Чтение онлайн

Когда она уходит, Кам выглядит растерянным.

— Разгадке чего? Что она имела в виду? Это какой-то странный код?

Я понимаю, что она говорила о моих словах… о том, что мы еще не определились с отношениями. Но не хочу говорить ему об этом. Поэтому, вместо этого, просто похлопываю Кэма по спине.

— Это курс, который я буду посещать. Она сказала, что, надеюсь, я разберусь, потому что, как известно, это непросто.

— А, понял, — он кивает, не отпуская меня, и я чувствую, как рука скользит вниз по спине. — Пойдем попрощаемся со всеми и отправимся в гостиницу, — шепчет он на ухо, и дыхание обжигает кожу. — У нас ранний выезд, нужно выспаться. Так что вечером немного повеселимся.

— Немного? — усмехаюсь я, поднимая бровь.

— О, да.

В этих словах я слышу обещание, и мысли возвращаются к его маме, к словам о его хрупкости. Я смотрю на Кама, на широкие плечи, на уверенный взгляд, и не могу поверить, что за сильной внешностью скрывается такая нежность.

И я понимаю, что разгадка, о которой говорила миссис Харди, не в курсе, который я буду посещать, а в нас самих, в том, что происходит.

Глава 17

Эддисон

Айла посапывает, пока я доделываю домашнее задание. Каждые несколько минут я отвлекаюсь, бросая взгляд на ее безупречное личико. Наконец, закончив, закрываю ноутбук, поднимаю дочку и укладываю ее в другую сторону кровати, закутав одеялом.

Я включаю монитор и направляюсь на кухню, где, как знаю, находится мама. Жужжание чайника выдало ее с головой.

— Привет, — говорю я, потягивая руки над головой. — Господи, я бы, клянусь, могла уснуть вместе с ней. Если бы не было занятий вечером, так бы и поступила.

— И то правда, — пожимает она плечами, наливая кипяток в кружку, прежде чем приготовить такую же мне и пододвинуть ее через столешницу. — Кажется, мы почти не говорили с тех пор, как вернулись домой несколько дней назад. Как ты провела время? Сделала что-нибудь интересное?

Как раз когда она задает этот последний вопрос, я делаю глоток. Чай брызжет изо рта и носа, и я закашливаюсь.

— П-прости, — я хватаю бумажное полотенце и вытираю стол. — Ого, я просто удивилась.

— Возможно, — произносит она совершенно безразлично. — А может, что-то скрываешь и не хочешь, чтобы тебя спрашивали о том, чем занималась, пока мы были в отъезде.

Мое сердце замирает. Знаю, я должна рассказать, что на самом деле произошло, но боюсь. Я обещала Кэму, что расскажу семье. Он не хочет ходить вокруг да около; считает, что так отец возненавидит его еще сильнее, чем если мы будем честными. Он, наверное, прав, но это не делает признание хоть сколько-нибудь легким.

Кэм хотел присутствовать, когда я скажу. Но я знаю отца, и ему потребуется минута… или миллион минут. Будет лучше, если я скажу сама. Если мы с Кэмом сделаем это вместе, он почувствует себя атакованным. Поэтому мой план — рассказать ему и маме… сегодня.

— Поговори со мной, детка, — произносит она, ставя чашку и хватая влажную тряпку. — Ты можешь рассказать все. Абсолютно.

Я смотрю на светло-коричневую воду в чашке, до смерти напуганная мыслью выпалить эти слова, но зная, что должна это сделать.

Как только она начинает протирать столешницу, я открываю рот, чтобы сказать ей правду.

— Я ездила во Флориду с Кэмом Харди. Мы жили вместе.

Она роняет тряпку.

— Он мне нравится, мама. Очень, очень, очень нравится.

Она в молчит.

Я же, наоборот, не могу перестать тараторить:

— Но и боюсь. У него такая невероятная харизма, от которой тащится весь кампус. Они его обожают. Не говоря уже о том, как он привлекателен. К нему всегда будут идти девушки, и рано или поздно найдет кого-нибудь лучше, а я…

Мама поднимает руку, заставляя меня замолчать.

— Пожалуйста, не говори, что ты уже сейчас пытаешься все испортить, Эддисон. Потому что, детка, по всем стандартам ты — желанная партия. Ты красивая, умная, веселая, независимая… упрямая как черт, — добавляет она последнюю часть себе под нос. — Я не скажу, что не удивлена, что ты ничего не сказала, прежде чем отправиться во Флориду, но так или иначе рада, что сделала выбор в свою пользу, — она моет руки. — Не позволяй мыслям о том, что может произойти, настолько поглотить тебя, чтобы упустила то, что приносит радость.

Я вздыхаю:

— Я знаю. Знаю! Я сама себе злейший враг, — мои глаза широко распахиваются. — А еще есть папа. Я не хочу, чтобы из-за этого он разрушил карьеру Кэма. Но, мама, ты же знаешь, какой он. Безжалостен, когда дело касается семьи. Особенно после произошедшего с Ником.

Она тянется через столешницу и кладет свою ладонь на мою.

— Во-первых, он никогда бы не разрушил хоккейное будущее Кэма только из-за этого, — она выглядит взволнованной. — Хотя признаю, твой отец не собирается сделать жизнь Кэма легкой. Но сначала, детка, ты должна поговорить с отцом. Он любит тебя; ему было бы невыносимо, если бы ты держала этот секрет втайне. Независимо от того, как он изначально отреагирует, ты всегда можешь все рассказать. Так что, как только он вернется из магазина, поговори.

— Поговорить о чем? — произносит отец, заходя на кухню и чмокая маму в щеку. — Что происходит, Эдди?

В глазах у меня плещется немой вопрос, обращенный к матери: «Когда, черт побери, он успел войти?»

В животе все переворачивается, подступает тошнота. Меня охватывает ужас при мысли, что он может запретить встречаться с Кэмом. И если честно, даже если отец запретит, я не смогу расстаться с ним. Мне больно даже думать об этом.

— Я оставлю вас вдвоем на минутку, — нервно произносит мама, взглядом переходя на меня.

— Пожалуйста, останься, — умоляю я. Она всегда была хорошей посредницей. Мама умеет урезонить отца лучше всех. — Будет здорово, если ты тут будешь.

Медленно кивнув, она садится на табурет и приглашает отца сесть рядом. Делаю последний глубокий вдох и смотрю в глаза отцу, готовясь к худшему.

— Я… эээ… я как бы встречаюсь с Кэмом Харди. Ну, или, по крайней мере, очень хотелось бы, — я замолкаю, сглатывая возможную рвоту. — Я знаю, ты разозлишься, но, папа, он хороший человек…

— Чушь собачья, — говорит он, краснея от злости. — Со-ба-чья чушь.

— Баррен, — шипит мама. — Не нужно сквернословить.

— Мне плевать, Дженни. Знаешь, в чем нет необходимости? — он пристально смотрит на меня. — В ее отношениях с Кэмом Харди. Вот, черт возьми, в чем. Совершенно.

— Ты его даже не знаешь, папа! — мой голос срывается на крик. — Помимо той драки, ты ничего о нем не знаешь! — я бросаю ему вызов, слегка наклоняясь к стойке. — Докажи, что я не права.