Чтение онлайн

– Может, приляжешь, - предложил он.

– А ты?

– Я посплю на полу, - отшутился он.

Аскеназа выглядел тоже уставшим, под глазами были темные круги, уголки синеватых губ опустились. Я поняла, что он не скажет, что ему плохо.

– Может, как-то уляжемся?
– с сомнением проговорила я, глядя на узкую кровать.

– Я не хочу спать, - небрежно ответил Аскеназа.

– Неправда, давай спать по очереди.

– Ты первая, - ответил он.

– Нет, ты! У тебя рана.

– Хорошо, - вдруг согласился Аскеназа. Он встал и снял пальто. Я увидела, что движения давались ему с трудом. Кажется, ему совсем нездоровилось.

Я почувствовала себя жутко виноватой. Кровь проступила через рубашку. Аскеназа с трудом рванул манжеты на черной рубашке и закатал рукава до локтя. Потом расстегнул ворот, сорвав пару пуговиц и, пошарившись в карманах брюк, извлек оттуда пустую пачку обезболивающего. Кажется, у него жар опять, подумала я. Ведь было холодно, а он разделся.

– Я полежу полчаса и разбуди меня, - сказал он слабеющим голосом. Его лоб покрылся испариной. Я кивнула. Конечно, я не собиралась его будить.

Аскеназа лег и мгновенно заснул. Я подкинула оставшихся дровишек и, устало зевнув, посмотрела на мирно спящего товарища. Он выглядел успокоено. Длинные черные ресницы чуть подрагивали. Я вдруг заметила, что у него были смешные уши. Они были длинные и их кончики торчали в стороны. Мой взгляд скользнул по его бледной шее. Эта черная рубашка. Я покачала головой со смехом. И подумала о том клейме. Единственное, что пришло мне в голову это история с Миледи и Анжеликой с клеймом в виде лилии.

Буква «А», она могла означать что-то, например его имя: Асмодей Аскеназа. Его инициалы АА. Но зачем делать клеймо? Я посмотрела на его руку. И заметила, что на обнаженной до локтя руке было четыре глубоких пореза. Они были совсем свежими. И не были похожи на царапины, как у меня на руках от деревьев. Откуда они? Что же скрывает Аскеназа?

Я глубоко задумалась, прошел час или больше, и я не могла бороться со сном. Глаза слипались, сознание уплывало. Я просто легла рядом с Аскеназой, стараясь его не задеть, хотя на узкой кровати это сделать было трудно. Тем более, что он разметал руки во сне. Через минуту я заснула.

Сон Маргариты.

Я сидела в своей комнате. Это было в моем доме. Вдруг часы пробили три. Я услышала эти три удара. И они как набат отразились в моей голове и в сердце. Я услышала тонкий протяжный свист. Тьма собралась на стенах в странные силуэты. Они заклубились, заметались, словно в предчувствии грозящей опасности. Ветви дерева, что росли за окном, забарабанили по стеклу. Все сильнее и сильнее, громче и громче. Пока пронзительный женский крик не оборвал этот стук.

Я хотела вскочить, но неведомая сила прижала меня к кровати. Раздался замогильный голос. Но слов, что говорил он, нельзя было понять. Я отчаянно сопротивлялась той силе, что держала меня. И она отступила, Словно ураган она вылетела в окно, стекла треснули и разлетелись по всей комнате. Я вскочила и побежала в соседнюю комнату, откуда слышался крик и ужасный голос. Я рывком открыла дверь и увидела мертвое тело своей матери, оно лежало в луже крови на полу. Больше никого не было, и только черная огромная тень на стене, вдруг став объемной, медленно обернулась. Черные полы ее одеяния разметались по полу, из-под рукавов ко мне потянулись длинные пальцы, унизанные острыми, как у зверя, узкими когтями. Я окаменела. На меня смотрело вместо лица белая маска, на ней застыло ужасное, злобное выражение. Это был лик мести. Я закричала так громко, что стекла лопнули и вылетели, превращая мой крик и крик страшного существа в тонкий ультразвук. Я зажала уши и, сильно вздрогнув всем телом, проснулась.

Я почувствовала, что уже не сплю, но сон еще не отпускал меня. Тело еще раз содрогнулось. И по щекам текли слезы.

Аскеназа, лежавший рядом уже проснулся, он встревожено навис надо мной.

– Маргарита, - тихо позвал он.

Я посмотрела на него округлившимся от страха глазами.

– Что случилось?- спросил он.

– Он убил мою маму, - прошептала я.

– Кто?

– Это чудовище...

– Что за чудовище? О чем ты?

– Этот ужасный сон преследует меня.

Я села. Аскеназа сел рядом. Было прохладно, и он накинул на меня свое пальто.

– Расскажи о своем сне.
– попросил он.

– Мне часто снятся ужасные сны, - начала я, он кивнул, - но один из них хуже всех, потому что это не сон, а правда. В прошлом году моих родителей убили.

Аскеназа сглотнул нервно.

– Это случилось ночью. Моих родителей звали Эни и Роберт Бенжами. Еще до моего рождения они приехали из Америки в Россию. В детстве я не понимала, что они что-то скрывают. Я подружилась с мальчиком по имени Славик. Мы вместе учились в школе. Нас объединяло общее увлечение мистикой. Но вот, мы подросли, и пришло время куда-то ехать учиться. Родители настояли, чтоб я уехала в другой город. Я выбрала Новочеркасск, потому что Славик там учился. И поступила в ту же академию, что и он. Я сдал все экзамены. И уже была готова ехать, как однажды летней ночью это произошло. Кто-то ворвался в дом и убил моих родителей. Причем труп мамы был в доме, а папы нет. Он просто пропал. Его кровь была в доме, но он словно растворился. Нет никаких следов.

– И кто убийца?
– спросил Аскеназа.

– Полиция не установила. Не было следов взлома, нет, вообще, ничего. Кроме того, что на теле мамы были страшные раны, как от когтей зверя.

Аскеназа резко поднял голову.

– И еще, - сказала я дрожащим голосом, - я ведь там была и все видела, но мне никто не верит.

Я разрыдалась. Аскеназа обнял меня.

– Что ты видела?

– Поначалу я слышала в своей комнате страшные звуки, потом окна затряслись, и что-то не отпускало меня, не давало пойти туда. А потом, когда я вырвалась и зашла в комнату, то увидела нечто ужасное. Это была черная тень с длинными когтями и белой маской вместо лица. А лицо это было таким страшным...

– Нет...Нет...Нет!
– вскричал Аскеназа отстраняясь.

Я посмотрела на него. Его лицо выражало ужас. Он смотрел на меня в немом отчаянии.

– Этого не может быть...
– повторил он.

– Все так сказали, они говорят, что это привиделось мне от шока. Но это чистая правда.

– Я знаю.

– Ты знаешь, что это?
– спросила я в волнении.

– Нет, нет, - Аскеназа вскочил, - это просто сны.
– Он сильно сжал виски. Потом закрыл глаза рукой и подскочил ко мне.

– Эти сны, они тоже мучают меня. Я знаю, каково это. Никому не говори.

– Ты знаешь, что это была за маска?

– Нет! Нет! Не знаю. Пожалуйста, не мучай этим меня, - с болью проговорил он.
– Я знаю, что это ужасно. Но слышишь, это только сон. И у меня, и у тебя.

Аскеназа еще раз нервно прошелся по комнате, а потом посмотрел на меня долго, и его глаза казались почти красными от огня, сжигающего их изнутри.

– Не бойся, Маргарита. Они никогда не тронут тебя. И меня. Мы в безопасности. Это только страшный сон. И ты должна забыть о нем.

Я не знала, что ответить.

– Ты веришь мне?
– спросил он, наклоняясь надо мной.

Я промолчала. Я не могла сказать ни да, ни нет.

Он отстранился с восклицанием от меня.

– Верь мне. И тогда ты будешь свободна и защищена.

– У тебя есть семья?
– спросила я.

Аскеназа резко остановился.

– Нет.

– А была?

– Давай ляжем спать, - сменил тему он.
– я чувствую страшный упадок сил, а ты, вообще, выглядишь как призрак.

Он подошел и лег на кровать. Я посидела чуть-чуть и прилегла рядом. Мне было страшно и холодно. Аскеназа вдруг обнял меня и притянул к себе.

– Не бойся, - прошептал он. Мне стало так легко и приятно в его объятиях. Я чувствовала, что он дышит мне в макушку . Я просто прижалась к его груди. Его сердце сильно и уверенно билось рядом. Я заснула. И до рассвета плохие сны не посещали меня.

Утром я проснулась первой. Аскеназа нежно сжимал меня в своих объятиях по-прежнему. Теперь, в свете дня, я уже не ощущала страха. Я чувствовала себя почему-то счастливой. Я была рада, что мы так мирно спали. И он защищал мой сон. Я освободилась из плена его рук. И побежала на улицу. Надо было еще привести себя в порядок.