Чтение онлайн

— Я думаю, — Кавор показывал пальцем на север, — что шар, наверное, там.

— Нет, — возразил я, — мы двигались по кривой линии. Смотрите, вот отпечаток моих каблуков. Ясно, что шар находится восточнее. Нет, он где-нибудь там.

— Мне кажется, — сказал Кавор, — что Солнце все время было вправо.

— А мне кажется, что при каждом прыжке моя тень падала вперед.

Мы посмотрели вопросительно друг на друга. Дно кратера приняло в наших глазах громадные размеры, чащи кустарника казались мне непроходимыми.

— Какое безрассудство!

— Очевидно, нам надо найти наш шар, — сказал Кавор, — и найти как можно скорей. Солнце печет все сильней. Мы давно уже изнемогли бы от жары, если бы воздух не был так сух. К тому же я проголодался.

Я посмотрел на него с удивлением. Об этом я не подумал, но после его слов сразу почувствовал волчий аппетит.

— Да, и я тоже проголодался. Кавор решительно встал.

— Нам надо найти шар.

Стараясь держаться спокойнее, мы всматривались в бесконечные каменные гряды, в чащи на дне кратера, молча, каждый про себя взвешивая шансы найти наш шар прежде, чем нас обессилит зной и голод.

— Он находится не дальше пятнадцати ярдов отсюда, — сказал Кавор несколько нерешительно. — Единственный способ — искать вокруг, поблизости.

— Да, это лучший способ, — согласился я, не торопясь, однако, начать поиски. — О, если бы эти проклятые колючки росли не так быстро!

— Вполне разделяю ваше желание, — сказал Кавор. — Но ведь шар наш остался в снежном сугробе.

Я огляделся по сторонам, тщетно надеясь узнать какой-нибудь бугор или кактус вблизи нашего шара. Но везде было одно и то же: стремящиеся кверху заросли, раздувающиеся грибы, тающие и постоянно меняющие очертания снежные сугробы. Солнце палило нестерпимо; мы слабели от голода, и это еще более увеличивало затруднительность нашего положения. И в тот момент, когда мы стояли так, смущенные и растерянные, мы вдруг услыхали странный звук, не похожий ни на шелест растений, ни на свист ветра, ни на наши шаги.

Бум… Бум… Бум…

Звук исходил из-под наших ног, из-под почвы. Казалось, что мы ощущаем его не только ушами, но и ногами. Он отдавался глухим отдаленным гулом. Странный, необъяснимый звук, не связанный ни с чем окружающим. Густой, медленный и мерный, как удары гигантского погребального колокола:

Бум… Бум… Бум…

Звук, напоминавший о церквах, о ночном гуле многолюдного города, об ожидании и бодрствовании, о размеренном порядке, таинственно разносился по фантастической пустыне. Ничего не изменилось в окружающем пейзаже: однообразные заросли и кактусы колыхались от ветра, до самого горизонта на темном куполе неба палило Солнце, но загадочный звук трепетал в воздухе как предостережение или угроза:

Бум… Бум… Бум…

Мы тихо спрашивали друг друга:

— Как будто колокол?

— Похоже на колокол.

— Что это такое?

— Что это может быть?

— Считайте, — сказал Кавор, но опоздал, так как удары прекратились.

Тишина, ритмический беспорядок тишины тоже казался нам странным. Действительно ли мы слышали таинственный звон?

Я почувствовал прикосновение руки Кавора к моему плечу. Он говорил вполголоса, как бы боясь кого-то разбудить.

— Будем держаться вместе и искать наш шар. Нам надо вернуться к шару. Мне непонятны эти загадочные звуки.

— Куда же мы пойдем?

Он колебался. Мы почувствовали присутствие каких-то неведомых существ. Что это за существа? Где они живут? Не является ли окружающая нас пустыня, то мерзлая, то спаленная, только оболочкой какого-нибудь подлинного мира? А если так, то каков этот мир? Каких обитателей может он изрыгнуть на нас?

И вдруг, пронизывая тишину, раздался громовой удар, звон и скрежет, как будто распахнулись громадные металлические ворота.

Мы замедлили шаги, потом остановились в изумлении. Кавор тихо подошел ко мне.

— Не понимаю, — прошептал он мне над самым ухом. Он неопределенно махнул рукой в небо, — смутное выражение еще более смутных мыслей.

— Надо найти убежище. На случай, если…

Я осмотрелся кругом и кивнул головой в знак согласия.

Мы пустились на поиски шара, двигаясь тихо, с преувеличенной осторожностью, стараясь производить как можно меньше шума. Мы направились к ближайшим зарослям, но раздавшийся снова звон, похожий па удар молота по котлу, заставил нас ускорить шаги.

— Надо пробираться ползком, — прошептал Кавор.

Нижние листья колючих растений, затененные свежей верхней листвой, начали уже вянуть и свертываться, так что мы сравнительно легко могли пробираться между утолщающимися стеблями. На уколы в лицо или руку мы уже не обращали внимания. В середине чащи я остановился и тревожно уставился в лицо Кавора.

— Подземные, — прошептал он. — Там, внизу.

— Но они могут выйти наружу.

— Нам надо найти наш шар.

— Да, но как его найти?

— Надо ползать, пока мы не наткнемся па него.

— А если не наткнемся?

— Будем прятаться. Посмотрим, что это за существа.

— Мы будем держаться вместе, — сказал я. Кавор задумался.

— Какой путь нам избрать?

— Надо итти наудачу.

Мы осмотрелись и поползли через заросли, стараясь двигаться по кругу, останавливаясь перед каждым грибом, при каждом звуке, думая только о шаре, который мы так легкомысленно покинули. Иногда из почвы под нами слышались удары, звон, странные, необъяснимые механические звуки; затем мы слышали слабый треск и гул, доносившийся к нам через воздух. Мы боялись взобраться на возвышение, чтобы взглянуть на кратер. Долгое время мы не замечали никаких признаков присутствия существ, о существовании которых свидетельствовали эти настойчивые частые звуки. Если бы не мучительное чувство голода и жажды, то наше ползание походило бы на яркое сновидение. Так все это было нереально. Единственным намеком на реальность были эти таинственные звуки,

Представьте себя в нашем положении. Кругом нас безмолвная чаща, колючие листья вверху, под нашими руками и коленями ползучие яркие лишаи, выпирающие в быстром росте, как ковер, надуваемый снизу ветром. Иногда исполинские грибы, как пузыри, надутые Солнцем, лопались и обдавали нас пылью своих спор. Все новые, невиданные растительные формы с яркой окраской. Даже клеточки, образующие эти растения, были величиной с мой большой палец и напоминали цветные стеклянные бусы. Все это озарялось ярким блеском Солнца и отчетливо вырисовывалось на темносинем небе, где, несмотря на солнечный свет, сверкали еще немногие звезды. Странно! Даже камни были необычайны по форме и строению. Все было странно: даже наше самочувствие — каждое движение заканчивалось чем-нибудь неожиданным. Дыхание застревало в горле, кровь пульсировала в ушах: тук, тук, тук, тук…

И порой доносились откуда-то глухой шум, удары молота, звон, грохот машин и мычание огромных зверей.

Так мы, два несчастных земных отщепенца, заблудившиеся в лунных джунглях, ползли в страхе перед доносившимися до нас странными звуками. Ползли мы так довольно долго, прежде чем увидели селенита и лунное чудовище, хотя рев и мычание доносились до нас все ясней и ясней. Мы ползли через каменистые овраги, через снежные сугробы, по грибам, лопавшимся под нами пузырями и выпускавшим из себя водянистую жидкость, ползли как бы по мостовой из дождевиков, сквозь колючие заросли и тщетно высматривали покинутый нами шар. Звуки, издаваемые лунными чудовищами, походили то на мычание, то на яростное завывание, то на животный рев, как будто эти невидимые существа искали корм и ревели.