Первородный грех
Шрифт:
— Ты пристрастился к мелким пакостям? Стучаться не пробовал?
— И пропустить такое шоу? — отвечает он, глядя на меня, хаотично одергивающую футболку.
Я высвобождаюсь из объятий Люка.
— Для ангела, у тебя слишком извращенное чувство юмора, — парирует Люк.
Гейб прислоняется к стене, сунув руки в карманы джинсов.
— Некоторые вещи могут стоить тебе крыльев.
Его улыбка исчезла, а голубые глаза встречаются с моими.
— Так или иначе, я действительно зашел попрощаться.
— Попрощаться? — Паника, постоянно клубящаяся у меня в животе, проникает в мой голос. Столь же виноватый, так как я не в состоянии запретить собственному сердцу трепетать, когда он так на меня смотрит — словно видит мою душу.
Люк заметил, как румянец растекается по моим щекам. Он поднимается со стула и впивается взглядом в Гейба.
— Не дожидайся, чтобы дверь прищемила тебе задницу.
— Я не собираюсь воспользоваться дверью, приятель. — Он подошел к фреске на стене, нарисованной Люком. — Ты знаешь, что играешь на руку другой команде таким образом? Ты действительно должен что-то сделать с этим, — произносит он, проводя пальцем по оранжево-золотистому изображению Озеру Огня.
— Можно вынуть демона из ада, но невозможно вынуть ад из демона.
Усмешка Люка заставляет замереть и неровно биться мое сердце. Глаза Гейба снова возвращаются к моим.
— Все будет хорошо, Фрэнни, — говорит он.
Часть меня ненавидит его способность проникать в мою голову и читать мысли. Он знает, что я чувствую к нему, даже если я пытаюсь это скрыть. Я реагирую на то, что он говорит. Сердцебиение набирает обороты, потому что я понимаю: Гейб скоро исчезнет.
— Ты не можешь уйти.
Это все, что я могу произнести, чтобы мой голос не сорвался до истеричных нот. Он подходит и убирает волосы с моего лица легким прикосновением руки.
— Так будет лучше. Для всех, — добавляет он, глядя на Люка.
— Но...
— Ты остаешься в надежных руках, Фрэнни. Мэтт будет рядом, если ты будешь нуждаться в нем, и Люк... — Его челюсть напряглась, а глаза едва заметно сузились. — Люк не позволит, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
Реагируя на слова Гейба, Люк подошел ко мне и сцепил руки на моей талии.
— Ты прав, я не позволю.
Я освобождаюсь от объятий Люка, шагнув к Гейбу.
— Почему?
Он поднимает руку и проводит кончиками холодных пальцев по моему подбородку. Я вдыхаю ощущение его прохладного зимнего света, чувствуя, как спокойствие растекается по мне, когда я рядом с ним.
Когда он отвечает, его голос звучит мягко и тихо и предназначен только для меня.
— Для меня не является разумным проводить столько времени с тобой, Фрэнни.
— Но...
— Ты предназначена для небес, и, если тебе нужно время, твои астрономические щиты укроют вас обоих. Под присмотром Мэтта с тобой все будет в порядке. Но я не могу остаться.
Он опускает взгляд в пол. Комок в горле мешает мне сглотнуть.
— Хорошо, — произношу я, понимая, что он прав, именно поэтому я боюсь обернуться и посмотреть на Люка. Как бы я не любила Люка, я не могу отрицать глубокой внутренней связи с Гейбом. Люк — мое сердце и моя душа, но Гейб — мой якорь.
Я обнимаю его и отхожу, поскольку слезы жгут мне глаза. Я отступаю обратно к Люку, и он снова обхватывает меня за талию, на этот раз не так крепко. Я поднимаю взгляд, понимая, что сейчас увижу, но его глаза полны нежности и сострадания. Он легонько сжимает меня, одобрительно улыбаясь. Я снова возвращаюсь к Гейбу, глядя в его голубые, бесконечные, как небо глаза.
— Так, когда мы снова увидимся?
— Я буду заглядывать время от времени, чтобы проведать тебя.
— Ты обещаешь? — я понимаю, как отчаянно это звучит, но меня это не беспокоит.
Он поднимает взгляд, не смея поднять голову, глядя на меня из под светлых ресниц.
— Обещаю.
Он все еще смотрит на меня, и даже при том, что его губы не шевелятся, я отчетливо слышу:
— Я всегда буду рядом с тобой.
Я киваю, снова сопротивляясь желанию разреветься. Открываю рот, но не нахожу слов, так что снова его закрываю. Мои глаза красноречивее моих слов. И я знаю, что он видит это, потому как туман заволакивает его глаза, когда он исчезает.
— Прости, Фрэнни, — произносит Люк, притягивая меня к себе. — Я пытаюсь побороть свою ревность, чтобы понять вашу связь.
— Это не твоя вина.
Я крепче обнимаю его. Как я могу ожидать, что он сумеет понять то, что я сама понять не в состоянии? Его рука касается моего лица, и он целует меня так нежно, словно боится, что я рассыплюсь. Я обвиваюсь вокруг него, моя рука вцепляется в его волосы, и я целую его до тех пор, пока не отступаю, устыдившись.
Я ищу в его поцелуе то, чего там не может быть. То, что может дать мне только другой поцелуй. Мне нужно найти способ успокоить нервы. Я игнорирую вопрос, мелькающий в глазах Люка, поскольку он пристально вглядывается в меня, нахмурив брови.
— Поможешь сменить масло перед работой? — произношу я с покорным вздохом, потому что он догадался, что я думала о Гейбе, и ощущаю себя такой дрянью, пытаясь скрыть это.
— Твое желание — закон для меня, — говорит он.
— Во сколько тебе нужно быть там?
— В три.
Он смотрит на часы на кухне.
— Мы вполне успеваем.
— У тебя есть все, что нужно?
— В машине.
Я вынимаю ключи из своего кармана, зная, что теперь два ключа свисают с лапки моего кролика, довольно улыбаясь. Он улыбается мне в ответ, ведя меня за руку к двери.
— Я забыл проверить твой ключ, — спохватывается он. — Попробуй.
Я прохожу по коридору, звеня ключами, и держу новенький в руке, запирая им дверь позади нас. Вынимая ключ из замка, я ощущаю, как Люк обнимает меня сзади, его руки скользят по моей талии, приближаясь к моему животу. Его губы, оставляют огненный след, идущий от моей щеки к уху, шепчут мне:
— Мы вместе, Фрэнни. Все будет хорошо.
Я разворачиваюсь к нему и снова его целую, на этот раз, желая только его. Жар от его поцелуя охватывает меня, пока я вся не воспламеняюсь. Проводя пальцем вдоль шрама, оставленного Бехеритом, я осознаю, как близка была к тому, чтобы потерять его. Мне хочется сказать, насколько я доверяю ему, ценю всё, что он для меня сделал. Он доказал это, рискуя собственной жизнью, защищая меня от Бехерита. Мне хочется сказать, что я готова сделать то же самое для него. Но слова застревают в моем горле. Вместо этого я возвращаюсь к двери, смахивая слезы, и отперев замок, втаскиваю его внутрь.
Я тащу его к кровати, снова целуя его. Мы опускаемся на постель, и все, чего я сейчас хочу, просто раствориться в нем, ни о чем, не задумываясь, какое-то время. Но когда моя рука касается кнопки на его джинсах, он перехватывает ее и подносит к губам, целуя тыльную часть моей ладони.
— Не так, Фрэнни. Впервые это не должно произойти из-за него.
— Он здесь вовсе не причем. Просто я хочу, чтоб мы стали ближе.
Но когда я произношу это, я уже на 100 процентов уверена в том, что он прав, ведь его голубые глаза и его улыбка все еще стоят перед моими глазами. Я ощущаю пустоту в сердце, там, где он, предположительно, был.