Чтение онлайн

— Хотите подержать сына?

Я кивнул, а у самого страх, она аккуратно взяла его на руки, сказала, как правильно его взять на руки и передала его мне. Я расплакался, он был такой крохотный, теплый, его пухлые губки причмокивали во сне.

— Ему пора кушать, хотите покормить его сами, я сделаю смесь и все Вам подскажу.

— Конечно!

Она пришла через 5 минут с бутылочкой питания, только я поднёс бутылочку ко рту малыша, он крепко сцепился в неё и быстро начал сосать питание, я растворился в этом моменте. Я начал любоваться нашим чудом, это было так необычно и странно, я никогда не держал таких малышей на руках.

— Будешь Тёмой? — спросил я у малыша, — тебе очень идет имя Абрамов Артём. Мы с Аськой выбрали имя для мальчика и для девочки. Для мальчика мы выбрали Артём, а для девочки Алина. Малыш продолжал, причмокивая сосать питание, я улыбнулся. — Мама справиться, она сильная, все будет хорошо, — говорил я Тёмке, — скоро мы будем все вместе гулять с тобой в парке, — говорил это я скорее себе. Когда Тёма доел, медсестра показала, как его взять, чтоб он «выпустил лишний воздух» и помогла уложить его обратно в бокс и сказала, что я могу приходить когда захочу, чтоб малыш чувствовал любовь и присутствие родных, мне стало больно на душе, не так мы себе представляли рождение Тёмы. Выйдя в коридор, я увидел, как Ирка с огромным животом и поддерживающим её под локоть мужем Ильей вся в слезах стоит у поста медсестры. Я подошел к ним, увидев меня Ира начала задавать миллион вопросов, а я был словно в прострации, но отвечал на её вопросы. Услышав все подробности, Ира заплакала еще сильнее, медсестра принесла ей стакан воды и успокоительное. Я практически дневал и ночевал в отделении реанимации, Ира и Илья тоже, я был благодарен им за поддержку. Когда родители узнали, что случилось с Асей, они тотчас же прибежали в отделение, мамы лили слезы так что казалось затопят все вокруг, отцы поддерживали меня как могли. Когда впервые увидели внука, то рыдали уже все вместе. Меня пытались вытолкать домой, но я не хотел уходить, в конечном счете спустя три дня им это удалось, когда Тёму выписывали из роддома. Мамы переехали к нам пока Настя была в реанимации. Спустя неделю тяжелых боев за её жизнь, она открыла глаза, я плакал. Всю неделю я был словно между небом и землей, я боялся, что, если отойду от неё на шаг с ней может что-то случиться.

После того как она пришла в себя я рвался в палату увидеть её. Она ещё больше похудела и теперь казалось её глаза были на пол лица, она была слабая, у неё не было даже сил поднять руку.

— Сладкая, ты очнулась, — сказал я, приложив её ручку к своей щеке и у меня покатились слезы, но уже от облегчения.

— Да, — тихо прошептала она и попыталась улыбнуться, но сил у неё не было.

— Я так боялся, — сказал я, а у самого ком застрял в горле, и я не смог продолжить. Она насколько хватило сил попыталась сжать мою руку успокаивая. Потом вспомнила о малыше и её глаза наполнились слезами и страхом, я понял без слов, она испугалась за Тёму, и я поспешил её успокоить.

— С Тёмой все хорошо, он дома с бабушками, они от него не отходят ни на шаг, охраняют и балуют, боюсь они его так разбалуют, что мы потом с ним не справимся, — улыбнулся я.

— Сын, — прошептала она и улыбнулась. Я понял её следующий вопрос.

— Он абсолютно здоров, родился — 3100, 52 см, — любит покушать и похож на тебя, засмеялся я. Она улыбнулась и из уголков её глаз потекли слёзы. Я поцеловал её в губы нежно, мне хотелось заключить её в объятия, но я не мог этого сделать из-за капельниц. Я показал ей фото нашего сына и пообещал, что скоро она его увидит.

Восстанавливалась Настя долго, прошло ещё две недели, прежде чем её выписали домой.

Глава 19

Зайдя домой, первое что я услышала это плач Тёмы, на встречу мне вышла мама с Тёмой на руках, я кинулась к нему на что мама мне строго сказала, сначала помыть руки, а потом ребенок, я послушно побежала в ванную. Помыла руки и тогда мама аккуратно передала мне на руки Тёмку, объяснив, как правильно его брать и держать. Я от счастья расплакалась, подошел Дима и обнял нас. Счастье в моей душе не описать словами. Тёма сразу успокоился у меня на руках и начал причмокивать, я улыбалась и любовалась нашим крохой, слегка покачиваясь. К статусу мамы я привыкла быстро. Бабушки еще месяц прожили с нами всячески помогая и поддерживая нас. Но у нас становился остро вопрос того, что мне нужно было закончить съемки в фильме, так как съемки планировали завершить до моих родов, но все произошло неожиданно, и я выпала очень надолго из процесса, Милана всячески уговаривала режиссера, спасибо ей он позволил мне полностью восстановиться. Я снова попросила бабушек подстраховать меня и посидеть с Тёмой, но со мной начали происходить странные вещи, я вдруг сама от себя не ожидая начала кидаться на людей, плакать. «Послеродовая депрессия» поставил диагноз мне психолог, плюс напряженный график, назначила мне успокоительные. Стало легче, я начала спокойнее относиться к жизни, перестали происходить беспочвенные перемены настроения и истерики. Ирка благополучно и в срок родила дочку, которую назвали Анжеликой или просто Лика. Мы с Ирой поддерживали друг друга как могли, я после послеродовой депрессии, не давала ей погрузиться туда же, зная, насколько это ужасно. Дима мужественно поддерживал и успокаивал меня, он старался быть как можно больше времени рядом со мной. За последние полгода мы, казалось, сблизились еще больше, мы еще больше опекали, берегли и ценили друг друга. Моя любовь была к нему безусловна, также как и его любовь ко мне. За день до Дня рождения Тёмы, которому должен был исполниться годик, он впервые пошел, это было настолько трогательно, я умилялась сидя на полу на ковре, мы ждали Диму с работы. Я была абсолютно счастлива, сейчас у меня был небольшой перерыв в работе, и я с удовольствием проводила время с сыном и мужем, который был точной копией отца. Услышав, как хлопнула входная дверь, я улыбнулась, ожидая увидеть лицо Димы, через пару минут разувшись он вошел в гостиную улыбаясь, Тёма встал и пошел на встречу папе, Диме удивился, посмотрел на меня я, улыбаясь кивнула. Он подхватил Тёму на руки целуя в щеку, улыбающегося малыша.

— Папин герой сегодня сделал первые шаги? Завтра покажешь бабушкам и дедушкам? — смотрел на Тёмку, который улыбался папе и угукал ковыряясь пальцами во рту.

Первый День Рождения Тёмы мы провели в кругу семьи и нашими друзьями Ирой, Ильей и Ликой, собрались все бабушки и дедушки, затискали Тёму, он хохотал, вырывался на пол, показал, чему научился и получил гору игрушек в подарок, которыми они с Ликой игрались сидя в манеже. Праздник был в самом разгаре, когда Дима нагнулся к моему уху.

— У меня есть для тебя подарок, — прошептал он. Я заинтересованно посмотрела на него. Он вышел из комнаты и вернулся с билетами на самолет в руках, я удивленно подняла брови, посмотрев куда мы летим. Я сразу вспомнила нашу первую поездку и наш первый раз и улыбнулась, Дима сразу понял о чём я подумала и улыбнулся в ответ и подмигнул. На следующий день Тёма поехал к бабушкам и дедушкам, а мы полетели отдыхать в горы. В Альпах было потрясающе, горы, солнце, снег, леса, деревянные коттеджи, Дима один такой арендовал для нас двоих. Мы разложили вещи, Дима растопил камин, я зашла на кухню, заглянула в холодильник, он был забит продуктами и готовой едой, я с удивлением посмотрела на Диму.

— Я всё продумал, — улыбнулся он, подошел и обнял меня, я обвила руками его шею и улыбнулась в ответ, — не хочу отвлекаться от тебя, хочу получить все положенное мне за то время что мы не могли остаться вдвоем. Обхватил меня за талию и посадил на обеденный стол, — Ты думаешь я привёз тебя сюда на лыжах кататься?

— Да, были такие мысли, — засмеялась я и притянула его за шею к себе, чтобы поцеловать, Дима моментально отреагировал и впился страстным поцелуем мне в губы. Я прильнула к нему, стянула с него свитер и провела руками по накаченной груди и рельефному животу слегка царапнув ноготками кожу и потянулась к пряжке ремня на джинсах, чувствуя под рукой его возбуждение, он целовал мою шею, слегка прикусывая мочку уха, моя кожа покрылась мурашками, возбуждение нарастало с каждой секундой. Он помог мне раздеться и проложил дорожку из поцелуев дальше по моему плечу, аккуратно расстегнул и снял лифчик, поднял моё лицо двумя пальцами за подбородок. Он горящим и возбужденным взглядом посмотрел мне в глаза и опустил взгляд на мою грудь.

— Ты так прекрасна… — хриплый низкий голос возбуждал меня ещё сильнее, я облизнула губу, он еще чаще и тяжелее задышал и впился поцелуем мне в губы. Мои руки царапали его плечи и спину, я целовала его везде где могла достать, он стянул с меня остатки одежды и опустился к моей груди втянул в рот сосок, поиграл языком с ним, переключился на вторую грудь и проделал с ней тоже самое, провёл рукой по животу и опустился вниз, дотронулся ко мне, я выгнулась, он пошло усмехнулся, перехватил мою руку облизнул мои пальцы и направил мою руку вниз к клитору, я быстро поняла чего он хочет и опустившись спиной на стол начала ласкать себя внизу, по его глазам я поняла что это именно то, что он хотел видеть, его взгляд стал диким. Моё возбуждение росло с каждой секундой, он гладил и пощипывал мою грудь дразня, когда я довела себя до первого оргазма, он не выдержал и подтянул меня к себе, жестко и быстро вошел в меня, я ахнула и обвила его ногами, движения были быстрыми, дикими и ненасытными. Мы жестко и дико занимались сексом, я подстраивались друг под друга, он стянул меня со стола и повернув к себе спиной, надавил ладонью мне между лопаток я легла грудью на стол, он развел мне ноги, одну руку просунул мне под живот, опустился ниже и провел пальцами по промежности, остановился на клиторе и начал круговыми движениями возбуждать меня ещё больше, зажал меня всем телом так чтобы я не могла двинуться и доводил меня до предела, когда я получила несколько оргазмов и без сил окончательно распласталась на столе, он снова вошел в меня и начал двигаться медленно, постепенно наращивая темп, я стонала меня трясло и последнее что я помню меня накрывает как лавиной сумасшедший оргазм. За неделю, проведенную там, мы вышли из коттеджа лишь в предпоследний день. Мы практически все время провели в постели наслаждаясь друг другом, было ощущение что мы не могли насытиться, мы занимались любовью везде, где могли, не было ни одной поверхности, где у нас не было секса.

Наш отдых подходил к концу, завтра нам нужно было улетать. Мы решили выбраться из номера и пойти куда-то погулять, возможно зайти в какой-то ресторан пообедать. Во время прогулки Дима предложил покататься на лыжах. Я же к его предложению отнеслась скептически, я кататься не умела, а он за столько лет вместе, меня так и не научил, то, что в юности я один раз попробовала благодаря ему и миллион раз упала, не считается за катание.

— Ась, пошли покатаемся, я столько лет не стоял на лыжах, а мы уже завтра улетаем, обидно будет.

— Дима, но я не умею, ты же меня так и не научил, — канючила я как маленькая девочка.

— Я научу, обещаю, пойдем, — уговаривал он меня.

— Ладно, но я кататься не хочу. Иди сам, я тебя подожду.

— Хорошо, я пару раз катну, и мы пойдем обедать, — улыбнулся он и пошел брать экипировку в аренду.

Я решила сходить взять себе глинтвейн и посидеть на солнышке погреться пока буду ждать его. Дима вернулся экипированный и с лыжами на перевес.

— Я пойду на красную трассу, сиди здесь, я скоро вернусь.