Чтение онлайн

— Слабое место… — прошептала она. — Но что это может быть? У меня нет ничего, кроме…

Она осеклась.

В памяти всплыли слова Изабеллы:

“Она использует тебя, чтобы выбраться из грязи”.

— Она может ударить по моему происхождению, — закончила Элиана. — Распустить слухи о том, что я скрываю что-то, что мои родные замешаны в чём-то недобром… Может, даже подкупить кого-то из деревни, чтобы он дал ложные показания!

Маргарет кивнула, её лицо стало ещё серьёзнее:

— Именно так. И самое опасное — это будут не открытые обвинения, а намёки, перешёптывания, “случайно” обронeнные фразы. Так, чтобы Виктор сам начал сомневаться. Помнишь, как было с перстнем? Она действовала хитро, незаметно. Теперь будет ещё осторожнее.

— Но он же поверил мне сегодня!

— Поверил, — согласилась Маргарет. — Но даже самое крепкое доверие можно подточить каплей за каплей. Особенно если эти капли будут лить те, кого он знает много лет. Те, кто шепчут ему на ухо с детства…

Элиана сжала кулаки, ногти впились в ладони. Она попыталась унять дрожь в пальцах.

— Значит, она не остановится.

— Нет, — твёрдо сказала Маргарет. — И мы должны быть готовы. Завтра я поговорю с Гарольдом — пусть его люди присмотрят за теми, кто слишком часто бывает рядом с покоями Изабеллы. А ты… — она взяла Элиану за руки, и её пальцы оказались неожиданно тёплыми и твёрдыми, — будь осторожна в словах и поступках. Не давай ей ни единого повода. И помни: если она попытается задеть тебя публично — не отвечай гневом. Отвечай спокойствием. Это разозлит её сильнее всего.

В этот момент за окном раздался резкий крик ночной птицы. Обе женщины невольно вздрогнули.

— И ещё, — добавила Маргарет тише, наклоняясь ближе. — Завтра днём, когда будешь идти через галерею к библиотеке, будь особенно внимательна. Изабелла как раз должна возвращаться с прогулки. Она наверняка захочет поговорить с тобой лицом к лицу.

— Поговорить? Или унизить?

— И то, и другое, — вздохнула Маргарет. — Для неё это одно и то же. Помни: она ищет твою реакцию. Не дай ей её. Если начнёт давить — молчи. Если станет оскорблять — улыбайся. Пусть она видит, что её слова не задевают тебя. Это будет для неё хуже любой ссоры.

Элиана глубоко вздохнула, пытаясь унять волнение:

— Я постараюсь.

— Вот и умница, — Маргарет слегка сжала её руки. — А теперь иди спать. Завтра будет трудный день. И помни: ты не одна. Мы с Гарольдом рядом. И Виктор… он уже начал видеть правду.

Глава 23

Прошёл месяц. Замок постепенно привыкал к новому положению дел: Элиана всё чаще появлялась рядом с Виктором на приёмах, участвовала в обсуждениях хозяйственных вопросов и даже помогала ему разбирать письма от управляющих. Слухи утихли, а те, кто раньше смотрел на девушку с презрением, теперь старались быть с ней учтивее. Во время утреннего совета придворные вели себя иначе. Граф Орлейский, который накануне открыто выразил удивление решением Виктора, теперь подошёл к Элиане, когда та проверяла списки поставок.

— Леди Элиана, — произнёс он с едва заметным поклоном, — я хотел бы обсудить с вами вопрос о новых пастбищах для овец. Говорят, вы хорошо разбираетесь в нуждах северных деревень.

Элиана на мгновение замерла, удивлённая таким обращением, но быстро взяла себя в руки:

— Благодарю вас, граф. Да, я изучила отчёты и могу предложить несколько вариантов. Например, луга у реки — там сочная трава, и волки редко подходят близко.

Орлейский кивнул, внимательно слушая.

Когда она закончила, он сказал:

— Вы мыслите практично. Возможно, мне стоит чаще прислушиваться к вашему мнению. Кстати, — добавил он, понизив голос, словно делясь важной тайной, — слышал, в вашем замке есть школа для детей слуг? Мой племянник как раз ищет место учителя — он окончил семинарию в столице и мечтает применить знания на практике.

Элиана невольно улыбнулась. Открытая школа давно не давала ей покоя: она помнила, как трудно было учиться самой, как мало возможностей было у детей в её деревне.

— Это было бы замечательно, граф, — ответила она, стараясь говорить сдержанно, хотя внутри всё трепетало от воодушевления. — Грамотные слуги — это польза для всего замка. И для деревень тоже. Дети смогут лучше понимать распоряжения, вести подсчёты, а кто-то, возможно, станет помощником управляющего или лекаря.

— Хм, — Орлейский задумчиво потёр подбородок. — Как же вы всё уже продумали.

— Так и есть, — призналась Элиана. — Я уже давно составила примерный план, по которому работает сейчас школа: несколько часов занятий после обеда, когда у детей есть свободное время. Читать, писать, основы счёта… И планируем добавить немного истории замка — чтобы они знали, кому служат и почему это важно.

Граф Орлейский посмотрел на неё с новым интересом.

— Вы не перестаёте удивлять, леди Элиана. Возможно, я смогу помочь с этим делом. Поговорю с племянником — пусть приедет и представит свои идеи.

Рядом, у окна, графиня с рыжими кудрями шептала своей подруге:

— Видела? Орлейский сам подошёл к ней! Ещё неделю назад он бы даже не взглянул в её сторону.

— Мир меняется, — улыбнулась подруга. — И, кажется, не только для неё. Лорд Виктор теперь смотрит на вещи иначе.

— Да, — кивнула графиня, бросив взгляд на Элиану. — И это может оказаться куда серьёзнее, чем просто милость лорда. Школа… Она хочет изменить сам уклад замка.

Элиана не слышала их разговора. Она смотрела в окно, где во дворе играли дети слуг — кто-то гонял мяч, кто-то кормил голубей. В её голове уже складывались очередные уроки, представлялись ряды скамеек и доска на стене. Впервые за долгое время она почувствовала, что делает что-то по-настоящему важное — не только для себя, но и для других.

***

Позже, когда Элиана вышла во двор, чтобы проверить, как идут работы по укреплению забора у конюшен, к ней неожиданно подошёл пожилой барон Эдвин, один из старейших советников замка.

— Простите, что отвлекаю, леди Элиана, — начал он, слегка поклонившись. — Но я хотел сказать вам кое-что.

Она остановилась и внимательно посмотрела на него:

— Слушаю вас, барон.

Эдвин понизил голос:

— Будьте осторожны. Да, сейчас лорд Виктор на вашей стороне, и многие начинают это признавать. Но есть те, кто не примет перемен. Особенно те, кто привык, что власть принадлежит только им.

Элиана почувствовала, как внутри всё сжалось, но ответила спокойно:

— Спасибо за предупреждение, барон. Я понимаю, что не все будут рады изменениям. Но я не ищу власти ради власти. Я хочу, чтобы замок процветал.

Барон кивнул:

— Это похвально. Но помните: змеи не всегда шипят перед укусом. Следите за тем, кто улыбается вам слишком широко.

Он слегка коснулся её руки в жесте поддержки и отошёл, оставив Элиану стоять у стены конюшни. Она посмотрела вдаль, на холмы за замком, и глубоко вздохнула.

Слова барона звучали тревожно, но она не собиралась отступать.

“Правда и доверие сильнее любых интриг, — мысленно повторила она. — И если я буду честна, у них не будет шансов”.

***

Позднее, как и предсказывала Маргарет, Элиана столкнулась с Изабеллой в галерее, ведущей к библиотеке. Солнечный свет струился сквозь витражные окна, рисуя на полу разноцветные узоры — совсем как в то утро, когда начался весь этот кошмар. Но теперь Элиана смотрела на эти пятна иначе: они больше не казались ей волшебными, а напоминали ловушки, расставленные судьбой. Изабелла шла навстречу, высоко держа голову, в тёмно-зелёном платье, подчёркивающем её бледность. За ней следовали две придворные дамы, словно свита. Одна из них, та самая, что хихикала вчера за ужином, теперь выглядела смущённой и избегала взгляда Элианы.