Первая люболь
Шрифт:
– Спасибо! – Я пыталась сосредоточиться на монотонной болтовне учительницы химии, однако время от времени любопытство брало верх: я поглядывала в сторону Воина.
Он занял единственную пустую парту через один ряд от моего. Скрестив длинные ноги, вытянул их в проход, с отсутствующим видом глядя перед собой. На этот раз выражение глаз одноклассника скрывали густые ресницы.
Скользнув взглядом ниже, я отметила, как напряжены мускулы под тканью черной водолазки. Парень в самом деле походил на воина, готового в любую секунду сорваться в бой.
Я сунула нос в учебник, как вдруг перед лицом приземлился бумажный самолетик. Губы сами по себе раскрылись, и я судорожно вздохнула.
«Ну, здравствуй, малая! Вот мы и встретились…» – гласило нацарапанное красной ручкой послание.
– Воинов, что, опять вздумал разлагать дисциплину? Ну-ка, марш к доске! – скомандовала химичка, и он не заставил себя долго упрашивать.
– Возьми учебник и напиши примеры веществ молекулярного строения! Живее! Сейчас будем проводить опыт!
– А вдруг в учебнике опечатка? – Дима выстрелил в меня беспощадным взглядом. – Пожарных придется вызывать!
– Воинов, еще реплика и пойдешь за дверь!
– Марина Дмитриевна, я не собираюсь толковать сны Менделеева.
– Эх, Дима-Дима, максимум на что ты способен, – торговать яблоками на рынке.
Атмосфера в классе сгустилась. Химичка смотрела на Воинова, а хулиган – на нее.
– Не угадали. Я буду торговать картошкой. – Беспечная улыбка коснулась пухлых губ хулигана.
Я поежилась, заметив могильный холод, поселившийся на дне его блестящих зрачков. Судя по всему, под вызывающей манерой общения скрывалась непомерная гордыня.
– Шут гороховый! – всплеснула руками Марина Дмитриевна у доски.
Неожиданно у нескольких ребят одновременно на телефоне сработали звуковые оповещения. Лида тоже потянулась к мобильному: скользнув взглядом по подсвеченному дисплею, она вскинула брови.
– Теперь понятно, почему он задержался… – Соседка пододвинула ко мне свой айфон.
Вздрогнув, я обнаружила фотографию утренней потасовки, сделанную еще до моего прихода. На снимке Дима Воинов в компании своих головорезов измывался над Андреем.
Я осторожно перевела взгляд на первую парту. В мою грудь словно вставили колючий раскаленный прут – одноклассник с огненно-рыжими волосами покрылся испариной, нервно сжимая телефон в ладонях.
– Но кто сделал и разослал всем эти снимки? – возмущенно прошептала я, вновь фокусируясь на высоком худощавом бездельнике у доски.
– В середине декабря напали на девушку из нашего класса. Аделине чудом удалось избежать изнасилования. – Лида вздохнула. – Бедняжка до сих пор не оправилась, а главное, не знает, кто это сделал. Урод подпоил ее и затащил в один из подземных тоннелей, когда та потеряла сознание… Многие думали на Воинова и его банду, но доказательств против них нет. Сразу после Нового года кто-то создал телеграм-канал «Пляски на районе» – на него уже подписалась вся школа. Неуловимый мститель пытается провести собственное расследование…
– Ох, Воинов, похоже, сегодня тебя ждет очередная двойка.
– Марина Дмитриевна, запомните: отличник работает на хорошиста, а их труд покупает двоечник! Дешево! – Наглец подмигнул.
– Когда ты перестанешь паясничать? – прищурилась химичка.
– НИ-КО-ГДА! – Под раскат оглушительного хохота хулиган подлетел к своей парте, схватил сумку и выбежал из класса.
– О боже…
– Да уж, Дима настоящий клоун, но знаешь, он не дурак. Когда-то даже был отличником… Директриса до сих пор надеется, что племянник возьмется за ум, иначе бы давно выгнала его пинком под зад. Только что-то мне подсказывает, что ждет нашего Воина вместо университета осенний призыв…
При виде бесстрашной малой на уроке химии я сразу почувствовал, как повышается моя валентность. Какого черта ее принесло к нам в третьей четверти одиннадцатого класса?! Вздрогнув, я подавился глухим лающим кашлем.
Я согнулся пополам, пытаясь продышаться. Но тщетно – глаза слезились, глотку, словно перетянули металлической проволокой: боялся, что вместе с хрипами выплюну свои легкие. А они мне еще пригодятся.
Чертов бронхит до сих пор давал о себе знать. И сигареты. Или все вместе. Прислонившись спиной к прохладной стене рекреации, еще какое-то время старался привести дыхалку в норму.
Пару недель назад прямо перед Новым годом я свалился с температурой под сорок. Все планы на веселые каникулы коту под хвост, а самое печальное – деньги, которые мне удалось скопить на зимний пуховик, пришлось потратить на лекарства.
Я натянул куртку и вышел из здания школы, хлопнув дверью, но в миг озяб, как только глотнул пронизывающий январский воздух.
Я ненавидел зиму.
Третий год подряд одно и то же – нужно было искать деньги на пуховик и ботинки, а деньжата в нашей семье заканчивались, даже не успев появиться. Этой особой магией транжирства обладали люди с алкогольной зависимостью. Спасибо матери – научила нас с братишкой лет с двенадцати впахивать на двух подработках и обеспечивать свои нужды.
Даже когда денег на полке старого рассохшегося буфета хватало только на крупу и картошку, мы с Богданом не унывали. Руки-ноги есть, голова на месте, проживем как-нибудь. Тогда в нас еще теплилась надежда, что мать перестанет продавать в ломбарде все, что плохо лежит.
Месяц назад она продала мой новый зимний пуховик.
Перепрыгнув ступеньки, я зарулил в курилку, испытывая жизненную необходимость в никотиновой пилюле. Сделав пару коротких затяжек, я вновь согнулся пополам от отвратительного собачьего лая.
Любой доктор, глядя на меня, уже бы застрелился. Однако мой организм привык к методике «клин клином»: жить стало гораздо легче, и настроение, пробившее дно с утра, немного выровнялось.
– Дим, а Дим, как жизнь? – Анька Краева провела кончиками пальцев по моему плечу, игриво отряхивая подол короткой юбки.
– Как жизнь, как жизнь? Курю, и жизнь укорачивается! – Смачно харкнул.
Ее ресницы были так густо накрашены, что напоминали слипшиеся паучьи лапки, на губах переливался толстый слой перламутровой помады. За тонной косметики нельзя было рассмотреть то, чем наделила одноклассницу матушка-природа. Хотя мне было все равно.