Чтение онлайн

– Что это за птица? – спросила Лали, потерев носком туфель выложенное камнем существо с огненным оперением.

– Киноварь, птица юга, – отозвался Самсон, и Лали мгновенно вспомнила о красноволосой девушке, что сидела на корме корабля и указывала путь. Лали двинулась по кругу, изучая изображения на колонах и стенах.

– А это? – Она протянула руку к фреске с лазурной птицей.

– Дождь-птица, – сквозь зубы проговорил Самсон, будто желал поскорее закончить с ней беседу. Возможно он не самый лучший собеседник. Лали с любопытством глянула на принца, подмечая его мускулистые руки, надменность его взгляда.

– О, а это ведь журавли, – Лали залюбовалась фреской с чудесной парой птиц, белой и черной, что распахнули крылья, будто приветствовали друг друга. Наварное, духу Виктора здесь и впрямь будет спокойнее.

Лали задрала голову и увидела ослепительной красоты фреску, от которой у нее перехватило дыхание.

– Дракон и Феникс, – ровным тоном прокомментировал принц Самсон. – Небесные супруг и супруга. Император и его императрица.

Внутри у Лали зашевелилось что-то тревожное и в то же время знакомое.

Дракон обвивал хвостом огромную и горделивую птицу, от которой исходило сияние.

– Они потрясающие, – выдохнула Лали.

– Этот храм построили наши предки, говорят, еще до того, как Имгэ разделили на территории.

– Все это очень увлекательно, – раздался женский голос, – и из-за колонны вышла Ксиу. – Но неужели вы думаете, принц, что своим скудным рассказом сможете заморочить голову моей сестре?

Ксиу как всегда выглядела изумительно, она даже где-то раздобыла цветы и украсила ими прическу. Белая шея и грудь создавали чудесный контраст с ее алым платьем, которое еле держалось на плечах.

Лали заметила, как побагровел принц Самсон. Ксиу взяла ее за руку и потянула, но Лали осталась на месте. Она сама может решать, где ей быть и с кем разговаривать, не так ли?

– Ну хорошо… – протянула она, вновь обращаясь к Самсону. – А это что? – Она указала на три ниши, две из которых были заняты предметами в стеклянных ящиках, а третья пустовала.

Принц Самсон перевел взгляд на нее и – святые музы! – улыбнулся.

– Здесь хранятся Великие Сокровища нашего народа. Это Небесный Меч нашей богини, Царицы Солнца, – он указал на длинный клинок, вовсе не такой изогнутый как стига. Лезвие было завернуто в тонкую ткань, а рукоять украшали перламутровые пластины. – А вот здесь – Сияющая Яшма, священное ожерелье…

– А что должно быть здесь? – спросила Лали, подходя к пустующему алькову.

– Зеркало мудрецов, – ответил Самсон. – По крайней мере, так передается из поколения в поколение. Его украли в незапамятные времена, а когда оно вернется в Храм, нас ждут небывалые перемены.

Хорошие то будут перемены или нет, Лали предпочла не спрашивать и наконец позволила Ксиу увести себя под свирепый взгляд принца Самсона. Ей и впрямь требовался отдых.

*

– Лали, почему же ты до сих пор такая непослушная! – вспылила Ксиу, подергивая плечом, пока они шли к гостевому дому.

Для отдыха им выделили на вид простое и изящное временное пристанище, вокруг сновали люди в серых одеждах, по которым шли черные и белые разводы, как по воде, и всегда в разных комбинациях. Генерал и его приближённые носили исключительно алые, терракотовые, иногда коричневые одежды.

Но Лали только и могла, что переставлять ноги. Она так устала, что увидь она сейчас подушку, то тут же отключилась бы, хотя день только занимался.

Ей жутко не хватало времени немного остановиться и все обдумать, а не бежать сломя голову, натыкаясь на шипы или обжигаясь.

У домика перед ними была темно-вишневая черепичная крыша, выгнутая к небу, а из-под козырька хитро выглядывала драконья морда, которая тотчас же напомнила ей о стражах Ремесиса. И о Юви. И обо всем беспределе, что творился кругом.

Две приветливые женщины встретили их у порога дома и поклонились им. Лали хотела остановиться и спросить у них воды, в горле пересохло от духоты, но Ксиу потянула ее за собой, по деревянной веранде, которая змеей огибала дом.

– Сейти, это же Сейти, – прошептала ей вслед одна из женщин в пепельном наряде.

Лали обернулась, и женщина смиренно склонила голову.

Такая тоска вдруг одолела Лали, что она выдернула ладонь из руки Ксиу и побежала вперед, думая о своей маме, которая осталась в Ремесисе. Думая обо всех жителях, которые теперь живут под гнетом сумасшедшей Императрицы.

Ксиу нашла Лали в каменном садике, где тоненько бежал ручей с коричневато-рыжей водой, от которой в воздух поднимался пар.

Сестра положила руку ей на плечо, а потом и вовсе обняла со спины, положив подбородок ей на голову.

– Лали, я тоже очень тоскую по дому. Думаешь, мне нравится находиться среди этих неотесанных мужланов? Они понимают только грубую силу. Они… они даже хуже солидийцев, не думала, что скажу это.

Лали молчала, не в силах пошевелиться, и лишь сглатывая слезы. Неужели она никогда не перестанет раскисать при первой же сложности?

– Где Виктор? Куда вы его с Октавианом дели? – нежные нотки исчезли из голоса Ксиу, сменившись резкостью. Кейто велел ей никому не говорить о нынешней гробнице, но не потрудился ничего объяснить, а его внезапное исчезновение и вовсе заставило Лали волноваться больше, чем следовало. – Понятно, – выдохнула она. – От тебя я ничего не добьюсь. Вы с этим демоном сговорились. Только будь осторожна Лали, от таких, как он, ничего хорошего ждать не приходится. Он обведет тебя вокруг пальца, как дурочку, если так будет в его интересах. Но мне ты всегда можешь довериться, мы же сестры, что бы там ты ни думала, милая.

Лали наконец обернулась и взглянула на Ксиу. Как она могла быть такой уверенной в себе, такой… манящей. Откуда бралась ее сила?

– Все мы рано или поздно расстанемся, – с ноткой грусти сказала она. – И быть может, встретимся в Запределье.

Сердце Лали сжалось – ей совсем не хотелось умирать и попадать в Запределье.

– Мои сестры ждут меня, я знаю. Мэй, Рита, Мариэ… Я следующая.

Она посмотрела Лали в глаза, удерживая взгляд.

– Мариэ?

– От нее давно нет вестей. Она бы обязательно написала, будь она жива.

– Но почему ты так говоришь? Почему ты следующая? Ты даже моложе Дженни!

– Дженни и так нет среди живых, все эти десят лет. Это самый ужасный случай, милая, когда ты похоронил себя заживо.

За спиной Ксиу облако пара сгустилось, и оттуда появилось искаженное серое лицо. Следом выступил и сам человек в разорванной одежде, точнее то, что походило на человека.

– Ксиу… – пискнула Лали, позабыв обо всех своих тренировках. Конечно, ей уже довелось видать чудищ, но здесь, средь бела дня, этот дух казался неуместным.