Чтение онлайн

– Ну и?
– я с интересом наблюдала за Варькой, носившейся по квартире.

– Ты помнишь Володьку? У его отца есть дочка от первого брака, Лера, - возбужденно тараторила она.
– У нее был страстный роман с одним парнем, не подходившем ей. Мачеха была против... В общем, разошлись они так же, как и вы. И этот парень - Максим Ивлев. Ставлю сто против одного, что одна ведьма над вашей печатью работала!

– Как тесен мир, - протянула я.
– Справлюсь сначала с этой Маргаритой, а потом разберусь и с печатью. Иногда бывает жаль, что мне не доступна черная магия. Прокляла бы паршивку, и все. А так - ломай голову, как спасти Максима.

Из дома мы с верным котом вышли в семь утра; устроились напротив подъезда Ивлева. Читай книги на Книгочей.нет. Подписывайся на страничку в VK. Я все-таки прихватила книгу, но из-за волнения не могла читать. Каждые пять минут начинала принюхиваться - нет ли где темной магии? Наблюдала за Яковом, который, казалось, тоже на стороже - вместо того, чтобы по обыкновению греться на солнце, он нарезал круги вокруг лавки.

– Не мельтеши, - не выдержала я под конец, но кот не думал меня слушаться. "Переживает, - мелькали горькие мысли.
– Боится без хозяйки остаться"

В половину восьмого из подъезда вышел Максим, одетый в одни только шорты.

– Васька, - окликнул он меня.
– Пошли.

Я вскочила с лавки - настолько волнение не давало сидеть спокойно - и каким-то неровным шагом пошла за ним. По-хозяйски придерживая дверь, Ивлев пропустил меня вперед; точно так же он поступил у лифта, заминка вышла только у дверей квартиры.

– Ты чего?
– удивился он, а я замялась:

– Неудобно, - но после тычка в спину ненужные мысли оставили меня.

– Тебе лет-то сколько? «Неудобно» ей, - ехидно осведомился Ивлев.

– Двадцать шесть, - улыбнулась я – у всех на это одинаковая реакция.

– Я бы не сказал, - он окинул меня оценивающим взглядом и хмыкнул.
– Маленькая собачка до старости щенок.

Не обращая внимания на попытки разозлить, я вытащила из кармана оберег.

– Одень на шею и не снимай… Всю ночь заговаривала.

Максим покрутил в руках маленький расшитый мешочек, задумчиво понюхал его и надел на шею.

– Надеюсь, повезет, - и улыбнулся, а мне в этот момент стало жаль этого мужчину, да так, что я прильнула к нему и горько заревела. Он удивленно обнял меня и начал гладить, успокаивая, а я не могла остановиться - кокон злой магии, окутавший его, сжимался все плотнее и плотнее, оставались последние миллиметры, прежде чем он сдавит Ивлева насмерть. Не видел он и того, что глаза его почти не блестят, как бывает это с мертвыми.
– Василиса, ну ты чего? Успокойся. Я буду носить твой мешок, обещаю. И подушку в машине оставлю...

– Ты не понимаешь, - выла я, по-прежнему не отрываясь от него.
– Мы же умрем с тобой!

Спустя пять минут удалось успокоиться. Максим кое-как усадил меня на диван и принес чай. Я, стуча об чашку зубами, выпила его залпом и проблеяла:

– Послушай меня, пожалуйста… Если не расскажу, точно с ума сойду.

Вздохнув, он кивнул, и я начала говорить. С того самого момента, как на пороге моего деревенского дома появилась Маргарита и до сегодняшнего дня, не забыв упомянуть о бабушке и том, что мы могли бы быть родственниками - если бы не та ведьма, что поставила на нас печать одиночества.

Мой рассказ занял два часа. Я раскладывала заговоренные камни по квартире, давая Максиму осмыслить сказанное.

– Я… я действительно чувствую себя хуже, - голос его, казалось, потускнел.
– И в любви не везет… Именно с тех пор, как мы внезапно расстались с Лерой.

Я кивнула, не поворачиваясь.

– Что нам нужно сделать, чтобы спастись?

– Кабы знать, - в расстроенных чувствах я присела рядом с Максимом и схватила его за руку. Она была неприятно-холодной, и не в моих силах было вернуть в нее живое тепло.
– Надо найти Маргариту. И ту женщину, что нас с тобой прокляла.

Через полчаса мы выходили из дома. Максим, наконец поверивший мне, был обвешан с ног до головы амулетами и оберегами. Себя я тоже не обделила - мало ли!
– оттого вся сумка оказалась забитой охранками.

Мы сели в машину, поехали в сторону центра - конечный пункт нашего путешествия располагался рядом с офисом Макса.

– Приехали, - произнес он, останавливаясь. Я окинула дом, который мог бы стать мне родным. Здесь жил нашей бывший мэр со своей семьей. Володины родители…

– Как будем выманивать ее из дома?

– Она в обед всегда ходит со своей карманной собачкой. Я часто приезжаю сюда, - пояснил Максим.
– Хоть я никого не люблю, но Леру помню…

И не было в этот момент человека, который понял его лучше, чем я. Мы оба прошли через жуткое расставание, ощутили потерю любимых людей; наши сердца закрыты печатью одиночества - и если меня не сковало полностью, то у Максима точно не будет близких людей - темная магия оттолкнет их.

– А вот и она, - довольно произнес Ивлев, я подняла глаза и почувствовала, как трепещет жалобно сердце. Мать Володи шла под руку с его бабкой (терпеть ее не могу). Девять лет прошло с тех пор, как они обрекли меня на нелюбовь и одиночество…

Я ощутила, как клокочет в груди тяжелое чувство, как вскипает моя кровь.

– Ты чувствуешь? – ошарашено спросила я у Максима. Он посмотрел на меня странно, но я уже выбежала из машины. – Это она нас прокляла! – ткнула пальцем в Володькину бабушку. – Ах ты… карга старая!

Жена мэра уставилась на нас в ужасе – еще бы, два человека, судьбу которых она сломала, лишь бы не дать своему сыну и падчерице быть с простолюдинами. А бабка… бабка ситуацию просекла сразу: она начала шептать заговор, вперив взгляд тяжелых, выцветших глаз в мой лоб. Я будто бы видела, как каждое слово, вылетая из ее рта, оседает на мне и тянет вниз, к земле.

Все вокруг стихло: перестали петь птицы, не было ветра, исчезли звуки проезжавших мимо машин. Картинка будто смазалась – остались только мы – злая ведьма и добрая ведунья, которая сейчас умрет. Не было сил взмахнуть рукой, открыть рот, чтобы читать защитный заговор – я подчинилась чужой воле, чужой колдовской силе, поддерживаемой всем темным, что есть на свете.