Первая женщина
Шрифт:
Звенящий от напряжения член не хотел гнуться и он, включив свет, зашёл в кабинку.
Встал на унитаз и, сняв трико и плавки, присел и писал, сдерживая напор, чтобы не обрызгаться. Эрекция не ослабевала и, зайдя в умывальник, открыл холодную воду и, прислушиваясь к тишине коридора, оттянул трико и плавки и, вызволив член, сунул головку под струю. Обтерев обмякший член полотенцем и, упрятав в трико и плавки, умылся.
Вернувшись в комнату, переобулся в кроссовки и, захватив футболку, спустился в фойе.
Тётя Надя шла по коридору от душа.
– Куда ты, Гавриленко?
– Пробежка!
Она вышла в фойе и, взяв со стола ключи, прошла в тамбур и открыла дверь.
…
Сквозь белёсый туман было не разобрать: пасмурно или ясно.
Кожа покрылась пупырышками и, натянув футболку, Георгий глянул на часы, отметив время, и побежал.
За городом, когда он уже видел впереди пруд, сзади посигналил автобус и, обогнав его, резко затормозил, свернув на обочину.
Остановки здесь не было и Георгий, удивившись, перешёл на шаг.
Открылась дверь, из автобуса спрыгнул на землю мужчина и пошёл навстречу Георгию. Его походка, чуть вразвалку, сдвинутая набекрень фуражка, цветастая рубаха с расстёгнутыми верхними пуговками
– Хижин!!
– Жорка!!
Крепко пожав руки, так же крепко обнялись.
Армейский товарищ, Сашка Хижин, работал водителем на пригородном маршруте.
– Тебе далеко, а то у меня расписание.
– Да вон он, пруд.
– Ну, пойдём, я медленно поеду. Поговорим немного.
– Здесь в городе, из наших кого видел? Панкрата, Борьку, Грызуна, Шуру.
–Борьку и Панкрата, в прошлом году. Шуру нет, а Грызун же в учебке.
– Дааа! Я думал он так, от службы косит.
– Панкрат ездил в Днепропетривск, к Бельмасу.
– Да ты чё?! Как он там, не женился.
– Теперь уже, наверное, да. Он приглашал Панкрата на свадьбу.
– Да, вспомнил, Шура же вернулся в Чирчик.
– Всё-таки вернулся. А я думал, погулял наш Шурик, и слинял; значит вернулся. Ты про Матюху, слышал?
– Нет. А что случилось?
– В тюрьме. Семь лет. Попытка изнасилования.
– Вот дурааак!
– Даа! Представь, как глупо! Не за изнасилование, а за попытку.
– А ты знаешь, что Аким на городском маршруте работает?
– Ёбаный стосс!?
Георгий будто увидел: Аким, за рулём Урала, мчится по аэродрому, и, обгоняя идущего с карабином Фому, вопит – Ёбаный стосс!!
Сашка затормозил.
Георгий вышел из автобуса, Хижин тоже.
Они крепко обнялись.
– Ну, бывай!
– Давай!
Объехав пруд и посигналив, автобус скрылся за поворотом.
…
В общагу Георгий вернулся без четверти девять.
Юрка брился.
Переобувшись, скинул футболку и, достав из тумбочки полотенце, пошёл в душ.
После душа, зашёл в комнату Артёма.
Петя пил чай, освободив от бутылок, стаканов и окурков, уголок стола.
Искандер спал, завернувшись с головой покрывалом.
Артёма не было, но кровать не заправлена.
Поздоровавшись с Петей, сел на пустую кровать.
Вошёл, Артём, с полотенцем на плече.
– Оооо, привет!
– Искандеэээр!
Артём подёргал покрывало.
Искандер повернулся на бок, завернувшись в покрывало ещё больше.
– Искандер! Ну мы идём? Или как?
Искандер сел, не открывая глаз.
Они смотрели, улыбаясь и ожидая, что будет дальше.
Искандер сидел в одной позе, не шевелясь и не открывая глаз.
В комнате зависла тишина.
Минуты через две, Искандер приоткрыл глаза и, не поднимая головы, скосил их в сторону стола.
Артём не выдержал и прыснул.
Искандер вскочил, поняв, что розыгрыш не получился и потянулся.
Через пять минут, он уже стоял перед зеркалом и поправлял галстук.
– Идём!
– Петя, ты с нами?
– Вы в пельменную?
– Ага!
–Тогда да!
Артём закрыл дверь и, оставив на вахте ключ, они вышли из общаги.
…
Боль в груди появилась через час после того, как они вернулись из пельменной.
Георгий у себя в комнате лежал на кровати и читал книгу «Русь изначальная».
Юрки не было, он ушёл со своей девушкой на танцы.
Грудь сдавило, стало трудно дышать. Он сел, потом встал и походил. Попробовал глубоко вдохнуть и не смог.
Без стука зашёл Артём и, не проходя в комнату, сказал
– А не распить ли нам бутылочку портвейна
Георгий, потирая грудь, поморщился
– Это, наверное, давление. У меня с утра тоже голова болела.
– У меня давление нормальное, я донор.
– Неет! – покачал головой Артём. – Нет Жора, ты не прав.
И, загибая пальцы
– Мы вчера выпили почти по пол-литра на каждого! Спать легли во сколько? А во сколько ты встал? А сколько ты пробежал? Жора, тебе надо сходить в поликлинику. Ну хочешь(?), я пойду с тобой. А вдруг у тебя, и правда, высокое давление? Тебе могут дать больнииичный, и ты, не поедешь в свой колхоз!
Слегка округлив глаза и подняв кверху палец
– Жора, ты можешь откосить колхоз!
Георгий согласился
– Схожу
– Вот правильно! А мы с Искандером пока сбегаем за винцом.
…
До поликлиники от общаги три минуты ходьбы.
В холле было тихо, жужжали и перемигивались неоновые лампы под потолком. За стеклом регистратуры никого не было.
Нет, была!
В белом халате, за столом у стены сидела медсестра и читала.
Отложив книгу, подошла к окну.
– Мне к терапевту, давление.
– Вы измеряли?
– Нет
– Почему решили, что давление?
– Нет, потому, что мне нечем измерить.
– Температура высокая?
– Нет! – Георгий потрогал лоб – Не знаю
– Фамилия – она направилась к стеллажам
– Гавриленко
Она двинулась влево, и обойдя стеллаж, спросила
– Имя, отчество
Долго рылась, спросила ещё
– У врача не были?
И найдя карточку, и выписывая статталон
– 20 кабинет, второй этаж, направо