Чтение онлайн

— Видите, как вы на них влияете? Они начинают верить в себя.

— Они и так талантливы, — возразила Элиана. — Просто иногда нужно, чтобы кто-то это заметил.

***

Позже, проверяя списки запасов, Элиана услышала шаги за спиной.

— Простите, что отвлекаю, — раздался голос Матильды. — Но я хотела обсудить меню на следующую неделю. У меня появилось несколько новых идей… если, конечно, вы найдёте время их выслушать.

Элиана отложила пергамент и повернулась к экономке:

— Конечно, Матильда. Я всегда рада вашим предложениям. Что вы задумали?

— Ну… — Матильда слегка покраснела. — Я подумала, что мы могли бы устраивать раз в неделю “простые ужины” — без церемоний, с блюдами местной кухни. Это поднимет дух слуг и покажет гостям нашу самобытность.

— Замечательно! — искренне обрадовалась Элиана. — Давайте подготовим такой ужин уже на следующей неделе. И пригласим всех — слуг, охрану, управляющих. Пусть это станет доброй традицией.

Матильда улыбнулась — по-настоящему, без привычной сдержанности:

— Вы делаете правильные вещи, Элиана. И заставляете нас верить, что мы тоже можем что-то менять.

***

Во второй половине дня Элиана отправилась в библиотеку, чтобы сверить списки книг.

Она любила это помещение — высокие шкафы, заполненные фолиантами, мягкий свет из витражных окон, запах старой бумаги и кожи.

— Вот ты где, — раздался голос Виктора от двери. Он вошёл, держа в руках небольшую шкатулку. — Хотел отдать это лично.

Он открыл шкатулку — внутри лежал изящный серебряный кулон с аквамарином.

— Это принадлежало моей матери, — пояснил Виктор. — Она тоже умела объединять людей, вдохновлять их. Думаю, ей было бы приятно, если бы этот кулон перешёл к тебе.

Элиана замерла, не решаясь взять подарок:

— Виктор… это слишком ценный дар. Я не могу…

— Можешь, — твёрдо сказал он. — И должна. Потому что ты заслужила его. Не как пленница, не как советница — как человек, который изменил этот замок к лучшему.

Элиана осторожно взяла кулон, чувствуя прохладу металла. Аквамарин мягко мерцал в свете витражных окон, словно крошечный кусочек неба. Она поднесла украшение ближе, разглядывая тонкую гравировку по краю оправы — едва заметные листья плюща, переплетённые в узор. В центре узора виднелась крошечная буква “М” — инициал матери Виктории.

— Он… прекрасен, — прошептала она. — И так похож на вас.

Виктория слегка склонила голову:

— Мать говорила, что этот камень помогает сохранять ясность ума в бурю. Надеюсь, он будет служить тебе так же.

Элиана застегнула цепочку на шее. Кулон лёг точно в ложбинку у основания шеи — будто был создан для неё. На мгновение она прикрыла его ладонью, ощущая не просто вес серебра и камня, а тяжесть доверия, которое ей оказали.

“Как странно, — подумала она. — Ещё год назад я была пленницей, а теперь ношу украшение матери лорда. Что бы она сказала, увидев нас вместе?”

За окном пролетела птица, и её тень на миг скользнула по столу, напомнив Элиане о свободе — такой близкой и в то же время такой далёкой. Аквамарин мягко мерцал в свете витражных окон, словно отражая что-то глубинное, давно забытое. Она подняла взгляд на Виктора — он стоял прямо, но в глазах читалось непривычное волнение.

“Он действительно верит в меня, — подумала Элиана, невольно сжимая кулон в ладони. — Не просто терпит рядом, не использует как советницу, а видит во мне равного человека. Этот кулон — не просто украшение, это знак доверия. Подарок матери… Она доверяет мне память о ней”.

Она вспомнила, как всего несколько недель назад чувствовала себя пленницей в этих стенах. Теперь же… теперь она часть чего-то большего. Не просто украшение замка, не просто советница — она действительно может что-то изменить. В груди разливалось непривычное тепло — не только от подарка, но и от осознания, что её усилия не прошли даром. Возможно, между ними действительно начинается что-то новое.

Что-то настоящее.

— Спасибо, — тихо произнесла Элиана. — Я буду беречь его. И… буду стараться быть достойной этого дара.

Виктория кивнула:

— Ты уже достойна. Просто позволь себе это принять.

Они помолчали, глядя друг на друга.

Впервые между ними не было барьера — только взаимное уважение и зарождающееся доверие. В этот момент дверь библиотеки распахнулась, и вошёл Гарольд, его лицо было серьёзным. На его плече виднелась свежая царапина, а плащ был покрыт дорожной пылью.

— Милорд, — обратился он к Виктору, — только что прибыл гонец из деревни у восточных холмов. Говорят, замечены подозрительные передвижения на границе. Возможно, готовятся набеги.

Виктор мгновенно изменился — его поза стала собранной, взгляд — острым. В груди что-то сжалось, холодный узел тревоги скрутился под рёбрами. Снова. Опять это происходит. Как тогда, десять лет назад, когда отец погиб из-за его, Виктора, ошибки.

Тогда он не заметил угрозы вовремя. И вот теперь история повторяется. Он сжал кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

“Нет. В этот раз я не оплошаю. Я не подведу их всех”.

Резко выдохнул, стараясь унять дрожь в пальцах, и провёл ладонью по лицу, словно стирая следы усталости.

— Сколько у нас времени? — коротко, почти отрывисто спросил он.

Голос прозвучал резче, чем хотелось бы.

— Точно не известно, — ответил Гарольд, бросив на Виктора внимательный взгляд. — Но лучше готовиться к худшему. Гонец видел следы конницы — не меньше двух десятков всадников. Они двигаются вдоль русла Сухой реки, скрываясь в лесах днём и продвигаясь ночью.

Виктория замерла, задумчиво постукивая пальцами по карте. В еe глазах мелькнуло что-то, похожее на мрачное узнавание.

— Филипп всегда любил эту тактику, — тихо произнесла она.

— Вы думаете, это его люди? — насторожился Гарольд.

— Не обязательно сам барон, — Виктория провела пальцем вдоль отмеченного маршрута. — Но кто-то из его окружения. Он давно ищет повод ослабить мои позиции.

— Но зачем сейчас? — удивилась Элиана. — Разве не рискованно начинать открытую вражду в разгар сезона бурь?

— В этом и расчёт, — мрачно усмехнулся Виктор. — Он знает, что мы ослаблены после зимы. Знает, что припасы на исходе. И выбирает момент, когда мы меньше всего готовы.