Певчий дьявол
Шрифт:
– Да ну тебя, – осторожно высунула я нос из-под одеяла. – Вий, пусть он совестью помучается оттого, что напугал бедную, несчастную девушку, и так сегодня пережившую много неприятного.
Парень усмехнулся и кивнул, а Пауль с радостным криком исчез в стене. Откуда-то сверху послышала женский истошный вопль.
– Никакой управы на этого ненормального, – буркнул Вий. – Всех соседей уже достал. У нас здесь больше пары-тройки месяцев не живут. Квартиры продают и съезжают. И справедливо меня подозревают во всяких непотребствах – я, кажется, единственный жилец, которого не трогает ужасный «призрак».
Я хихикнула, понимая, что моя жизнь до этого момента была просто образцом скучного и занудного существования. А теперь открывались такие заманчивые перспективы… Особенно если вспомнить слова Вия о том, что обычные люди не могут видеть тех же падальщиков. Может, я тоже какая-нибудь… ведьма? Нет, что-то звучит как-то не очень.
– Как ты меня нашел? – задала я вопрос уже в спину парню. – Откуда ты знал, что то существо в переулке нападет на меня?
– Оно за тобой таскалось не меньше пары дней, – равнодушно бросил Вий через плечо. Я поежилась, представив себе эту тварь у меня в ванной. – Я не просто так предложил тебя подвезти.
– Опасался, что этот падальщик меня сожрет? – подалась я вперед. Все-таки приятно осознавать, что такой парень готов тебя защищать, хоть и знает без малого один день. – И что, ты проследил за мной?
– Не сожрет, – Вий со вздохом повернулся в дверях. – Я тебе уже говорил, что они не нападают на людей. Да и без воплощенной формы не могут этого сделать. Нет, я переживал, что это ты кого-нибудь отправишь на тот свет.
– А ты у нас весь такой благородный, да? – уязвленно фыркнула я, разом ощетиниваясь, словно воинственно настроенный дикобраз.
– Или ты все-таки уймешься, или я выкину тебя в окно, – пригрозил мне этот образец благородства и с грохотом захлопнул дверь.
Аж штукатурка посыпалась. Я показала закрытой створке средний палец и решила не принимать его нападки на себя всерьез. Как-никак, а все-таки жизнь он мне спас сегодня. Надо уметь быть благодарной. Хотя бы иногда.
***
Вий действительно поднял меня рано утром. Раздвинул шторы, запуская солнечный свет в комнату, ухватил тяжеленного Бальтазара и унес в другую комнату. Кот, чувствующий, видимо, что его сейчас будут кормить, особо не сопротивлялся. Но когтем зацепился за одеяло, и эта парочка бесцеремонно стащила его с меня. Я возмущенно засопела, попыталась нашарить утерянное, но Вий, этот нехороший человек, ногой отодвинул его подальше.
– Поднимайся, – потребовал он. – Ночь закончилась, и теперь ты свободна, как ветер.
– А завтрак? – спросонья спросила я.
Бодаться с упрямым парнем мне не хотелось, но он так забавно хмурился, когда ему что-то не нравилось, что я просто не смогла удержаться от маленькой шпильки в его адрес. Вий смерил меня ледяным взглядом, в котором сквозило недоумение и желание придушить наглую меня на месте.
– А рожа не треснет? – некультурно поинтересовался он. – Вставай и выметайся.
– Ты всегда такой любезный? – я с ворчанием поднялась.
Спала прямо в джинсах и футболке. Моя ветровка лежала на кресле – по утрам было пока еще достаточно прохладно. За окном царил ранний май, а времени сейчас, судя по тому, что я могла видеть в окно, было не больше семи часов утра. Наверняка на улице было достаточно зябко для того, чтобы я замерзла в легкой курточке. И безлюдно. Я удивленно прилипла к стеклу, пытаясь высмотреть прохожих. Почти никого не было видно, и мне показалось это странным.
– Ты живешь в зоне отчуждения? – я вытянула шею.
– Нет, – донеслось из соседней комнаты, – просто сегодня суббота. Ты вчера головой не билась?
– Точно, – вспомнила я. – Правда, потерялась в днях недели. А ты мог бы и поспокойнее мне это сообщить.
– Я и так просто образец благоразумия и ледяного спокойствия, – съязвил Вий, появляясь в дверях. – Я крайне редко позволяю кому-то переступить порог этой квартиры, а уж если некто желает пообщаться за жизнь, то это точно не ко мне. Тебя мне пришлось оставить из-за известных обстоятельств, но дело не в какой-то особой симпатии и отношении. Все гораздо прозаичнее – я договорился со своей совестью, иначе она бы меня сгрызла, если бы сегодня поутру нашли твое истерзанное тело. Да и для «The Black Gate» ты совсем не бесполезна. Если Кай возьмется за клавишные партии, мы провалимся на первом же сингле. Так что считай – это аванс в счет твоего будущего участия в музыкальной жизни группы.
– Прагматик, значит, – враждебно зыркнула я на парня. – Это ты мне так ненавязчиво сообщаешь, что я попала в пожизненную каббалу?
– Что-то вроде того, – благосклонно кивнула эта сволочь. – Держи.
– Это что? – удивилась я, рассматривая невзрачную висюльку на крепком кожаном шнуре.
– Тигровый глаз, – Вий ругнулся сквозь зубы, когда Бальтазар выскочил из-за двери и с разбега ткнулся головой в ноги хозяина. – Оберег. Не снимай его. Если вдруг заметишь, что он нагревается, особенно если это происходит часто, то звони.
Я покрутила в руках амулет, кивнула и сунула его в карман. Я видела, как Вий с неудовольствием проследил за этим – наверное, он рассчитывал, что я тотчас же нацеплю на себя его подарок, но это было не в моих правилах. Хоть я и прекрасно понимала, что он в данном случае желает мне лишь добра. Тем более вон, даже помочь в дальнейшем согласился. Обычно я от такого не отказываюсь, но сейчас поступить по совести мне мешало какое-то иррациональное упрямство. Яркое утреннее солнце, запах крепкого кофе, доносящийся с кухни, да и общее отличное физическое состояние сгладили страхи вчерашней ночи, и теперь мне все это казалось просто плохим сном. Проснулся здравый смысл, и я начала подозревать, что, скорее всего, просто споткнулась, упала, ударилась головой, а от этого мне и примерещилась всякая пакость. А Вий и рад был этим воспользоваться – наплел мне какого-то бреда. Может, завлекает в какую-нибудь секту, кто его знает? Но кот у него точно замечательный.
Вию, кажется, стало плевать на мою лояльность. Отдал амулет и забыл, а теперь нетерпеливо постукивал пальцами по косяку двери, к которому прислонился. Я нехотя обулась, взяла протянутый рюкзак и открыла замок, который был не просто самым обычным – на такой дверь в туалет-то стыдно закрывать, не то что входную. Любой школьник вскроет.
– Спасибо, – повернулась я к хозяину квартиры, и он чуть наклонил голову.
Что бы там ни было и что бы вчера не случилось, а одну он все же меня не бросил. Это был весомый плюс ему в карму. И голос у него потрясный – надо быть вежливой, ведь рядом с Каем ошиваться я не перестану, а потому будет очень неприятно, если вдруг по каким-то причинам рассорюсь с таким замечательным приобретением для группы.
Я начала спускаться по лестнице и услышала, как сзади захлопнулась дверь, а замок даже не щелкнул. Вот ведь бесстрашный. Немного подумала, вытащила из кармана оберег и все-таки надела на шею. Имеет он там какие-то свойства или не имеет, а камень достаточно красивый. К тому же как-никак подарок. А уж если все пойдет так, как надо, и многоуважаемый мистер Марков не подведет, «The Black Gate» скоро станут достаточно известны для того, чтобы толкнуть эту вещицу за неплохие деньги.
Кстати, об этом. Мне было очень интересно, чем же вчера завершился вечер для Кая, Домового и Исая. Поэтому как только вышла из подъезда, сразу нащупала телефон в кармашке рюкзака и, щурясь на яркое солнце, набрала номер, который знала наизусть. Пока шли гудки, вспомнила, что Вий, хоть и сказал звонить в случае чего, телефона мне не оставил. Хотя, если подумать, достать его номер для меня труда не составит, и он, возможно, именно на это и рассчитывал.