Чтение онлайн

—Прекрасно тебя слышал. Но тебя ведь не заперли в темницу. Кстати, он тебя уже видел?

—Он не узнал меня.

Брови у Мака подскочили вверх, но не из-за того, что его удивил ответ, а потому что в нем слышалась уязвленность Джорджины этим фактом.

—Ты уверена, что он тебя хорошо разглядел?

—С головы до пят, — сообщила она. — Он попросту меня не запомнил.

—Ну, ну, Джорджи, не принимай это близко к сердцу. У них, у этих двоих в тот вечер на уме было что-то другое. Они к тому же здорово набрались, а некоторые мужчины после тяжелой ночи своего имени вспомнить не могут.

—Я думала об этом. И близко к сердцу я этого не принимаю. — От этой мысли она с возмущением шумно втянула воздух. — С меня лишь груз спал... после того как я оправилась от шока, встретив его здесь. Но ведь что-то может разбередить его память, например, если он тебя увидит.

—Смысл в этом есть, — задумчиво произнес Мак. Он бросил взгляд через плечо туда, где была Англия, превратившаяся уже в точку на горизонте.

—Здесь мы уже опоздали, — сказала она, точно читая его мысли.

—Несомненно, — согласился он. — Отойдем в сторонку, а то тут слишком много ушей.

Он повел ее не на полубак, а в сторону нижней палубы, туда, где хозяйничал боцман, то есть теперь он, к помещению, где хранили запасные снасти. Джорджина плюхнулась на свернутый канат. Мак погрузился в размышления, сопровождая это хождением взад и вперед, тяжкими вздохами и пощелкиванием языком.

Сколько могла, Джорджина выдерживала молчание. Спустя пять минут она требовательно проговорила:

—Ну и как? Что мы теперь станем делать?

—Буду как можно дольше избегать встречи с этим человеком.

—А потом?

—Надеюсь, что к тому времени растительность у меня на лице гуще станет, — с улыбкой сообщил он. — Думается, рыжие заросли на этой старой коже замаскируют меня так же хорошо, как тебя твой наряд.

—Наверняка. Ведь правда? — просветлела она, но только на мгновение. — Однако это решает только одну нашу проблему.

—Мне думалось, что у нас и есть одна.

Покачав головой, она откинулась назад, привалившись спиной к переборке.

—Нам предстоит изыскать средство, которое позволит мне избегать общения с этим человеком.

—Ты же знаешь, крошка, что это невозможно... если, конечно, тебя не свалит недуг. — Он засиял, решив, что разделался с проблемой. — Ты как, не слишком расклеишься, а?

—Это не сработает, Мак.

—Сработает.

Она снова покачала головой.

—Могло бы сработать, если бы я спала на баке, как мы планировали, но я уже поставлена в известность, что будет по-другому. — И затем с усмешкой произнесла: — Капитан великодушно предложил мне разделить с ним его каюту.

—Да ты что?!

—Вот именно. Но этот черт настоял. Ему надо, чтобы я была под рукой, если посреди ночи ему что-то потребуется, паскудник ленивый. Да что иного можно ожидать от изнеженного английского лорда?

—Тогда ему об этом следует сказать.

Пришел черед ей изумиться. Вскочив на ноги, она воскликнула:

—Да ты что?! Неужели ты это всерьез?

—Поверь мне, да, крошка. — В подтверждение своих слов Мак кивнул головой. — Тебе не следует делить каюту с мужчиной, который тебе не друг и не родственник.

—Но он считает меня юношей.

—Не играет роли. Твои братья...

—Никогда не узнают, — сердито перебила она. — Ради всего святого, если ты скажешь Мэлори, я в итоге все равно окажусь в его каюте, но в ситуации, которая для меня будет еще более неприятной. Об этом ты подумал?

—Он не посмеет, — прорычал Мак.

—Ты так полагаешь? Ты что, так быстро запамятовал, кто здесь капитан? Он в силах сделать все, что ему в голову взбредет, а если ты станешь протестовать, то быстренько в кандалах окажешься.

—Только самый отъявленный негодяй воспользовался бы такой ситуацией.

—Верно. Но откуда у тебя уверенность, что он не принадлежит к их числу? Исходя лишь из предположения, что у этого человека имеется хотя бы намек на честь, ты готов поставить под угрозу мою добродетель? Я не готова.

—Но, крошка...

—Я настаиваю, Мак, — упрямо повторила она. — Ни слова ему. Если тайна моя каким-то образом раскроется, то очень скоро станет ясно, имеется ли у этого англичанина хоть немного порядочности, но, правду сказать, у меня на этот счет большие сомнения. То, что мне придется ночевать в его каюте, еще не самое страшное. Проблема в том, смогу ли я вынесли постоянное пребывание рядом с ним. Ты не поверишь, сколько в нем презрительности, какое он удовольствие получает от своего отвратительного поведения. Он даже поделился со мной, что эта одна из немногих вещей, доставляющих ему радость.

—Ты это о чем?

—О его жажде загонять людей в угол, изгаляться над ними. К людям он относится как к каким-нибудь бабочкам, которых с помощью его уколов можно пришпилить к месту.

—Уж не преувеличиваешь ли ты чуток, крошка, из-за твоей нелюбви к нему?

Немного она пережимала, но признаваться ему в этом и не думала. Если бы действительно была юношей, кем ее и считал капитан, она бы оскорбилась подтруниванием старшего над неопытностью младшего. Все мужчины этим грешат. А тема секса вполне естественно всплывала в разговоре между мужчинами, когда поблизости не было женщин. Разве не доводилось ей слышать подобные разговоры ее братьев, не подозревающих, что она где-то рядом?

К счастью, распахнувшаяся дверь позволила ей избежать ответа на вопрос Мака. Взбежал молодой матрос и с облегчением вздохнул, обнаружив здесь боцмана.

—На этом ветру фал с марселя вовсе истрепался, сэр. Мистер Шарп вас не мог найти и послал меня, чтобы я новый принес.

—Я займусь этим, — бросил Мак, поворачиваясь, чтобы достать нужный канат.

Неопытный матрос с радостью исчез. Джорджина вздохнула, понимая, что у Мака сейчас для нее времени нет. Но ей не хотелось обрывать разговор на такой неприятной ноте, не хотелось, чтобы он терзался беспокойством о ней.

Единственным средством против этого было согласиться с ним.

—Ты был прав, Мак. Моя неприязнь к этому человеку заставила меня думать о нем хуже, чем он того заслуживает. Он сам заявил, что уже спустя несколько дней, вероятно, и обращать внимания на меня не будет. То есть, попросту прощупывал мой характер и теперь и думать обо мне

—И ты постараешься сделать все, чтобы поменьше попадаться ему на глаза?

—Я даже в суп ему не плюну, прежде чем подам его на стол этому здоровенному волу.