Чтение онлайн

Мы пришли к одному месту, которое я вероятнее всего знала летом лучше, чем зимой, но теперь не совсем узнавала. Это был участок дороги, по которой редко кто ездил, так как заканчивалась она не то тупиком, не то объездом, зато как, оказалось, кататься здесь было очень удобно. Можно было ехать вниз и не бояться, что столкнешься с деревом или машиной.

– Ты специально привел меня сюда, чтобы люди не видели, как я неумело управляю санками?
– съехидничала я.

– Ты всегда ищешь скрытые мотивы, но как не странно они есть - я просто готовлю тебя к тому, что будет на Новый год.

– И что же будет на Новый год?
– поинтересовалась я, следя за тем, как Рэнд готовит тобогган к первому съезду. Он хотел пару раз проехаться сам, чтобы немного разогнать снег и подготовить для нас подобие дорожки.

– Много снега, подарки, глинтвейн и что самое главное санки и лыжи. Ты когда-нибудь каталась весь день 31 декабря, вместо того, чтобы украшать дом, убирать его и готовить еду? Просто и без особых обязательств, потому что это весело?

– Нет.

– Будешь. Мы все же смогли забронировать домик на Новый год, и я буду учить тебя ездить на лыжах!

– Мне придется тебя разочаровать, - я сказала это прискорбным голосом, зная, как отреагирует Рэнд.

– Только не говори мне, что ты не сможешь поехать со мной!
– Рэнд тут же оторвался от тобоггана, и посмотрел на меня. Лицо его выглядело расстроенным, и мне даже стало его жалко за такой розыгрыш.

– Нет, дело в том, что я умею кататься на лыжах, - усмехнулась я.

– Это нечестно использовать такие приемы, - тут же угрожающе зарычал он, и я даже не поняла как, но вдруг оказалась на снегу поваленная им. Смеясь и визжа, я начала отбиваться от рук Рэнда, и отползать от него. Но руки Рэнда крепко держали меня за ноги, и он начал меня подтаскивать к себе. Я даже не заметила, что вся вывалялась в снегу, словно ребенок, мне было слишком весело. Обняв меня, Рэнд перекатился так, чтобы я лежала сверху на нем, но это все равно не спасло бы его от снега - моя рука подло настигла его лицо, целой охапкой. В отместку он с победным криком так же размазал мне снег по лицу. Мы вели себя как дети, и это было здорово, это было той жизнью, о которой я только слышала от других, но никогда сама не видела и не пробовала на себе.

Я позволила себе немного поваляться на снегу, пока Рэнд прокладывал путь вниз. Я смотрела в ярко синее небо, чем-то похожее на глаза Рэнда, когда из них уходила серость, и он смеялся надо мной или моими поступками. Вокруг было так тихо, и все что я слышала, было шумом моего дыхания. И всего лишь отдаленные крики радости, которые доносились от Рэнда откуда-то снизу. Я задела самое близкое дерево рукой, совсем легко, и с него на меня посыпались снежинки, склеившиеся по несколько штук сразу, превратившись при этом в комочки. Выставив язык, я попробовала словить их, но вышло поймать лишь две. А сверху сквозь деревья и тонкие опоясанные снегом ветки, лился свет - тот зимний свет, что так нравился Рэнду. Я была безгранично счастлива, потому что была здесь и сейчас, и где-то далеко слышала, как Рэнд напевает что-то, пока поднимается вверх. Приподнявшись, я смогла увидеть его.

– Давай вместе?
– предложил он еще издали, заметив, как я за ним наблюдаю. Я в преддверии чего-то нового и интересно радостно вскочила на ноги.

– Ого, не ожидал от тебя такого ажиотажу и рвения, - присвистнул Рэнд.
– А куда подевалась моя злюка.

– Все на месте, - уверенно похлопала я себя по голове, - она на месте, но у нее временный отпуск. Нужно и хорошей части "я", изредка выходить наружу.

– Ты вся хорошая, и нечего наговаривать, - проворчал Рэнд, но его улыбка говорила мне о том, что он счастлив, видеть меня такой.

Я остановилась возле него, ожидая, что он мне скажет что делать, но Рэнд просто стоял и смотрел на меня, с трудом дыша, так как его дыхание все еще не выровнялось после подъема. Я с улыбкой смотрела на него, не понимая, чего он ждет. Но Рэнд склонился ко мне быстрее, чем я у него спросила об этом. Он чуть не ударил меня в нос своим носом, но я немного отклонилась, и потому губы Рэнда пришлись как раз туда куда нужно. Он с такой страстью впился в мои губы, что мне казалось я не смогу устоять на ногах под таким напором. Я обвила его шею руками, скидая перчатки с рук, и при этом, совершенно не чувствуя холода. Руки Рэнда легко подхватили меня и приподняли, и прижавшись к нему, я попыталась обхватить его ногами, но это было сложно учитывая костюм. Мы осели на землю, и теперь я снова оказалась сверху. Моя шапка упала, и волосы, которые я так тщательно заплетала в косу, все же выбились, мешая нам, но я даже не обратила на это внимания. Я кусала губы Рэнда, даже не отдавая себе в этом отчет, а его руки больно стискали меня, ощупывая все тело сверху вниз. Чувствуя возбуждение и нарастающее томление, мне хотелось целовать его все крепче, и все глубже. Первым это безумие остановил Рэнд, отстранив меня, наполовину ослепшую и оглохшую от этих чувств.

Не понимая, что произошло, я тяжело дышала и смотрела на него, глаза Рэнда не отрывались от моих.

– Это какое-то безумие, - со свистом отозвался он.

Я же ничего не могла сказать. Мое сердце колотилось так, будто бы я пробежала всю дорогу от дома сюда без передышки, а губы начал покалывать холод, и воспоминание о его губах.

– Ты меня укусила, - неожиданно рассмеялся он, потрогав свою губу, сквозь тяжелое дыхание.
– Теперь я могу поверить, что ты на какую-то долю итальянка - такому темпераменту можно лишь позавидовать.

– Что это значит?
– спросила я, хотя мне все еще не хватало воздуха.

Рэнд скинул меня аккуратно на бок и повернувшись лицом ко мне, тихо сказал:

– Что я больше не считаю тебя ребенком. Трудно думать о тебе подобным образом, когда происходит подобное.

– Подобное?
– я непонимающе усмехнулась. Не то чтобы я не понимала, о чем он говорит, но просто у Рэнда все звучало как-то скрытно.

– Представь, что если бы мы не были сейчас среди леса, а в твоей комнате, это имело бы продолжение.

Я знала, что краснею, потому что мне стало жарко, но неловкости я при этих словах не почувствовала. Наоборот, я четко и ясно представила картинку в своей голове, и потому мне стало так жарко. Прижавшись к нему, я сказала на это:

– Ну и что?

– Не говори так, - уткнувшись мне в шею, сказал Рэнд. Я даже не знала, как он умудрился не набрать при этом ртом снег.
– Я бы ощутил себя при этом негодяем.

– И почему же?

– Потому что ты более невинна, чем я, и мне бы не хотелось стать твоим развратителем.

– Фу, - поморщилась я, - не говори подобных слов.

Он рассмеялся, и просто обнял меня.

– Тогда ты должна знать, что может ожидать тебя, если будешь слишком темпераментна, и не перестанешь кусать меня с такой страстью. Это не приведет ни к чему доброму.

– Я ведь не ребенок, - напомнила я ему, поежившись от его крепких объятий.

– К сожалению, я теперь это понял.

– Хорошо, что ты это понял. Меня, знаешь ли, уже целовали.

– Не напоминай, как представлю тебя с тем Кевином,...бррр...аж дрожь берет, - он весь затрясся, как от холода.

– Это потому что мы на снегу лежим, - посмеялась тихо я, хотя мне на самом деле было приятно от мысли, что он ревнует.

– Насмехаешься?
– грозно спросил он.

– Пробую, - невинно хлопая ресницами, сказала я. Рэнд тут же подскочил на ноги и поднял меня.

– Тогда пора нам немного покататься, а то мы действительно быстро замерзнем.

Мы катались почти до самого вечера, совершенно забыв про еду, и холод. Мне было тепло, когда Рэнд прижимал меня к себе, или заставлял тянуть санки, чтобы я, как он говорил, тренировалась. При этом он смеялся с того, как я ворчу. Я даже попробовала возить его по снегу, но чуть не пообрывала себе руки, и он снова хохотал с меня, и того, что я говорю о таком виде спорта.