ну, кто там еще? – пробормотала я, не слишком удачно скрывая недовольную интонацию в голосе.
– Роза, дорогая, познакомься, это Артак Ашотович. Надеюсь, ты не против, что мы решили вместе поужинать? Кстати, его сын Азат тоже скоро подойдет.
– Добрый вечер, приятно познакомиться, юная леди. – Ко мне вышел крупный мужчина в возрасте с резкими чертами лица, отдаленно напоминающий Азата, только лет через тридцать.
– Взаимно. – Я натянуто улыбнулась. – Простите, но я не голодна…
– Эй, нет, милочка, от Артака Ашотовича еще никто не уходил с пустым желудком! Попробуй хотя бы нашу фирменную пахлаву! – Не обращая внимания на мои протесты, Арабаджан-старший подтолкнул меня к кухонной двери.
– Дочка, ну, ты чего? – Мама потуже затянула фартук, смущенно переводя взгляд с меня на брата.
– Не понимаю, где сын бродит? И телефон не берет. – Мужчина недовольно свел брови, пододвигая ко мне коробку со сладостями.
Положа руку на сердце, я была не слишком огорчена этим обстоятельством. Мы с Азатом так и не поговорили после того, что произошло вчера, и новая встреча в семейных декорациях могла только сильнее все усложнить.
За окном уже давно стемнело, а Артак Ашотович и не думал покидать наше скоромное жилище, продолжая травить истории одна за другой.
Неожиданный звонок в дверь заставил разговорчивого мужчину прерваться, и мы гуськом поплелись встречать «долгожданного» гостя. Арабаджан-младший ввалился в дверь с раскрасневшимися щеками и шапкой набекрень. Выглядел он так, будто пробежал стокилометровый марафон или по пути к нам принял участие в восстании орков.
– Сынок, некрасиво заставлять людей ждать. – Мамин начальник хмуро обратился к отпрыску.
– Простите! Совсем вылетело из головы, что у меня сегодня два репетитора подряд! Я и так бежал со всех ног, чтобы успеть к вам! – Вдруг одноклассник вытащил из-за спины длинную кроваво-красную розу с упругим, покрытым шипами стержнем и протянул ее мне.
– Не надо было… – Я неловко улыбнулась.
– Дочка, Азат настоящий джентльмен! – Мама восхищенно всплеснула руками, указывая взглядом брату, чтобы тот поскорее повесил его пуховик.
Просидев еще полчаса за ломящимся от деликатесов столом, я аккуратно поднялась, принимаясь убирать в раковину грязную посуду. Гости явно засиделись, а я еще даже не открывала дневник.
– Роза, Азат, вам, наверное, пора идти делать уроки? – хитро подмигнул Арабаджан-старший, словно прочитав мои мысли.
– Отличная идея! – тут же оживился его сын, выходя из комнаты следом за мной и Лешкой.
К несчастью, брат сразу скрылся за дверями своей комнаты, и через считаные секунды мы с Азатом остались наедине. Переминаясь с ноги на ногу, он пригладил свои непокорные кустистые брови, наклоняясь ближе.
– Роза, у меня для тебя есть сюрприз! – Жестом фокусника одноклассник достал из кармана толстовки сертификат в магазин парфюмерии на пять тысяч рублей.
– Боже, Азат, я не могу его принять. Тем более без повода! – Я взвинчено развела руками.
– А кто сказал, что без повода? – Азат провел большим пальцем по петличке на джинсах. – Роза, ты станешь моей девушкой?
– Э-э… – пробормотала я, застигнутая его предложением в врасплох.
Ни в одном из самых сюрреалистических сценариев я не могла представить себя его девушкой. Никогда!
– Азат, вообще-то… – Я стала медленно подбирать слова, чтобы ни в коем случае не уязвить его чувства.
– Господи, какой кошмар! Дочка, там в новостях… – Мама резко распахнула дверь, сталкиваясь со мной ошеломленным взглядом. – В новостях сказали, что сегодня вечером напали на девушку из вашего 11-го «Б»!
– Что случилось?
– Лиду Семенову изнасиловали…
Моя кровь застыла в венах так же, как гримаса ужаса у мамы на лице. Азат растерянно выпучил глаза. Я онемела от неожиданности, мысленно повторяя: «Не может быть, не может быть, не может быть…»
– Кто-то затащил ее в заброшенный подземный тоннель на соседней улице и… – Она запнулась, нервно качнув головой.
– Танюш, спасибо за ужин! Нам уже пора. – Я встретила потрясенный взгляд Артака Ашотовича.
– Да-да… Пойдемте, я провожу! – захлопотала мама, неловко дернув подбородком.
Вдруг в комнате стало очень душно. Не зная, чем занять руки, я обессиленно опустилась на кровать, пытаясь осмыслить кошмарную новость.
– Систер, ты слышала? – Лешины губы подрагивали.
В сумке бесперебойно завывал мобильный телефон. Он звонил, и звонил, и звонил, но я даже не могла пошевелиться. Было жарко, все тело горело.
Лиду изнасиловали…
Боже, как это могло произойти? А главное… кто?
– Кто это сделал? – Я прошептала онемевшим от волнения языком.
– Судя по тому, что пишут в интернете, ее накачали транквилизаторами, а потом затащили в тоннель… – Брат закашлялся.
Я вздрогнула от резкого бесцеремонного стука в дверь. После того, как замок щелкнул, послышался озабоченный голос мамы.
– Дочка, это полиция! Они хотят поговорить тобой…
– Краева, это ни в какие ворота! Спектакль на носу, а твоя роль абсолютно сырая! – Карина Сергеевна явно из последних сил сдерживала гнев, адресованный горе актрисе.
По тому, как сотрясалась ее широкая грудь, можно было сделать вывод – режиссер драмкружка на взводе.
– Вы же знаете, что случилось с моей подругой? – В голосе Ани появились нарочито плаксивые нотки.
Подавив вздох, я перевела взгляд на жизнерадостный рисунок стенгазеты, пытаясь хоть на секунду забыть о трагедии.
Последняя неделя превратилась в кошмарный сон наяву. Кроме того, что полиция опросила всех, кто жил в непосредственной близости от места преступления, следователь по делу Семеновой каждый день наведывался к нам в школу, одним своим видом поднимая в груди волны ужаса и тоски.