Заметаются зори в багровых своих жерновах,Расплескается синь над безлюдным ночным неуютом,Я ещё почиваю в раскинутых смятых словах,На былых простынях беззастенчиво голого утра.Я ласкаю мечты, с неуёмным желаньем любить,В сладкой дерзости млея и юность сгребая в крупицы,Среди россыпей строк одиноко скользящая нитьНа раскрытое сердце стежком незаметно ложится.И сшиваются раны: былое, обиды и грусть,Неказистые дни, нелюбовь, небывалая стужа…Тонко плавит рассвет неприкрытую временем грудь,В ней так тесно стихам, они рвутся, любовью, наружу.
«Дух бунтарский, юностью воспетый…»
Дух бродяжий! ты всё реже, реже
Расшевеливаешь пламень уст.
О моя утраченная свежесть,
Буйство глаз и половодье чувств.
Сергей Есенин, 1921 г.
Дух бунтарский, юностью воспетый,Струн обрывки, деку и лады,Унесло задиристое лето,Там, где росы пьют мои мечты,Где туманов вспененная жалостьЛижет белым пухом стропы ног,И надежда зябнущая вжалась,А с небес устало смотрит Бог.Ты помилуй, Господи, послушай,Дай мне сито – мысли отберу,И святой водой омою душу,Поднимаясь светом поутру.И молитвой голову покрою,Осенив крестом свой грешный путь.Струн обрывки? новые с собоюЯ возьму – сыграть когда – нибудь!
«Дышит осенью ветер морозный…»
Дышит осенью ветер морозный,ранний вечер неистово тих,И рождается в завязи слёзнойодинокий и плачущий стих.Его шепчут опавшие листья,забирая от плоти земли,В нeм небесные сизые высинеземные несут кораблиИ любовь, непременно святую,Без отравы, измены людской,И надежду, такую простую,что коснуться возможно рукой…
«Одни пишут стихи, чтобы их узнавали, ну и продать…»
Одни пишут стихи, чтобы их узнавали, ну и продать как-то потом себя подороже.Другие думают о бесславном финале, о словах, что подлодкой веной под самой кожей.Смена дней и фаз, частоты, короли – свита. Кто-то пробует виски, а иным самогон мeдом.Я в молебном платке, пожираемая софитом. Одалиска [1] ,придуманная своим народом.Я вращаю часы, изменяя поле, притяжение тел, их частиц и места на карте,До сих пор у судьбы в бесконечной школе,на своей борозде или полукамчатской парте.Слышу шум крыла под аккорды и рeв клаксонов, распиваю жизнь и любовь, и жива словами,На одной планете, среди ангелов и массонов. Я пишу стихи? Нет, это сердце говорит с вами.
1
Одалиска («комнатная девушка») – прислужница в османском гареме.
Вето
Источником вето поэта, –Не свет и отсутствие света,Не звон от разменной монеты,А вера, душа и любовь.И каждый рисует границы,Размахом, размером страницы,Талантом, и к Богу стучится,Ступая дорогами слов.Источником света поэтаНадежда и поиск ответаО жизни, о смысле –всe этоЛожится к подножью стихов.Читатель и зритель поэту –Мерило, авизо и вето,И в строках, сокрытая где-то,Простая святая любовь.
Слово – Бог!
Из слов – из бисера и нитей, на лист, нетронутый судьбой,В чертог ли – скромную обитель ложится текстИ за собойУводит спешно и некстати по раскалённой кромке дня,И отрешённо на закате рождает заново… меня.И наполняет – больше – выше, упрятав где-то между строк,Небесной сини сени ближе – животворящим – Слово – Бог!
«Я напрямик пойду туда…»
Я напрямик пойду туда,Где вера правдой колосится,Где родниковая водаИз душ сочится в наши лица,В глаза, сиянием небес,Их золотого ореола,Туда, где в небо смотрит лесИ созерцает Божье Слово…
Дом души
В обветшалой забытой сторожке,У распутья заросших тропин,Где лучи достают понемножку,До окошка(Окошко – в аршин)Закипает натруженный чайникИ полешки искрятся в печи,И, как будто забредший случайно,Тихий ангел, уставший в ночи…В уголке…, притулился,И дрёмойдом наполнил…Рассвет на порог.Постучался…А в мареве сонном,словно искра возникшая… Бог…Этот дом – наши сердце и вера,И надежда,И крест на пути,А рассвет,что за сумраком серым –Божий свет – до свободы дойти.
«Берёз белеющее чудо…»
Берёз белеющее чудо Передо мной встаёт, как рать,И лето с нами,И покуда Тепло не скрылось – благодать!Когда раскинутые ивы шумят листвою над водой,И укрывает пухом сливы, туман рачительно, седой.Тиха и девственна природа, Осенний воздух свеж и чист,И не пугает непогода, И обронённый жёлтый лист.И пусть сентябрь за плечами Морозным инеем стоит,Ты пьёшь свободу,А ночами, Листвы зелёный малахит…И нет ни осени, ни вьюги, Когда в душе ещё светло,А на распахнутые руки Ложится нежностью тепло…
Хлястики
Ещё не известны, потешные,мы делаем заново взмах,На нитях, простые и грешные,в обученных жизнью руках.Нас дёргают ровно за хлястики,под ноги подкинув гроши, –Богема с нашивками свастики,И хляби у сбитой межи…Канавы, болота, расщелины,Вороны, гадюки, мошка,А там, за мохнатыми елями,наверное, счастье, пока…Покуда оно не делимоена этот заманчивый грош…Какая-то я нетерпимая?Да просто пронзительный дождь.
«Разливается утро. Светлеет…»
Разливается утро. СветлеетНабирается силой рассвет.Еще сон не покинул аллеи,Где алеет в листах перецвет.Легкий ветер касается кожи,Гладит кроны и ветви ольхи Ялюблю это время, до дрожи,Когда в воздухе зреют стихи.
Поколение вейпов
«Пыль вековая под ноги, хедлайнер, блистер…»
Пыль вековая под ноги, хедлайнер, блистер,Чeрные стрелки, помада, чулки – глянец,Кто ты такая – чужая, моя систер?!Ангел и демон, затмение – протуберанец.Дикое племя, рождённое перестройкой,Выпитых улиц, несломленных в перестрелках,Можешь быть гладкой, но чаще бываешь колкой,Холишь бесстыдство в накаченных спермогрелках.Ты эпатируешь – и продаёшь строки,Ловишь глупцов, обнимающих взглядом тело,Вы поколение вейпов, и о высоком,В битве локтей, разве есть вам, скажи, дело?