Чтение онлайн

— Да, господин, — Элиана почувствовала, как внутри разливается тепло от того, что лорд готов её защитить.

— Отлично, — Виктор встал. — Тогда идите и подготовьтесь. Отдохните немного перед ужином. И, Элиана…

Она обернулась у двери.

— Да, господин?

— Вы отлично справляетесь. Я в вас верю.

Элиана улыбнулась — искренне, впервые за день.

— Спасибо, господин. Я не подведу.

Выйдя из кабинета, она на мгновение прислонилась к стене, переводя дух. Слова лорда придали ей сил. Теперь она точно знала: она справится. По пути в свою комнату Элиана решила, что обязательно заглянет в оранжерею, как обещал Гарольд.

Мысль о розе с серебристыми краями согревала сердце. Возможно, это был маленький знак — что впереди её ждут не только испытания, но и радость. Она ускорила шаг, чувствуя, как решимость крепнет с каждым шагом. Впереди был вечер, подготовка к важному приёму, а где-то далеко — дом, друзья и брат, которые верили в неё. И этого было достаточно, чтобы идти дальше.

***

Вечером того же дня Виктор вышел в сад, чтобы проветриться после напряжённого дня. Воздух был наполнен ароматом цветущих кустов, а закатное солнце окрашивало стены замка в тёплые оттенки.

У клумбы с розами он заметил Гарольда — тот аккуратно подрезал побеги, периодически отступая на шаг, чтобы оценить результат.

Садовник поднял глаза и, увидев лорда, выпрямился и слегка поклонился:

— Добрый вечер, господин. Прекрасный закат, не правда ли?

Виктор подошёл ближе, невольно залюбовавшись алыми розами с серебристыми краями.

— Да, закат действительно хорош, — согласился он. — Это та самая роза, которую вы назвали в честь Элианы?

Гарольд улыбнулся.

— Она самая. Видели бы вы, как засияли её глаза, когда я рассказал ей о ней. Словно маленький лучик света пробился сквозь тучи.

Виктор молча кивнул, разглядывая цветок.

— Вы много времени проводите с Элианой, — заметил лорд после паузы. — Что вы о ней думаете?

Гарольд отложил секатор и вытер руки о фартук.

— Думаю, она — редкий цветок, господин. Нежная, но стойкая. Видно, как она растёт не только внешне, но и внутренне. И знаете что? — он посмотрел прямо на Виктора. — Я вижу, как меняетесь и вы.

Лорд слегка нахмурился.

— О чём вы?

— Раньше вы видели в ней лишь обузу, потом — перспективную воспитанницу, которую нужно обучить. А теперь… — Гарольд сделал паузу, подбирая слова. — Теперь вы начинаете видеть в ней человека. Не вещь, не актив, а личность со своими чувствами, мечтами, страхами.

Виктор промолчал, но взгляд его стал задумчивым.

— Это не слабость, господин, — продолжил садовник мягко. — Напротив, это делает вас сильнее. Когда мы признаём человечность других, мы становимся мудрее, дальновиднее. Элиана это чувствует. И отвечает вам преданностью, старанием, искренностью.

Лорд провёл рукой по лепесткам розы.

— Вы слишком много философствуете, Гарольд.

— Может быть, — не стал спорить садовник. — Но я старый человек, много повидал. И знаю: сердце, которое умеет видеть людей, правит куда лучше, чем то, что видит только выгоду. Вспомните, как она держалась на прошлом приёме — ни одной ошибки, ни одного лишнего движения. Но глаза… В них уже не страх, а уверенность. И это ваша заслуга.

Виктор вздохнул.

— Всё не так просто, Гарольд. У нас с Маркусом договор. Он напоминает мне о нём каждые две недели. И чем лучше становится Элиана, тем выше цена.

— Но вы же не собираетесь её продавать? — в голосе садовника прозвучала тревога.

— Нет, — твёрдо ответил Виктор. — Не собираюсь. Я найду способ разорвать этот договор. Долг я выплачу, пусть и ценой половины состояния. Но она не будет разменной монетой.

Гарольд удовлетворённо кивнул.

— Вот видите? Это и есть сила, о которой я говорил. Решимость защитить того, кто вам небезразличен.

Виктор бросил на него острый взгляд.

— Не перегибайте палку, друг мой.

— Простите, господин, — Гарольд слегка поклонился, но в глазах его светилась улыбка. — Просто я рад, что вы это понимаете. Элиана — добрый человек. И она заслуживает счастья.

Лорд помолчал, затем произнёс:

— Спасибо за откровенность, Гарольд. Ваши слова… заставили меня задуматься.

— Всегда к вашим услугам, господин, — садовник снова взялся за секатор. — А теперь позвольте вернуться к работе. Эти розы требуют внимания — как и наша юная леди.

Виктор ещё несколько минут постоял у клумбы, глядя, как Гарольд продолжает свой труд. Затем развернулся и направился обратно в замок. В душе что-то изменилось — словно тяжёлый камень, давивший на плечи, стал чуть легче.

Он вспомнил взгляд Элианы, когда говорил ей:

“Я в вас верю”.

В нём было столько света, столько благодарности… И впервые за долгое время Виктор почувствовал не долг или обязанность, а искреннее желание защитить, помочь, дать шанс на лучшую жизнь.

“Гарольд прав, — подумал лорд, поднимаясь по лестнице. — Видеть в людях людей — не слабость. Это и есть настоящая сила”.

В окнах замка уже зажигались огни, а в душе Виктора, вместе с вечерними сумерками, зарождалась новая решимость. Он найдёт способ освободить Элиану. И пусть это будет непросто — он справится. Ради неё. И, возможно, ради себя самого.

Глава 16

Вечер опустился на замок, окрасив башни в сумеречные тона. В малом кабинете, освещённом лишь пламенем камина и парой свечей, Виктор проводил очередной урок с Элианой. На столе лежали раскрытые книги по этикету и искусству ведения беседы — страницы пестрели пометками, сделанными рукой лорда. Элиана стояла у окна, повторяя наизусть правила поведения за столом высшей знати. Её голос звучал ровно, но в глазах читалась усталость — день выдался долгим: утренняя уборка залов, помощь Маргарет на кухне, школьные послеобеденные занятия с детьми слуг, а теперь эти бесконечные уроки.

— “…и если дама уронила столовый прибор, — тихо говорила она, — она не должна поднимать его сама. Следует незаметно дать знак слуге…”.

— Достаточно, — прервал её Виктор, откладывая перо. — Теперь покажите, как вы это исполните. Представьте, что вы уронили вилку.

Элиана кивнула, взяла со стола серебряную вилку и нарочито неловко выронила её.

Движения её были точными, выверенными — она давно усвоила все эти правила. Но что-то в её позе, в напряжённой линии плеч выдавало изнеможение. Она склонилась, чтобы поднять вилку, и в этот момент книга по этикету, лежавшая на краю стола, соскользнула на пол с глухим стуком.