Чтение онлайн

Сколько же любви было в глазах Макса! Сколько душевной муки! Напополам с надеждой…

– Не буду спрашивать, где ты была. Главное, ты сейчас рядом…со мной! Ведь со мной? – спросил он убежденно.

У меня перехватило горло. Преданность и любовь Макса грели меня долгие одинокие годы и сейчас, когда Тениэль вернулся, я не могла взять и разорвать всё, что нас связывало.

Что ответить? Что сказать лучшему другу? Или, вернее, как ему сказать? Как сказать, что мои чувства к нему - это любовь сестры к брату? Почему-то вспомнились слова Сент-Экзюпери: «Ты навсегда в ответе за всех, кого приручил».

Я была в ответе за Макса. С моего молчаливого согласия он решил, что между нами может быть нечто большее, чем было на самом деле. Мне было больно и стыдно за то, что дала ему надежду, взрастила её и сейчас должна была её убить.

– Макс… - я обняла и прижала его к себе, на глаза навернулись слезы. Он зарылся руками в мои волосы.

Я понимала, что должна, наконец, собраться с духом и сказать ему правду.

– Макс…

Вдруг со стороны прихожей послышался возглас:

– Мама!

Меня словно прошибло током. Заготовленные слова выветрились из головы. Макс, также как и я, на секунду замер, а затем, вскинув голову, уставился на что-то видимое только ему, мне же обзор закрывал журнальный стол.

– Ты? – напряженный голос друга подтвердил, что детский голосок не был слуховой галлюцинацией. Но почему столько ненависти в одном слове? Ответ пришел слишком быстро.

– Я смотрю, вы времени даром не теряете, – с насмешкой процедил до боли знакомый баритон. Почему-то захотелось стать малюсенькой букашкой и просочиться под диван, на котором я лежала, придавленная тяжелым телом Мака. Вжавшись в спинку, я боялась поднять голову и встретиться взглядом с Тениэлем.

– Мама! – опять раздался голос Дениски.

Значит, не послышалось!

Звук детского голоса придал смелости. Приподнявшись на локтях, я осторожно выглянула из-за столика и растерянно уставилась на Тениэля, который одной рукой бережно прижимал к себе Дениску, а другой - опирался о дверной косяк. Торс мужчины слегка отклонился назад, ноги были скрещены, отчего создавалось впечатление, будто Тэль давно стоял у двери и наблюдал за нами.

Этого не могло быть! Казалось, глаза обманывали меня. Я зажмурилась и тряхнула головой.

– Не поможет, – словно угадав мои мысли, холодно изрек мираж.

Открыв один глаз и убедившись, что те, кого мне действительно хотелось видеть, стоят в проёме, я открыла и второй.

Я чуть было не бросилась к сыну, но меня пригвоздил к месту взгляд Тениэля, полный холодного презрения. Замерев, я поедала глазами своего ребенка.

Заспанное личико сына взирало на меня с радостной улыбкой. Его голубая пижамка со слониками и босые ножки с поджатыми от холода пальчиками… все было таким милым и родным!

Обхватив ручками мужскую шею, сын доверчиво льнул к мощной, обтянутой белой футболкой груди Тениэля. Это было так трогательно! Как будто отец и сын никогда не разлучались.

Я давно перестала мечтать о том, что когда-нибудь увижу их вот так – по-семейному прижавшимися друг к другу. Дениска казался уменьшенной копией Тэля, но волосы у него были моими. А вот выражения лиц у отца и сына разительно отличались.

В то время как припухшие ото сна губки сына улыбались, а голубые глазенки светились от радости, поджатые губы Тениэля, превратившись в тонкую суровую линию, выдавали с трудом сдерживаемый гнев. Прищуренные глаза горели точно два уголька - того и гляди пожар устроит.

Тениэль отлепился от стены и выпрямился. Теперь не только его губы таили угрозу, всё его тело - каждая напряженная мышца – вопили о ярости.

Оставаться в том положении, в котором я лежала, не позволили чувство самосохранения и страх за Максима.

– Макс, да встань же ты!
– отталкивая навалившееся на меня тело, истерично крикнула я, обратившись затем к Тениэлю: - Это не то, что ты думаешь!

Кошмар! Ничего умнее в тот момент я не придумала. Классика.

Ужом выскользнув из объятий друга, вскочила с дивана, попутно больно ударившись коленкой об угол стола. Не обратив внимания на боль, я сделала несколько шагов по направлению к сыну и замерла. Сзади раздался шорох, подсказавший, что и Макс не стал разлеживаться.

– Почему же не то? – донеслось из-за спины.
– Как раз то, о чем ты подумал.

Я испугалась, что Тениэль сейчас исчезнет вместе с моим сыном навсегда или наоборот набросится на Макса. Ни один из этих вариантов меня не устраивал.

– Нет!
– замотала головой, не в силах вымолвить ни слова, сделала шаг в сторону застывшей пары. На мое плечо легла рука Макса, удерживая на месте. Но не только это останавливало меня. Колючий, полный презрения взгляд Тениэля не давал подойти ближе.

– Дай мне сына.

– По-моему, ты не особенно скучала, - вместо ответа, лениво сказал он.

– Максим мой друг! И все.

– Интересно, - выгнул бровь мужчина.
– Ваш поцелуй мало походил на дружеский.

Я покраснела, отчего-то почувствовав себя виноватой.

Дениска меж тем растерянно переводил взгляд с меня на Тениэля. Ему было непонятно, отчего взрослые, в столь радостный для него момент, так напряжены.

– Догадываюсь. Конечно, ты подумал… - начала, было, я.

– Софи, прекрати оправдываться, - вмешался Макс.

– Да заткнись ты! – сбрасывая руку со своего плеча, рассвирепела я.

– Может, мы с Денисом подождем в другом месте, пока вы выясняете отношения? – со злым ехидством поинтересовался Тэль.

– Нет, я…

– Можешь не продолжать. Его мысли как на ладони, - глаза Тениэля полыхнули яростью.

– Отдай мне сына, он замерз, – я попыталась переключить внимание мужчины, но тут вмешался Денис.

– Не павься, папа, он все вемя об этом думает, – подражая взрослым, заявил сын, и пояснил слегка обиженно: - А вот мама свои мысли читать не дает. Павда, мама?

Ребенок несколько снизил возникшее напряжение.

– Да, малыш, – механически ответила я.

– Я хочу к маме! – Денис начал вырываться из объятий, стремясь ко мне.

Тениэль с видимым сожалением и несколько неловко опустил ребенка. На ледяную плитку! Несмотря на то, что в двух шагах лежал пушистый ковер. Босые ножки сына на мгновение коснулись холодного пола, прежде чем я успела подхватить его на руки.

Как только ребенок оказался в моих объятьях, я забыла о мужчинах и их взаимных претензиях, полностью погрузившись в радость встречи.