Чтение онлайн

— Скорее, нужно спешить! — забыв про всякую предосторожность, воскликнул он.

— Игорь покажет дорогу, — проговорил горбун, протягивая Александру кинжал, завёрнутый в кусок мягкой ткани. — Если молодой господин послушает старого конюха, мы доберёмся до запретного леса живыми. Слушайтесь меня, господин!

Александр поспешно кивнул головой, пряча за пазуху кинжал. Через пару мгновений они оба, молодой поручик и зловещий упырь, сидели на спине Вихря, нёсшего их через поле к лесной чаще.

Ветер усиливался. По небу мчались тёмные громады чёрных туч, подхваченные невидимым небесным водоворотом. Всё быстрее и быстрее нёс конь седоков через шквал ветра, посылавшего навстречу незваным гостям мириады сухих листьев, тяжёлые ветви и ворохи трав. От пыли, носившейся в воздухе, трудно было дышать. Конь, не чуя дороги, из последних сил продирался через острые прутья кустов и деревьев. И сколько длился этот полёт, не мог сказать никто, ибо вечностью казалась поручику эта мучительная дорога, точно спускался он в самый ад, откуда нет возврата.

Внезапно конь встал как вкопанный. Александр, спешившись, изо всех сил тянул поводья, но животное не двигалось с места. Удивлённый тем, что Вихрь отказывался идти дальше, он с мольбой посмотрел на Игоря, ожидая от него помощи. Но тот, казалось, не замечая ничего вокруг, вперил свои красные глазки в непроглядную тьму, словно слушая лишь одному ему ведомый голос.

— Хозяин зовёт Игоря, — наконец произнёс он, слезая с коня. — Дальше молодой господин должен идти сам. Только он способен победить хозяина, — при этих словах Игорь выразительно посмотрел на молодого поручика, чьё сердце бешено колотилось в груди. — Игорь уходит. Молодой господин может теперь либо победить, либо умереть. Всё начинается! Мёртвые уже восстали, они жаждут крови.

— О чём ты говоришь? — закричал Александр, чувствуя, что вот-вот нахлынувшее отчаянье лишит его сил. — Куда мне идти? Что мне делать? Отвечай!

Горбун, словно не слыша этих слов, продолжал:

— Кровавая луна уже всходит. Игорь долго ждал её!

При этом горбун начал махать руками, словно приветствуя что-то на небе. Но, наконец, он снова заговорил.

— Если молодой господин хочет спасти ту, что ему дорога, он должен убить самого герцога Копула. Отсюда он должен идти за красной луной, не сворачивая, и только тогда достигнет замка. Если достигнет, — загадочно добавил он. — Кинжал решит исход… Пора…

С этими словами он вдруг исчез, точнее его красные блестящие глаза растаяли в непроглядной тьме. Александр остался один. Ветер в небесах неистовствовал, гоня по небу чёрные валы в зияющую мраком пасть огромной воронки. Яркая вспышка озарила внезапно всё кругом: тысячи молний зажглись и погасли в небе в единый миг, сопровождаясь оглушительным взрывом грома. Конь забился в испуге, поднявшись на дыбы и огласив лес ржаньем. Небесная вспышка ослепила на минуту поручика, но едва он смог снова взглянуть вокруг, как лишь различил силуэт убегавшего жеребца. Теперь он был совершенно один среди мрака проклятого леса, а над ним на месте чёрной воронки загорелся тусклый алый огонёк. Это взошла кровавая луна.

Александр стоял, запрокинув голову, и как заворожённый смотрел на небесное чудо, свершившееся на его глазах. Ветер стих. Прямо над ним раскрылось чёрное око, в центре которого тускло светилась красная луна. Она висела низко. Казалось, сделай шаг, и её можно достать рукой. И этот неестественный алый свет стекал на землю густым вязким потоком, постепенно пропитывая каждую ветвь дерева и каждый лист на земле. Александр поднял руки и стал внимательно их рассматривать, точно впервые видел их. Тёмные уставшие ладони, на которые падал едва заметный отсвет, они теперь казались ему залитыми кровью. И их всё труднее было удержать, так много на них вдруг вылилось этой тяжёлой чужой крови. Он замотал головой, стараясь скинуть с себя мерзкое наваждение, затем зажмурился, и стоял так, пытаясь убедить самого себя, что это лишь просто обман зрения, но внезапный тихий треск заставил его резко распахнуть глаза. Все чувства мигом обострились. Он был больше не один в этом страшном месте. Под алым светом луны вся земля словно наполнилась неведомым шорохом. Шуршали листья, отгибались ветви, каждая травинка колыхалась, словно её корни шевелились под землёй.

И вдруг среди поляны, разбросав мокрую листву и почву вокруг, из-под земли вылезла рука. В оцепенение поручик смотрел, как вырастает из земли окостеневшая человеческая конечность, покрытая истлевшей материей. За ней появилась вторя рука, третья, чётвёртая… Вся поляна оказалась усеяна поднимающимися к небу руками мертвецов.

Ужас овладел Александром. Он бросился бежать, хоть и в нужную сторону, но разум его знал лишь страх. Со всех сторон в свете кровавой луны истлевшие останки покидали свой вечный приют. Уже нагие черепа виднелись над землёй. Ветви царапали лицо и руки молодого поручика, цеплялись за одежу и не давали сделать ни шагу. А мертвецы всё вырастали из земли. Вот уже они встали в полный рост. Удушливый запах гнилой плоти разносился по ночному лесу. Смрад разлагавшихся десятки лет тел мужчин и женщин отравил всё кругом. Влача закутанные в саваны и разнообразные почерневшие одеяния останки, мертвецы двигались навстречу луне. Отовсюду стекались восставшие покойники, сбиваясь в небольшие группы. Дьявольская сила вела их к высокому холму, сплошь покрытому густым лесом. В мрачном алом сиянии шевелились они, точно волны чернильного моря.

Александр из последних сил старался убежать от этих чудовищ, но, то и дело, натыкался на очередные останки, поднимавшиеся в густой траве или меж обнажённых безжизненных ветвей. За каждым деревом и кустом уже были воскресшие мертвецы. Он чувствовал, как их незрячие глаза следят за ним, как их руки тянутся к нему, и ведёт их свирепая жажда живой крови. Бежать, только бежать без оглядки — таким было единственное его спасение. Превозмогая душивший его ужас, поручик мчался к холму, над которым повис огненный глаз луны. Внезапно он оступился и, цепляясь за острые ветви, полетел вниз, в овраг, преградивший ему путь. Упав на сырое холодную дно, он уже ничего не чувствовал. Мокрая грязь облепила его тело вязкой массой. Всё вокруг казалось простым кошмарным сном, но лишь очнуться от него было нельзя. Сердце замерло в груди, точно остановилось. Ужас, всё росший и росший в душе, наконец, достиг предела. Больше никакое сознание не могло его выдержать, и как раздувшийся мыльный пузырь, он, наконец, просто разлетелся на куски. Этот животный ужас всё ещё владел мыслями, но чувство страха, побуждавшее спасать себя, исчезло, а на его место пришла какая-то спокойная механическая ясность, какую обретает хирург, сделавший тысячи операций и привыкший к виду крови и мукам тех, кого он лечит.

Приподнявшись на локте, Александр увидел, как в его сторону по дну оврага, где он лежал, движется тёмное пятно. Приглядевшись, он смог различить несколько фигур. Это были всё те же мертвецы, шагавшие на зов невидимого хозяина. Один из них был облачён в ржавый панцирь и полусгнившие меха, возможно, это был некогда знатный вельможа, раз погребли его в столь богатом наряде. За собой он тащил старинный ржавый меч, с которым не разлучила его даже смерть. За ним шли ещё несколько мертвецов, одетых в старинные одежды. Они направлялись прямо к Александру. Не видя его, но чувствуя запах жизни, они спешили насытиться ей, они вожделели вкусить её. Поручик лежал неподвижно, не сводя глаз с этой компании. Всё ближе и ближе подходили они, и уже отвратительный запах мертвечины окутал всё вокруг, но Александр не двигался, и лишь смотрел, как само воплощение смерти шагает к нему на истлевших ногах. И вот они здесь, прямо над ним!

Подошедший первым мертвец, закованный в панцирь, склонился к Александру и протянул свою костлявую руку. В тот же миг, поручик вскочил на ноги, оттолкнув проклятые останки и, вырвав из мёртвой руки меч, он быстро нанёс им сокрушительный удар по мертвецу. Кости с чавканьем упали в мягкую грязь. И сразу же старинный клинок обрушился на других оживших мертвецов. Сталь, хоть и заржавела, была прекрасной, и восставшие трупы разлетались от ударов, будто соломенные куклы. Через минуту поручик стоял среди груды безжизненных костей и праха. Но медлить было нельзя. Не раздумывая, Александр бросился к подножью холма и стал карабкаться вверх, поминутно соскальзывая, раздирая руки о колючий кустарник, но упорно борясь за каждый дюйм своего пути. Перед ним уже не было ничего, кроме цели.

Меж тем, холм, на который он с таким трудом взбирался, был руинами древнего замка, возвышавшегося сотни лет назад над всей долиной. Башни и стены его были полуразрушены и осыпались, и на них вырос дикий дремучий лес. Корни кустарников, деревьев и трав обвили каждый камень, проникнув в самое сердце вековой кладки. Стены, которые не смогли пробить тараны и пушки, рассыпались под натиском природы. Но всё ещё эта грозная гора, покрытая лесом, казалась неприступной твердыней, лишь буйная растительность скрывала от людских глаз древнее каменное чудовище. Но как бывает яблоко красиво снаружи, когда сердцевина его давно прогнила, так и этот мрачный гигант лишь выглядел непоколебимой твердыней. Глубокие подземелья его давно размыли грунтовые воды, заполнившие все залы и казематы. Пустой внутри стоял этот дом отчаянья и страха, и лишь пронизывающие ветры стонали, витая меж арок и колонн исполинских залов. Запустенье и унылая разруха виднелись всюду, словно всякая тварь бежала этих мест. Даже сам воздух был отравлен запахом плесени. Чёрная гниль навсегда одела стены в траур, и лишь самые страшные для человека существа могли обитать в этом месте, ставшим воплощением ужаса, отчаянья и смерти на земле. И, тем не менее, среди этого мрака билось одно живое сердце.