Чтение онлайн

— Я так соскучился, — он сам делает шаг навстречу и протягивает букет. Опускаю голову, и аромат окутывает меня.

— Спасибо, красивые цветы, — проговариваю.

— Карлин, ты все еще злишься на меня?

Снова опускаю взгляд на цветы и закусываю губу. Может ну ее эту дурость, что я задумала? Все равно Ян меня как облупленную знает, все равно поймет, что я не способна на такой поступок, хоть мне лбом расшибись. Тем более с Исаевым точно покончено. Мне его методы, прямо скажем, не кажутся сильно привлекательными. И рядом с ним, я не чувствую прежней уверенности в себе. Не нравится мне это. И то, какие мысли по его поводу стали роится в голове, тоже жирный минус.

— Ты скажи, что мне сделать, я сделаю… Малыш, хватить дуться, ты ведь знаешь, ты у меня одна, мне никто больше не нужен — он касается моего предплечья ладонью и нежно ведет вверх-вниз, — то по молодости, гормоны взыграли, и ты держалась, к себе не подпускала…

— Ты специально меня не слышишь? — медленно говорю, — мне нужно время, нужно подумать.

— О чем думать? У нас свадьба на носу, — Ян убирает руку и проводит ей по лицу, словно пытается смыть усталость, — не, ну сколько можно? Ты ведь знаешь, что в итоге мы вместе — это неизбежно! Перестань мучить себя и меня, это нам совершенно не нужно! Уже столько лет прошло!

— Как ты не понимаешь! — швыряю в него букет, и он падает к нашим ногам, — Ты спал с другой!

— Сто лет назад!

— То есть, если я давно спала с другим, во время наших отношений это ничего?

— Не утрируй, тем более ты девушка, да и такого просто быть не могло…

— Ах, я — девушка? Что за сексизм? Мужчине значит можно?

— Это было один раз, ради Бога!

— Хоть пол раза! И сто лет назад! Это было!

Мы некоторое время смотрим друг другу в глаза.

— Каролин, — Ян вновь протягивает ко мне руку, но я убираю плечо, чтоб он не мог коснуться.

— Нет, — говорю, — не трогай меня. Только что там наверху, я искренне считала что безумно соскучилась… а сейчас… Сейчас мне надо подумать, есть смысл идти дальше. Вместе.

— Что? — Ян мгновенно бледнеет, — ты о чем?

— О нас, о будущем… Не знаю, — слегка пожимаю плечами.

— Это из-за парня?

— Из-за какого еще парня? — не понимаю.

— Тебя видели вчера верхом на мотоцикле. Кто это был? Из-за него ты отменила нашу встречу? У вас что-нибудь было?

Захар. Он про него говорит? Ему передали? Господи, как не рассмеяться? Он что ревнует? Я и Захар? Это просто смешно! Однако стоит мне на мгновенье представить, его крепкие мышцы, прижимающие меня к стене, и становится жарко. Но это… это нелепо!

— Ты забыл, у меня неделя, когда я тебе ничего не должна докладывать, — поджимаю губы.

— А как твои родители относятся к тому, что ты разъезжаешь на мотоцикле с неизвестным?

— Мне больше интересно, как они отнесутся к твоим похождениям. Может, узнаем?

— Карлин, я … Я искренне сожалею, — выдыхает Ян, — ты права. Во всем. Это тяжело признать. Это ужасный поступок, и я… если бы я мог вернуть время вспять, то никогда бы его не повторил. Но, пожалуйста, подумай, может не стоит из-за одной моей ошибки портить наши судьбы. Я люблю тебя…Малыш, я люблю тебя. И это было раз. Давно. Ты одна у меня. Слышишь?

Я могу лишь кивнуть. Он кажется таким искренним. Вот по этому Яну я скучала. Его мне хочется обнять и поцеловать.

— Ты нужна мне. Только ты одна, — на этот раз позволяю его рукам лечь на мои плечи, — дай мне шанс. У нас все с тобой будет хорошо, мы любим друг друга, и я просто не могу никого представить рядом с собой. Ты моя единственная настоящая половинка. Дай мне шанс, доказать, что тебе незачем будет беспокоиться. Больше такого не будет, его больше не было. Ты мне веришь?

— Я верю, — выдыхаю, и он заключает меня в свои объятья, нежно целует в шею.

— Я так скучал по тебе, любимая, — шепчет Ян, прежде чем меня поцеловать. И я скучала. И пытаюсь отдаться полностью во власть поцелуя. Но что-то в районе сердце, даже объяснить не могу, словно там просто какой-то дискомфорт. Словно что-то внутри имеет свои возражения. Странно все это. Хотя возможно, просто мы никогда с Яном не разлучались так надолго и мне нужно вновь привыкнуть к его рукам?

— Я с Яном помирилась, — рассказываю бабушке, переставляя ее лекарства на тумбочке. Захожу к ней намного позже, перед сном.

— Разве прошло две неделе твоей сумасшедшей жизни?

— Эта жизнь не для меня, ба, ты же знаешь, — выдыхаю, — это было скорее эксперимент, который потерпел крушение.

— Этот мальчик тебя обидел?

— Исаев? Что ты, нет. Он… — на мгновенье перед глазами улыбчивое лицо парня, — мы перестали общаться. Это уже лишнее. Мы не друзья.

— Ты всегда так делаешь, — выдыхает бабушка с сожалением, — все твое воспитание, будь оно не ладно. Тебе уже двадцать три года, а ты никак не научишься жизни. В мое время, тебя бы старой девой считали, но на мой взгляд ты совсем слепой младенец.

— Ба, ну какой я младенец? У меня высшее образование, работа, жених и я скоро выйду замуж.

— Неправильно брать от людей, что нужно и выбрасывать их из жизни, Вишенька. Но, к сожалению, этому методу мать тебя обучила хорошо.

— Я тебя не понимаю. У нас был уговор, и оба получили, что хотели.

— Но тебе ведь парень понравился, — глаза бабушки слегка прищуриваются, когда она смотрит на меня. — Почему бы с ним не дружить?

— Бабушка, — закатываю глаза, — нашла мне еще друга.

— Хорошо, объясни мне такой глупой и старой, где твои друзья?

— В наше время не бывает друзей, — отзываюсь, — это вы все дружили без корысти. А так, знакомых у меня полно, зайди на мою страничку.

— Ох, хо, хо, бедное мое глупое дитя, — ласково протягивает бабушка, — дружба не зависит от времени. Она и в твое время есть, просто научись в людях видеть, хорошее. Оно ведь в каждом есть, кто душу дьяволу не продал…

— Ба, ну все, это уже ты пошла куда-то не туда.

— Ты лучше послушай меня старую, и впитывай. Я не вечная. И боюсь, как меня не станет, прогладят тебя расчет и холод твоей матери…

— Ну что ты такое говоришь, мама всегда заботиться обо мне.

— У твоей мамы неправильные представления о мире, Бог знает, откуда она их понабралась, — бабушка закрывает на мгновенье глаза, — Вишенька, я просто хочу, чтоб ты была счастлива, а счастлив только тот, кто живет свою жизнь, а не навязанную.

— Но я…

Бабушка снова закрывает глаза и отворачивает от меня лицо. Затем ее взгляд фокусируется на мне.

— Здравствуйте, — говорит она мне, — а где я?

— Бабушка? — пытаюсь поймать взгляд родных глаз, но он рассеян. Ее брови хмурятся.