Чтение онлайн

Вот так, во имя великой цели, появились Академия Водной Стихии у людей, Школа Воздушного Мастерства у эльфов, Университет Земли у гномов и Институт Огненных Знаний у орков. Для того, чтобы попасть в одну из школ необходимо было обладать одной из четырех магий, что выявлялось в любое время года по определенным дням в Замке Высшей Магии, куда стекались представители всех рас.

После процедуры выявления будущие ученики отправлялись в образовательное заведение своей стихии. Часто сборы в будущую «альма-матер» сопровождались тихим скрежетом зубов и недоброй физиономией. Ведь если выявленная магия оказывалась родной для соискателя, то он возвращался в свою же страну, из которой до этого мог добираться до Замка Высшей Магии несколько недель. Тем не менее, правила были таковы, что только в одном месте в Мериэленне проходили выявление. Для процедуры привлекались самые сильные магистры. Ведь определить верную основу у юного мага очень сложно, так как в зачаточном состоянии он обладает всеми четырьмя. И только со временем одна из стихий начинает брать верх. Оставшиеся три навсегда остаются на уровне простейшего использования. Ошибка в выявлении может привести к тому, что, обучаясь не своей стихии, ученик потеряет драгоценное время, заглушит свою основную и вообще никогда не сможет раскрыться. В таких случаях все, что останется несчастному – это участь народного знахаря или ведьмы. А терять мага – непозволительная роскошь. Непозволительная роскошь, впочем, и использование сразу нескольких магистров столь высокого уровня от одной школы. Поэтому место выявления одно, но оно каждые сто лет переезжает из страны в страну. И вот уже пятьдесят лет сие великое событие проходит в Замке Высшей Магии в Алонстре, столице Эревии, стране людей. Именно сюда доставил нас Вэльвитт с целью определить стихи у иномирцев, в надежде, что гости окажутся более одаренными, как обычно и бывало.

Вот так все и началось.

– Сегодня же наш день выявления! – я кубарем слетела с кровати, запутавшись в простынях. Наспех умылась, причесалась и бросилась в гардеробную за вещами, которые планировала сегодня одеть.

Мы были в Замке уже несколько недель, поэтому с участью своей я смирилась, огляделась по сторонам и решила, что о лучшей жизни и мечтать не надо. Ванька был полностью со мной согласен, так как не ладил с родителями, и после окончания школы все равно собирался уйти из дома.

– Просто не верится, дождалась! – попрыгала я обратно к кровати в одном носке, на ходу пытаясь одеть второй. – Вчера я много времени провела в саду, мне кажется Земля – это моя основа. Я в этом точно уверена, – добраться до кровати мне не удалось, на полпути я поскользнулась и с грохотом приземлилась на пятую точку.

– Ну да, ну да. На прошлой неделе ты считала, что у тебя тяга к Воде, – кот, развалившись на кресле, сонно наблюдал за моими сборами. – Что, впрочем, не помешало тебе через день найти у себя выдающиеся способности Четвертой основы, Огня, – Васька неспешно потянулся.

– Вот такая вот талантливая, – нагло заявила я – Все основы проявляются в равной мере!

– Конечно в равной, на начальном уровне магия так и проявляется, – философски заметил кот.

– У меня не только на начальной уровне проявляться будут, – уверенно заявила я. – Я рассчитываю, как минимум, на две основы, а лучше три.

– А не лучше ли четыре? – ехидно поинтересовался Васька.

– Лучше, – вполне серьезно согласилась я. – Но это, к сожалению, невозможно. А вот три – вполне реально. Были зафиксированы случаи появления иномирцев с тремя основами. Ну и чем, я простите, хуже? Я – лучше, однозначно.

– Прогрессирующая мания величия, – сочувственно вздохнул мой собеседник. – Но это мелочи жизни. Вот что меня действительно волнует, так какого тхерха тебя теперь на Землю потянуло? – кот скорчил недовольную гримасу.

– У тебя есть какие-то возражения? – поинтересовалась я, зашнуровывая перед зеркалом рубашку.

– Да, мне гномы не нравятся.

– Характером не вышли?– я вопросительно-иронично приподняла бровь, разворачиваясь к Ваське.– Или у тебя какой другой интерес?

– Ага, гастрономический, – съехидничал тот, и добавил. – Я, между прочим, о тебе забочусь.

Вторая бровь на моем лице догнала первую, благодаря чему я удивленно уставилась на кота.

– Тебе учиться восемь лет, – с умным видом начал кот. – Значит, восемь лет находиться в Университете Земли. А что такое институт у гномов – это подземелье!!! Восемь лет без света, а у тебя растущий организм, между прочим, и эта………у меня тоже.

– Васька, у тебя организм последнее время растет исключительно вширь, так что переживать тебе нечего, может, стройнее только станешь. Так тебе это к лицу будет, – я уселась на пол завязывать ботинки.

– Не правда! – подпрыгнул на подушке «растущий организм», пытаясь поверх моей макушки увидеть себя в зеркале. – Ни одного лишнего килограмма, – «скромно» заключил он, вертясь из стороны в сторону и похлопывая себя по пухлым бочкам. – Все исключительно в меру. – И вообще не обо мне речь! Ты только подумай, какие под землей могут быть условия проживания! Я слышал просто минимум комфорта, – возмутился кот, любовно взбивая подушечку, на которой до этого лежал.

– Просто ужас, – машинально ответила я, задумчиво рассматривая несколько цветных шариков, вывалившихся из моего сапога. Смайлоки, приобретенные на черном рынке, были благополучно пронесены контрабандой в сапоге и так же благополучно забыты в связи с тем, что сапоги были парадно-выгребные и больше не надевались. Эти шарики можно было приобрести практически на любом рынке в лавке волшебных вещичек. Смайлоки были маленькими волшебными вирусами, изобретенными юными волшебниками для шутки над однокурсниками, друзьями или родственниками. Способ создания «вирусов» был до примитивного прост: волшебнику нужно было в деталях представить, какой эффект он хочет увидеть при использовании магической игрушки, добавить каплю крови метаморфа и немножко магии своей основы. Шарик при использовании впитывался в жертву и, словно вирус, молниеносно попадал в кровь и растекался по венам. Он реализовывал сумасшедшие фантазии своего создателя, меняя внешность своего носителя. Между собой смайлоки различались по цвету, который указывал основу, используемую в данном вирусе. Красные говорили о том, что создателем был маг, владеющий основой огня, синий – воды, серебристый – воздуха, зеленый – земли.

Благодаря легкому способу изготовления и потрясающему эффекту (ну кто же откажется от такой шутки?) смайлоки буквально за несколько лет приобрели всемирную популярность, чем ввергли в шок всех магов-магистров, вместе с их королями и правителями, а так же службой безопасности этих самых правителей и королей. Ужасы, которые доводили до предынфарктного состояния очень многих, можно было обобщить всего в несколько разделов. 1. «Ой, мамочки, а что если обращенный останется таким навсегда?», 2. «Кошмар, кошмар, а вдруг, можно превратить живое существо во что-то совсем уж непотребное или обездушенное?», 3. «Гм, а как бы усилить эффкт? Массовая истерия длилась ровно столько, сколько заняло поспешное изучение волшебных вирусов. При детальном анализе оказалось, что нервничать так сильно не стоило, так как смайлоки не могли причинить вреда, а любые способы трансформировать невинную игрушку в опасное оружие, усилив эффект, ни к чему не приводили. Ни к чему не приводили и опыты над быстрым выведением вируса из крови или защитой от него. Доля магии была на столько мала, что различным защитные амулеты и эликсиры просто не распознавали его. Эта же проблема фиксировалась и в случае очистки организма, мизерный вирус было сложно найти даже опытному магу, а чтобы его вывести требовались значительные силы и знания. Поэтому «пусть уж само рассасывается» решили маги, тем более, что и действие смалоков длилось не боле пяти –десяти минут, а так как это не тело жертвы было инициатором изменений, а кровь метаморфа, то процесс был безболезнен и лишь слегка неприятен. Конечно, использование вирусов не поощрялось ни родителями, ни учителями, ни государством, но это абсолютно не мешало их распространению.

Я задумчиво покрутила смайлоки в руке

– Вот и я о том же, – радостно согласился хвостатый провокатор.

Я отвлеклась от изучения цветных шаров и посмотрела на кота, затем перевела взгляд на зеркало.

– Нам Земля не нужна. Что мы там забыли в этих катакомбах! – продолжил кот, но я уже его не слушала, уставившись во все глаза в зеркало на свое отражения и пытаясь понять, достойно ли выгляжу для важнейшего в моей жизни события. Смайлоки я автоматически сунула в карман.

На меня из зеркала смотрел худющий подросток с десятисантиметровым ежиком черных волос, овальным лицом с высокими скулами, длинным носом, немного вздернутым вверх, в россыпи веснушек, и большим ртом. Короче, ничем примечательным лицо у меня не славилось, и если бы ни большие, немного раскосые, черные, в моменты волнения с фиолетовым отливом, глаза в обрамлении густых ресниц, меня можно было бы назвать некрасивой. Своей внешности я давно перестала придавать особое значение, поэтому сегодня меня в большей степени интересовала моя презентабельность. Сия «дама» отсутствовала. Даже дорогая одежда, сшитая именно на меня, по последнему писку моды, ситуацию не исправляла. Светлая рубашка с длинными рукавами, поверх кожаный черный жакет, затягивающийся у самого горла, немного прикрывали выпирающие ключицы. А вот длинные обтягивающие штаны, зауженные к низу, чтобы проще было надевать сапоги, лишь подчеркивали худобу. «Не в платье же мне одеваться!« – нахмурилась я, разочарованно отворачиваясь от зеркала. «Хотя платья, которые носят здесь, на моей фигуре – это зрелище не для слабонервных. Лучше уж так».

– Васька, я пошла, – оборвала я на полуслове, все еще разглагольствующего о тяжестях подземной жизни кота. – Пора уже. Словно в подтверждение моих слов за окном раздался бой часов, известивший, что сейчас десять утра, а значит, до начала экзамена осталось пол часа, и еще это значит, что пять минут назад я должна была встретиться с Ванькой в Центральной библиотеке Замка, откуда мы вместе должны идти на выявление. Я выскочив за дверь, со всех ног бросилась к месту встречи. За спиной раздался грохот, нецензурное «мяу», после чего дверь снова открылась: – А как же я? Я тоже с вами.