Чтение онлайн

– Выходит все это время среди нас был королевский шпион, - командир разведчиков, с которым я познакомился в лесу несколько дней назад сокрушенно покачал головой, - значит в ставке уже знают о Тибоне и считают всех нас предателями и клятвопреступниками.

– Не думаю, - сказал Гамон, - тогда бы за нами уже пришли.

Ругон согласно кивнул и подлил себе вина из глиняного кувшина.

– Я немного знал Булина, - сказал он, - это был замкнутый и суровый воин. Его многие не любили и побаивались, но никто никогда не сомневался в его честности. Мне кажется, что Булин не выдержал возложенного на него тяжкого бремени, поэтому и решил уничтожить представителя священного рода. Думаю, что, совершая этот неблаговидный поступок он хотел одного - уберечь всех нас и тебя Гамон в первую очередь от возможного преследования. Булин несчастный запутавшийся человек, но не предатель. Не думаю, чтобы он донес на нас королю.

Гамон согласно кивнул, видимо он думал так же.

– К счастью Марон не погиб. Он тяжело ранен, но будем надеяться, что молодость возьмет свое и он поправится, - продолжал Ругон, - нам остается только поблагодарить богов за то, что в последний момент они отвели клинок Булина.

– Но, что мы скажем в лагере?
– спросил раненый дворянин, - как объясним все эти странные события?

– Скажем, что в бою рассудок Булина помутился и Тибону пришлось защищать себя и друга, - ответил Гамон, - думаю, что подобному объяснению никто не удивиться. Такое случалось и раньше. Вспомните, как в прошлом году Целон из Келена напал на оруженосца короля.

Спорить с Гамоном никто не стал. Дворяне с радостью согласились с предложением судьи и довольно скоро разошлись по своим делам.

Когда совет закончился, и мы вернулись к нашей стоянке я спросил Ругона, - Как ты думаешь почему Булин промахнулся? Ведь он был великим воином и тем не менее не смог с одного удара убить Марона, а меня только ранил. Ты тоже думаешь, что это боги спасли нас?

Ругон тяжело опустился на одеяло. Воинская сноровка и крепкие латы сберегли старика в бою, он храбро сражался и хорошо держался на совете, но сейчас последние силы покинули его.

– Все мы великие воины, - проворчал он, - и хорошо владеем мечом. Но одно дело сразиться с десятком врагов и совсем другое ударить в спину кинжалом беззащитного мальчишку. Вы остались живы только потому, что в последний момент рука Булина дрогнула.

– Но почему?
– не понял я.

– Потому что он был хорошим человеком.

– Что ты говоришь, - возмутился я, - неужели хороший человек пошел бы на такое?!

– Ради высшей цели настоящий воин может пойти на все, что угодно, - отвели Ругон, - Булин промахнулся потому что до последнего момента сомневался в своем решении. Мы уже никогда не узнаем, что на самом деле его остановило - боги или проснувшаяся совесть.

Не скрою слова старика сбили меня с толку. Получалось, что у каждого дворянина свое представление о совести и чести. И как прикажете в этом разобраться?

– Кстати - это и тебе наука, - сказал Ругон, - если решился на поступок отбрось сомнения.

Старик улегся на заботливо приготовленную оруженосцем постель, накрылся плащом и повернулся ко мне спиной.

– А если бы на месте Булина был ты, - спросил я, - ты смог бы убить нас?

– Конечно, - ответил, не раздумывая Ругон.

– Но как же так...
– начал было я, но воин не стал меня слушать.

– Замолчи уже ради всех богов, - взмолился он, - и дай старику поспать.

Утром я не смог встать с постели. Плечо сильно распухло и болело. Лечебная мазь, которой мне вчера в лазарете смазали рану не помогала. Меня терзала лихорадка, я много пил и отказывался от еды. Голова горела огнем, а ноги и руки были ледяные. Несмотря на то, что оруженосец Ругона развел большой костер я все равно дрожал от холода. Я то впадал в странное забытье, то приходил в себя. Иногда в бреду ко мне являлся Химон, иногда Холин. Они что-то говорили мне, куда-то звали, но я не соглашался и тогда мороки рассеивались словно болотный туман. Днем ко мне заглянул ученик лекаря. Мальчишка промыл рану каким-то жгучим настоем, потом смазал мазью и наложил повязку.

– Плохо ему, - сказал оруженосец Ругона, - горит весь. Может быть есть еще какое-нибудь средство?

Мальчишка нахмурился, достал из сумки пузырек и протянул мне.

– Сделай только один маленький глоток, - сказал он, - больше не пей - умрешь.

Я отхлебнул немного и поморщился. Отвар был горький, а на вкус отдавал полынью и еще чем-то непонятным.

– Что за гадость?!

– И ничего не гадость, - обиделся мальчишка, - хорошее снадобье. Теперь спать будешь.

– А рана то у него, как?
– забеспокоился оруженосец.

– Нормально, - ответил будущий лекарь, напустив на себя важный вид, - такие ранения за один день не заживают. Если будет сильно мучиться напои его теплым вином.

После странного отвара, предложенного лекарем я проспал до самого утра.

На третий день мне стало лучше. По крайней мере я сумел подняться с постели и дойти до деревни, чтобы проведать Марона. Молодого воина перенесли в один из домов, где за ним ухаживала молодая вдова. Племянник Тагона уже пришел в себя, но был еще очень слаб. Увидев меня, он ужасно обрадовался.

– Мне все рассказали, - сказал он, - спасибо тебе.

– Не за что, - ответил я и присел на краешек кровати.

В доме было сильно натоплено, пахло сажей и свежим хлебом.

Марон был очень бледен. Он лежал на животе в одной рубахе, сквозь которую просвечивала тугая повязка.

– Больно тебе?

– Нет. Теперь уже меньше, - соврал мальчишка.

Страшно было представить какие муки испытывал молодой воин. Чтобы заглушить боль я за последние дни выпил столько вина, что хватило бы на целый отряд, а рана у меня была не такая серьезная.

– Что происходит в лагере, - спросил Марон, - а то я тут лежу никого не вижу, ничего не знаю?

Это было не совсем так. Я знал, что Ругон и остальные приходили к нему, приносили гостинцы и справлялись о здоровье, но видимо мальчишка все равно отчаянно скучал. Конечно хорошо, что его перенесли в деревенскую избу, здесь было тепло и сухо, зато в лагере кипела настоящая жизнь.

– Почти все ушли освобождать Паус, - принялся рассказывать я, - а мы с Ругоном остались. Он говорит, что я не выдержу долгого перехода. К тому же мы не можем оставить тебя без присмотра. Гамон сначала сердился на старика, но потом согласился, что так будет лучше. Ты им всем очень дорог. Они беспокоятся о тебе.

Мальчишка всхлипнул от слабости и жалости к себе. Я сделал вид, что ничего не заметил и принялся разглядывать деревенский дом. Комната была чистая и светлая. Похоже вдова спала здесь же, за холщовой занавеской я заметил вторую кровать. Доспехи и оружие юноши положили в изголовье, чтобы при желании Марон мог до них дотянуться. Кто-то уже успел отчистить их от крови и грязи.

– Проклятый Булин латы тебе испортил, - сказал я, - когда поправишься придется отдавать в починку.

– Давно пора, - едва заметная улыбка скользнула по губам Марона, - они теперь все дырявые, как решето.