Чтение онлайн

Священник закрыл книгу и медленно поднялся.

— Передай своему господину, что я занят молитвой и не могу прийти сейчас. Пусть пришлёт просьбу письменно — так, как велит обычай.

Слуга слегка покраснел, но не отступил.

— Барон сказал, что если вы откажетесь, он будет вынужден сообщить епископу о некоторых… странностях в вашем поведении. О том, что вы якобы принимаете пожертвования не по уставу и ведёте беседы с прихожанами, которые могут быть истолкованы как еретические.

Отец Бернард выпрямился во весь рост. Его лицо оставалось спокойным, но глаза сверкнули сталью.

— Значит, угрозы? — тихо спросил он. — Передай барону, что я приду к нему завтра утром, после утренней службы. И пусть он помнит: ложь, брошенная в лицо епископу, станет ложью, брошенной в лицо Богу.

Слуга побледнел, поклонился ещё ниже и поспешно вышел. Отец Бернард вернулся к молитвеннику, но читать не стал.

Он сложил руки и поднял глаза к иконе:

— Господи, укрепи меня в час испытаний. Дай мне мудрость и силу противостоять злу, не поддаваясь искушению ответить злом на зло.

В окно кельи проникали последние лучи заката, окрашивая стены в багряные тона.

Священник снова склонился над книгой, но теперь его губы беззвучно шептали не слова молитвы, а предупреждение:

— Барон, ты затеял опасную игру. И не ты один знаешь, как пользоваться оружием лжи.

***

Элиана жестикулировала, что-то объясняя, а затем повернулась, чтобы вернуться к садовой работе. В этот момент она заметила его. Улыбка на её лице не дрогнула, но в глазах мелькнуло что-то — тревога? Вина? Он не успел понять.

— Лорд Виктор, — она слегка поклонилась, её голос оставался ровным. — Доброе утро.

— Доброе, — коротко ответил он, стараясь, чтобы тон не выдал его сомнений. — Ты сегодня рано.

— Работа в саду успокаивает, — просто ответила она. — Хотите, я принесу вам отвар? Маргарет приготовила свежий, с мятой.

Виктор на мгновение заколебался. Её предложение звучало так же естественно, как и всегда.

— Нет, не нужно, — он качнул головой. — Лучше зайди ко мне через час. Есть пара поручений.

— Конечно, — кивнула Элиана. — Я буду у вас ровно в десять.

Она снова улыбнулась и вернулась к делам — теперь она поливала цветы, аккуратно направляя струю воды из лейки. Виктор смотрел ей вслед, пытаясь уловить хоть намёк на вину в её походке, но ничего не заметил.

“Может, я зря тревожусь? — подумал он. — Но если Филипп прав…”

— Элиана, — окликнул он, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Она обернулась, выпрямилась.

На лице — ни тени вины, только лёгкая улыбка:

— Да, лорд Виктор. Чем могу помочь?

Виктор замер на мгновение. Её тон был таким же, как всегда — уважительным, но без подобострастия. И всё же…

— Ты вчера долго была у ворот, — произнёс он, внимательно следя за её реакцией. — С кем говорила?

Элиана слегка удивилась, но ответила сразу:

— С Мартой, дочерью пекаря. Она принесла свежие булочки для кухни и спросила, не нужно ли что-то ещё из деревни.

Виктор кивнул, но взгляд не отвёл:

— И часто ты общаешься с деревенскими?

— По необходимости, — спокойно ответила она. — Я же помогаю Маргарет с запасами. Иногда нужно уточнить, что привезти.

Он помолчал, обдумывая её слова. В голосе Элианы не было ни паники, ни лжи. Но письмо барона всё ещё жгло карман камзола.

— Хорошо, — наконец сказал Виктор. — Продолжай работу.

Развернувшись, он зашагал прочь, но на этот раз не смог подавить тяжёлое чувство в груди. Сомнение, посеянное бароном, уже дало первые всходы. И Виктор не знал, как его вырвать. Он сжал кулаки. Нужно было что-то предпринять. Не обвинять без доказательств, но и не терять бдительность.

Виктор не знал, что делать — доверять или подозревать. И это незнание разъедало его изнутри.

— Тристан! — окликнул он проходившего мимо слугу. — Найди Гилберта, деревенского кузнеца. Пусть явится ко мне сегодня после полудня. И… — он понизил голос, — проследи, чтобы Элиана не узнала об этом.

Слуга поклонился:

— Будет исполнено, милорд.

Виктор кивнул и развернулся к лестнице. В груди нарастало неприятное чувство — смесь тревоги и разочарования. Он не хотел верить в предательство, но и игнорировать предупреждение барона не мог.

“Пока что — наблюдение, — решил он. — Если она действительно что-то замышляет, я это увижу. А если нет… что ж, тогда я извинюсь перед ней. Но сначала — правда”.

Он поднялся в кабинет, подошёл к окну и посмотрел в сторону сада, где Элиана уже снова склонилась над клумбой. Солнце освещало её волосы, превращая их в золотистую дымку. Виктор глубоко вдохнул, пытаясь унять волнение.

“Что же ты скрываешь, Элиана?” — мысленно спросил он.

Весь день он ловил себя на том, что невольно следит за Элианой. Когда она проходила мимо, он задерживал взгляд на её движениях, искал признаки вины в выражении лица. А вечером, проходя мимо её комнаты, замедлил шаг, прислушиваясь к звукам за дверью. А Элиана, ничего не подозревая, сидела у окна своей комнаты и вышивала узор на льняной салфетке. В душе её царило непривычное спокойствие — она сделала выбор и была готова нести за него ответственность. Но она и не догадывалась, что тёмные силы уже начали плести вокруг неё свои сети.

***

Ближе к вечеру Гилберт, деревенский кузнец, вошёл в замок по приглашению Виктора. Его провели в небольшую приёмную, где уже ждал лорд.

— Ты Гилберт? — сухо спросил Виктор, изучая молодого человека взглядом.

— Да, милорд, — кузнец выпрямился, глядя прямо в глаза собеседнику. — Вы хотели меня видеть?

— Да. Мне стало известно, что ты общаешься с одной из моих служанок — с Элианой.

Гилберт слегка напрягся, но не отвёл взгляда:

— Это правда, милорд. Мы знакомы с детства, росли в одной деревне.

— И часто вы видитесь? — Виктор скрестил руки на груди.

— Не так часто, как хотелось бы, — честно ответил Гилберт. — Но я беспокоюсь за неё. Жизнь в замке… она не для таких, как Элиана.

— То есть ты считаешь, что ей здесь плохо? — Виктор слегка наклонил голову.

— Я считаю, что она достойна большего, чем быть служанкой, — твёрдо сказал кузнец. — Она добрая, умная, светлая. Она заслуживает свободы и счастья.

Виктор помолчал, изучая лицо молодого человека. В его словах не было лести или хитрости — только искренняя забота.