Пленница некроманта
Шрифт:
— В полку очкариков прибыло! — радостно возвестил ворон, усевшись на спину Аргусу. Стрелу он по прежнему цепко держал в лапах.
— Теперь я вижу, что был не прав! Прости меня, отважная дева… — патетически произнес он, потирая ушибленное конем место. Ставлю панталоны, что там останется как минимум один синяк в форме подковы. — Я был неправ, что спутал тебя со слугой демонов!
— Ну, “конь зловещий” действительно некромантский, — призналась я. Парень тут же озабоченно нахмурился. — Но я к нему самому отношение имею весьма, эмммм, поверхностное. Простая прислуга в замке, вот послали с заданием — ракушки собрать для гостей из морских глубин… Видишь корзины на коне? Все ради этого…
— Так может, я смогу искупить свою вину перед тобой, если помогу тебе? — с энтузиазмом заявил подслеповатый воитель.
— Это можно, — согласилась я, поигрывая арбалетом. — Но опасную игрушку твою я тебе позже отдам, а то еще коня мне подстрелишь — я вовек проблем не оберусь!
— Конь мне не нужен, — отмахнулся парень. — Только некромант!
— Ну, встречу я вам потом легко организую, — лукаво пообещала я, протягивая ему руку и помогая подняться. Удалось со второй попытки. — Меня зовут Ари, просто Ари, а тебя?
— Эгедыкус… Эгедыкус Грин… — слегка запнувшись, ответил юноша. — Я думал, ты знаешь меня, я слышал, ты назвала меня “мастер Грин”…
— Спутала тебя с другим Грином, очень на тебя похожим… Но его зовут Сайрус. Знаешь такого?
— Конечно! Это же мой старший брат! Родной! — воскликнул парень. — Откуда вы знакомы?
— Он в замке живет… Друг того самого черного мага, которого ты так жаждешь убить…
На лице Эгедыкуса (да что ж у них у всех имена такие трудновыговариваемые! То Аргвылжах, то Кориаридий, то Эгедыкус…) проступило недоверие, которое сменилось ужасом.
— Некромант держит его в плену?! Я должен немедленно спасти его!..
— Нет, конечно, чем ты слушаешь? Я же сказала — друг. Живет он по доброй воле, и ведет себя так, будто в родном доме находится, — раздраженно ответила я, перекидывая арбалет из руки в руку. — И не думаю, что такой сильный маг, как Сайрус, нуждается в помощи… Слушай, можно я буду звать тебя Дыкус? Или Кус?
— Но как же… — растерянно протянул Эгедыкус. — Мне никто не сказал об этом!
— Никто — это кто?
— Мои мастера… Не важно, — вдруг занервничал парень, плюхаясь на песок и начиная сгребать ракушки к себе. — Я ничего больше не скажу!
— Не важно, так не важно, — покладисто согласилась я. В конце концов, что мне чужие тайны? Своих хватает. Интриг, накопившихся, за этот день на целый роман хватит… Подумать только, родные братья, почти близнецы. — Эй! Эти ломаные и мхом покрытые не надо, только белые и красивые…Куда ты все, в одну кучу. Протри очки, Дыкус! Тоже мне, помощничек…
Корзины мы вдвоем наполнили довольно быстро.
Глава 23
— Аргус, стой на месте, строптивый ты конь, а то все сейчас раскидаешь… — закинула я последнюю ракушку в корзину. Черный жеребец, которому надоело пассивно таскаться за нами по пляжу, явно нацелился на возвращение домой, в теплое стойло с полной свежего зерна кормушкой. Я полностью разделяла желание коня (только без стойла и зерна) — младший брат Грина и языкастный ворон все это время провели в жарких дискуссиях обо всем, что существует, и страшно мне надоели.
Сначала их перепалка забавляла, обе стороны приводили довольно разумные аргументы, пытались высказывать адекватные доводы и хорошие примеры. Но через некоторое время философская дискуссия о политике, прекрасных девах и смысле жизни свелась к тому, что две противоборствующие стороны скатились к банальным оскорблениям в духе “а ваши, а наши”. Особенно смешно было, когда выяснилось, что оба болеют за одну и ту же сторону, и ссора тут же переросла в бурное обсуждение того, как правильно варить некромантов в адских котлах. Тут даже у меня проснулся некоторый интерес, который, правда, вскоре угас — даже мне не переварить столько кровожадности.
— Ну, мне пора. Спасибо за помощь, Дыкус. Всего тебе хорошего, настроения, здоровья… — я подхватила коня под уздцы и быстрым шагом направилась в сторону замка.
— Стой, Ари! А как же мой арбалет? — окликнул меня парень, оставшийся позади, занятый разговором с Кором. Я досадливо цыкнула — оружие, не смотря на громоздкость, пришлось мне по душе. Я бы не отказалась иметь при себе такое средство защиты, мало ли что. Конечно, в Вермиеле была своя оружейная, но все, что могло причинить вред владельцу, крепилось к стеллажам особыми заклинаниями, так что когда я решила попробовать утащить какой-то маленький ножик, меня ждали неудача, разочарование и наказание от некроманта — в виде полировки и очистки от пыли всего этого богатства (а оружия было там на целую армию).
Я осторожно разрядила арбалет — пока слонялась по пляжу, успела разобраться в его устройстве, едва не прострелив колено младшему Грину — и бросила его юноше.
— Держи! Стрелу, как трофей, я оставлю себе… Пока-пока! — я развернулась, собираясь уйти, но не тут то было.
— Не так быстро, Ари… Ты обещала свести меня с некромантом, — не собирался сдаваться юноша. Вот же злопамятный…
Я обернулась, собираясь сказать какое-нибудь оправдание, чтобы избавиться от этого обещания, и увидела, что уже второй раз за день в меня целятся из заряженного арбалета. Аргус угрожающе фыркнул, порываясь вновь боднуть моего обидчика, но я удержала его. От стрелы, как я уже успела убедиться, можно и увернуться, а вот заново собирать ириадисовы ракушки не хочется…
— Вижу, вы пришли к пониманию, Кориаридий, — укоризненно сказала я ворону. — Вот предатель же! А говорил еще, что от Кракена защитишь…
— Не обманешь, не пррродашь! — каркнул тот, кто отдал вторую стрелу Эгедыкусу. — К тому же у меня общая с юношей цель, кар! Хочу избавиться от пррроклятия… А смерть мага, что наложил его, самый быстрый способ это сделать. Прости, крошка Арррри!
— Ладно, — скривилась я. — Идите за мной и не отставайте…
Опять у меня проблемы из-за Кэрриана Эрте. Ну что за человек, наплодил кучу ненавистников своим мерзким характером, а мне теперь отдувайся. Ну хоть на алтарь не кладут, и на том спасибо. Правда в заряженном арбалете, направленном мне в спину, тоже мало хорошего…
Обратный путь занял гораздо меньше времени. Причем, на мое удивление, лабиринт даже не вредничал — мои спутники (или конвоиры?) интересовали его куда больше. Строение чувствовало враждебность, идущую от визитеров, и строил всяческие пакости — то корни растений неожиданно вылезут из под земли, заставляя споткнуться и проехаться носом в грязи, то шипы из стены зацепятся за рукав одежды и порвут его. Кор даже умудрился запутаться в свалившемся откуда-то сверху гнезде. А Дыкус выглядел так, будто его последние полчаса избивали сильнейшие воины королевства. Не могу сказать, что испытывала что-то вроде сочувствия, но вид у обоих был презабавный…
Ни меня, ни Аргуса лабиринт не пытался даже задержать. Я начала догадываться, что он реагирует на чувства тех, кто в нем находится — мы с конем хотели попасть обратно домой, тогда как юноша с вороном горели ненавистью к замку. Это повезло им, что были со мной, так что лабиринт наверняка посчитал их моими не очень воспитанными спутниками. Представляю, что случается с теми, кому повезло меньше… Кстати, вот и наглядная иллюстрация этого — мы прошли особо темный и вонючий участок, весь устланный человеческими костями.