Чтение онлайн

— Кажется, я приказал вам убираться вон.

— А как называется вот этот, дядя?

— Этот? Ну, это жук-компас.

Вот уж стоит только его заставить начать, как он уже не может остановиться.

— Жук-компас. Это самец. Я уже годами ищу самку. Хочу разводить их. Знаете что, если когда-нибудь вы найдёте такую самку, честное слово, щедрости моей не будет предела!

И он громко засмеялся, как будто таким, как мы, не дано поймать ничего такого замечательного, да никогда в жизни. Так что мы лучше присмотрелись к этому мерзкому жуку в террариуме. Он был около двух дюймов в длину, чёрно-оранжевого окраса с большим чёрным крестом на спинке.

— Найдёте хотя бы одного такого, — сказал дядя Слиппи, — и вы никогда не потеряетесь, никогда. Иглой путь себе проложите, ребятки!

Мы спросили почему, но на сегодня урок был закончен. Как бы то ни было, иногда, если нам везло, если у Элиота был хороший улов, дядя Слиппи отдавал нам одного из своих жуков-факелов, одного из выдрессированных. У него был к ним подход, секретный способ заставить их делать то, что хочешь. Так он зарабатывал себе на жизнь. Он обрезал крылья этим жукам, но это ещё не всё, он что-то делал с ними так, что они выпускали пламя только тогда, когда вам захочется.

Мы с Элиотом забирали такого жука и заработанные деньги, и обычно за деньги мы покупали себе сигареты. Потом мы возвращались назад в поле и с помощью жука-факела прикуривали свои сигареты. Жука надо было держать между указательным и большим пальцами, и сдавливать так, чтобы из его задницы вышел огонь. И так можно было прикурить сигарету! Вот так, в качестве живых зажигалок, дядя Слиппи и продавал их. И у него был неплохой доход от этого. Элиот всегда только и говорил, что о деньгах, которые мы могли бы заработать, если бы только сами знали секрет дрессировки жуков.

— Как думаешь, Скриббл, как он это делает? — спрашивал он, затягиваясь сигаретой.

— Не знаю.

— Думаю, это как-то связано с перьями.

— Что? С теми птичьими перьями, которые он хранит? С чего бы это?

— Думаю, это виртовые перья.

— Виртовые? Не может быть. Это не виртовые перья.

— А я думаю, они. А ты что думаешь?

— Я не знаю, что думать. Пока нет.

Из газет мы вычитали уйму информации о виртовых перьях. О том, что они станут лучшими носителями информации, лучшими даже, чем фрактальные кассеты. О том, что музыка в них звучит более чем чувственно, о том, что они содержат лучшие игры всех времён, о том, что на них можно записать любую информацию, даже ту, о которой никто ещё не знает. Было много всяких слухов о виртовых перьях. Говорили также, что нужно было положить одно из них в рот, чтобы оно подействовало. Во всяком случае, так писали в газетах. Не знаю, мне всё это казалось немного глупым, но Элиот всегда цеплялся за сумасшедшие слухи. За всё, что могло вынести ему мозги и перенести его в другую реальность. Он так быстро взрослел.

— Но они же должны быть синими, разве нет? — спросил я его. — Виртовые перья, я имею в виду. Я читал об этом. А у Слиппи нет синих, по крайней мере, я не видел.

— Не-а, необязательно им быть синими.

— Необязательно?

— Только легальные — синие.

— Ты имеешь в виду, что есть и другие?

— Ясное дело. Например, чёрные… Только не говори мне, что ты никогда не слышал о чёрных перьях.

— Нет.

— Чёрные лучше всех. Это пиратские копии. Типа, нелегальные. Очень крутые. А у Слиппи чёрных до фига, так?

— Конечно, у него много чёрных, но это не значит, что они виртовые перья. Виртовые перья даже в магазинах ещё не продают, если у тебя, конечно, нет кучи наличных. А у Слиппи вряд ли есть столько денег. Где ему взять виртовые перья? Я думаю, у него они обычные, может, вороньи, например.

— Ты так думаешь?

— Да, именно так я и думаю.

— Ну, а я всё равно думаю, что это виртовые перья, и, думаю, поэтому он может управлять насекомыми.

Тогда мы были обычными детьми, которые не нашли лучшего занятия, чем валяться в густой траве, курить сигареты, слушать, как жуки-факелы ведут перестрелку огнём, и играть со своим собственным дрессированным жуком, заставляя его выпускать пламя из задницы снова и снова, пока он совсем не выдохнется. Два обычных ребёнка, которые говорят о вещах, о которых не знают ничего.

Наверное, мне нужно было догадаться о том, что произойдёт потом, зная, как устроены мозги Элиота. И зная о том, что время от времени он не прочь своровать что-нибудь типа комиксов или, например, номеров журнала «Кот Игрун», сигарет и всего такого. А однажды он стащил плакат Интерактивной Мадонны, просто снял его со стены, свернул в рулон и ушёл с ним под мышкой. Но все эти вещи он воровал в магазинах, я никогда не думал, что он стащит что-то у друзей или у собственной семьи.

Так что примерно через две недели, когда каникулы уже заканчивались и он попросил меня встретиться, я думал, будет что-то вроде последней охоты на жуков перед школой. Я даже захватил с собой сачок и банку. Хотя, в некотором смысле, они мне понадобились.

— Ты стащил его? — удивился я.

— Ясное дело.

Элиот снял рубашку. Оно и понятно — было очень жарко, это же лето всё-таки.

— У дяди?

— Ага, прямо из спальни. Я зашёл к нему и спросил, не надо ли чего купить в магазине. Он сказал, что составит список, и пока он писал, повернувшись спиной, я стащил первое попавшееся перо.

— Офигеть! Давай показывай тогда.

— Смотри, только аккуратно.

Элиот отдал мне перо, чёрное перо. Я взял его за кончик, как будто оно было живое, или что-то вроде того, как будто оно было опасным. Я покрутил его в пальцах, казалось, оно впитывало солнечный свет, сверкая.

— Видишь, как оно блестит? — отметил Элиот. — И цвета? Видишь, вкрапления розового?

— Ага.

— Оно не просто чёрное, понимаешь? В него ещё что-то добавили.

— Это просто цвет, ничего особенного. Лёгкий оттенок розового, вот и всё. А что значит розовый?

— Не знаю. Но информация зависит от цвета. Ты что, не читал об этом?

— Читал. И всё равно это не доказывает того, что это виртовое перо.

— Есть только один способ узнать.

— Что? Ты имеешь в виду?..

— Давай попробуем.

— Засунуть его в рот? Никогда!

— Боишься, что ли? Боишься пера?

— Нет. Дело не в этом.

— А в чём же тогда?

— Тебе не следовало красть его. Слиппи убьёт тебя.

— Ну так давай сделаем это, пока он не узнал.

— Хорошо, но ты сам. Сам это делай. А я просто посмотрю.

— Нет. Нельзя входить в Вирт в одиночку. Ты ведь читал об этом?

— Да… Да, читал. Ладно, не делай этого один.

— И?

— Ты думаешь, оно покажет нам, как дрессировать жуков-факелов?

— Вот именно, Скриббл.

— Ну хорошо. Но ты первый.

— Нет, ты первый.

— Почему это?

— Потому что я войду, а ты передумаешь.

— И как мне знать, что ты не поступишь так же?

— Не поступлю, потому что я хочу этого. Понимаешь?

— Понимаю.

— Отлично. Тогда давай его сюда.

И я отдал перо Элиоту. Он приказал мне открыть рот. Я так и сделал. Он приказал открыть его шире. И я открыл шире, настолько широко, насколько мог, чтобы наконец покончить с этим. Он взял перо и положил его так, чтобы один кончик остался на моей губе, а другой достал языка.