Чтение онлайн

Мария выругалась на английском, начала что-то сердито выговаривать Берте. За Берту немедленно вступился дядя Эвальд.

— Мария ругается, что тетушка рассказала про Эхусов, а дядя Эвальд ей сказал, что здесь ее миллионы и ее самомнение гроша не стоят, потому что в Изнанке играют роль совсем другие ценности, — шепнул Бернар. — А обманывать здесь совсем нельзя, можно промолчать или сказать хитро, но не лгать. Это одна из главных Традиций, потому здесь все живут в мире.

— Я не хотела обманывать, — сказала Анка. — Я говорю, как думаю…

— Ее высочество говорит, что табак превосходен. Она хотела бы сделать для нашей Первой принцессы нечто приятное, — почтительно поклонился Анке Бернар. — Ее высочество предлагает тебе в подарок уздечку, чтобы поймать Кабилл-Ушти…

— Уздечку? — Младшая почти примирилась с очередной бредовой идеей; по крайней мере безумие охватило всех одновременно. — Передайте Ее высочеству, что я в восхищении. Уздечка — это как раз то, о чем я мечтала…

— Нужно серебро, много серебра! — ответила тетя Берта. — Просто так здесь ничего не дарят, необходим встречный подарок. Камилла предупредила, что серебро и золото здесь принимают повсеместно. У меня еще остались два колечка и, кроме того… — Тетушка улыбнулась Бернару. — Твоя мама разрешила взять кое-что из ее безделушек.

— У меня тоже найдется серебро, — наездница потянулась расстегнуть ворот, но снимать цепочку ей не пришлось.

Слуги вынесли изнутри дерева круглый туесок с плотно притертой крышкой и поставили его на обочине. На Пыльную тропу никто из них так и не наступил.

— Открой, — кивнула хранительница. — Покажи, как ты счастлива…

Младшая показала счастье. Стоило приоткрыть туесок, как изнутри раздалось постукивание, бряцание, и по ладоням разлился слабый голубоватый отсвет. Там действительно находилась сложенная уздечка, но более странного кожаного приспособления Анка в своей жизни не встречала. Уздечка вздрагивала, как живая, а широченный трензель тоненько звенел.

— Ее высочество советует намотать уздечку на пояс, под одеждой…

Вторая принцесса величаво махнула пухлой ладошкой, и набежавшие слуги утащили ее в королевские покои, вместе с креслом. Некоторое время в тишине Анка слышала лишь дыхание Бернара и стук капель по листьям. Лесной народец испарился, не оставив малейших следов; только невесомое благоухание табака висело над тропой, и слегка царапалась изнутри туеска о кору дикая уздечка.

Саня первый поднялся, помог встать старикам, вытряхнул воду из сандалий. Потом все обступили Анку с ее загадочной добычей.

— Не нравится мне это, — нахмурилась Мария. — Совсем не нравится. Не люблю я, когда не понимаю… Эвальд, может быть, девочке лучше выкинуть эту дрянь?

— Боюсь, что уже поздно. Ладно, пойдемте за лодкой, пока не стемнело.

— Но вы хотя бы в курсе, где та лошадь, которую предстоит взнуздать?

— Молите вашего бога, чтобы не пришлось с ней встретиться, — очень серьезно сказал глава септа. — По нашим сведениям, наверху Кабилл-Ушти вымерли тысячу лет назад. Молите всех богов, чтобы Вторая принцесса пошутила, и они действительно вымерли. Иначе нас не спасет никакая уздечка…

— Никакой стрельбы! — стояла на своем тетя Берта. — Любого зверя мы отгоним песней! Как вы не понимаете, что запах огнестрельного оружия для местных жителей — все равно что отработанный плутоний у вас под кроватью…

— Прикажете вырезать деревянные мечи? — с издевкой осведомилась наездница. — Тогда поручите это детям, я уж как-нибудь обойдусь!

— А нам что делать? — спросил Бернар.

— Вы заготовите дрова, разожжете костер… Я надеюсь, молодой человек, не так давно прошедший Ритуал Имени, не забыл песню оленя? — Дядя Эвальд изобразил явное сомнение.

— Не забыл!

— Вот и прекрасно. Подманишь, усыпишь, зарежешь и освежуешь. Приготовление оставим тете Берте, у нее это получится лучше.

— Хорошо, дядюшка.

— Бернар, я в эту халупу спать не пойду, — взмолилась Младшая. — Лучше вернемся в лес и построим шалаш…

— Мне тоже здесь не нравится, — парень поводил ноздрями, как лис, почуявший охотников. — Но это всего лишь нервы, ты переутомилась! Поверь мне, здесь нет зверей-каннибалов. А если бы водились, я бы их к тебе не подпустил.

— А эти? Которые в деревьях?

— Они — мирный народ. Мы возьмем у них всего лишь одного слабого олененка, и то поделимся…

…Это нервы. Я переутомилась. Просто нервы. А Бернар со мной ведет себя совсем как мама…

Анка собирала сухие сучья для костра и следила глазами за взрослыми, пробиравшимися вдоль берегового обрыва. Спины тети Берты и Сани уже превратились в крошечные цветные пятнышки. Мария соорудила для дяди Эвальда постель в одном из домиков; оказалось, что старик может лежать только на животе. Он никого не подпустил к своим ранам, попросил накидать сверху него одежды, лег и затих…

Анка едва не подпрыгнула, когда из кустов, пошатываясь, выбрался Бернар с тушей красного олененка на плечах.

— Как ты его поймал?

— Очень просто. Он сам ко мне пришел. Я всего лишь остановил ему сердце… А ты умеешь свежевать дичь?

Бернар улыбался и шутил, очень довольный своей сноровкой. Анка двигалась механически, помогала Марии налаживать вертел, срезать шкуру, а сама думала про способы охоты.

…Интересно, милый, а мне бы ты сумел остановить сердце?..

— Во дают, как мы такого слона скушаем! — издалека, из лодки, засмеялся Саня. — Вы прямо как настоящие индейцы!

Он помахивал веслами, а тетя Берта сидела на руле, баюкая на коленях корзину, полную ягод. Оба успели насквозь промокнуть. От попадания бесчисленных дробин дождя река покрылась миллионами морщинок, хлесткий ветер налетал порывами, в семи метрах видимость полностью исчезала. Лодку им предоставили здоровенную, на три пары уключин, с мачтой и скатанным парусом. Сане повезло, что пристань находилась выше по течению, теперь течение само их несло, оставалось лишь не промахнуться и грамотно причалить…

— В грозу нечего и думать! — перекрикивая вой стихии, ответила Мария. — Как переговоры?

— Обошлись без стрельбы, — улыбнулся Саня, бросая веревку. — Велено привязать на том берегу… Милейшие люди, рекомендовали нам ни в коем случае не ночевать на берегу…

Анка вздрогнула.

Из домика, прихрамывая, выбрался дядя Эвальд, перебросился парой фраз с Бертой. Бернар перевел для Анки:

— Там рыбачьи дома… Кровники из другого септа Клури Каун. Они обычно селятся одиночками… Ага, до сих пор имеют родственников наверху, но те так и не смогли адаптироваться к обычным, скрываются в старых постройках, играют в призраков… К себе Клури не позвали, в лесу ночевать принцесса не приглашала, до восхода желтой луны лучше в реку не соваться… А на берегу можно отдохнуть, но не стоит спать, потому что шалят всякие…