По лезвию греха
Шрифт:
– Она тоже любит старину?
– Да, но в таком качестве, в каком ты употребила это слово.
Тётушка загадочно блеснула льдистыми глазами, в которых тотчас вспыхнули злорадные огоньки. Они, как бесенята, прошлись по её рыжим волосам, придавая им благородный блеск.
– Скорее, Оливия подбирает здесь себе любовников. Её муженёк умер пару лет назад. И, я надеюсь, её выбор не пал на Образцова. Нам только схватки с этой драной кошкой не хватает.
– Ясно.
– О, Эдуард Олегович. Кажется, он кого-то высматривает. Очень надеюсь, что тебя, моя дорогая. В любом случае, улыбайся.
Звонкий голос тётушки перешёл на шепот, и она быстро поправила непослушную прядку волос, выбившуюся из высокой, лихо закрученной причёски. Внутри меня всё тут же покрылось льдом и инеем при мысли о том, что то, за чем мы явились на этот аукцион, уже совсем близко.
Рядом.
И я чувствую обжигающее дыхание своей скорой расплаты.
– Оксана Валерьевна, вы ли это?
Хрипловатый баритон обдул меня терпким дыханием коньяка, пощекотав шею. По телу моментально побежали колючие разряды, заставляя бежать кровь по венам в два раза быстрее.
Ноги моментально стали ватными, отказываясь повиноваться, и я судорожно сделала рваный вдох.
Обернулась на голос, постаравшись не упасть на огромных шпильках.
– Эдуард Олегович! Как приятно вас снова видеть! Вы – в отличной форме, такой шикарный мужчина! Поздравляю с приобретением, полотно просто чудесно!
– Вы правы. Давно хотел купить Рубенса для своей коллекции. Но сегодня чуть не лишился своей мечты из-за вашей спутницы…
Жар моментально прилип к затылку, проносясь по телу обжигающей волной, и я постаралась улыбнуться как можно непринуждённее. Болотного цвета глаза Образцова вперились в мою хрупкую фигурку, буквально терзая её на части одним лишь властным похотливым взглядом.
Сцепила руки в кулаки, отступив на шаг от мужчины, и он плотоядно ухмыльнулся, кажется, оставшись довольным произведённым впечатлением.
– О, это – Лада, моя племянница.
– Странно, я не знал о наличии у вас такой прекрасной родственницы.
Обжигающий взгляд мужчины буквально тараном упёрся в мою грудь и соски под тонким алым платьем неожиданно напряглись, готовясь пойти в атаку.
– Лада долгое время жила в Италии. А сейчас они с отцом были вынуждены переехать назад, на Родину.
– А что так? Жизнь в Италии показалась вам скучной?
Эдуард Олегович моментально перешёл на итальянский язык, поворачиваясь ко мне лицом. В его глазах промелькнуло какое-то ехидство, приправленное подозрениями, и я поняла, что это – своеобразная проверка.
Кажется, он ни на секунду не поверил моей тётушке в том, что касается моего проживания в чужой стране. Ну что ж, сейчас мы это исправим.
– Да, у папы разыгралась тяжёлая болезнь, и нам пришлось спешно окинуть эту прекрасную страну.
Быстро ответила по-итальянски, опустив глаза в пол.
Заметила, как маска удивления моментально появилась на лице Образцова. В глазах промелькнуло что-то, похожее на интерес, а мочки ушей слегка порозовели.
– А вы разбираетесь в Итальянской живописи?
– Да, Эпоха Возрождения – мой любимый конёк. Я много интересовалась именно этим направлением и даже посещала курсы в Милане, касаемо тех прекрасных мастеров.
Невинно захлопала глазками, пытаясь растянуть губы в фальшивой улыбке. Посмотрела прямо в глаза Образцову, пытаясь хоть как-то прогнуть его взглядом. Зацепить за живое. Тронуть.
Совсем как несколько минут назад, отказавшись бороться за картину.
– О, там мои старые приятели. Я ненадолго вас оставлю.
Тётушка пребольно вцепилась в моё плечо своими ярко – накрашенными, загнутыми как у ворона, когтями и я невольно ойкнула от этого прикосновения.
Она быстро прислонилась к моей щеке своей надушенной лапкой, и быстро убежала, оставив после себя лишь шлейф одуряющее липких духов.
Вздрогнула, переводя взгляд на мужчину. Он слегка покачал головой, провожая мою спутницу каким-то брезгливым взглядом, и тотчас расплылся в спокойной, какой – то благодушной улыбке:
– Ну что ж, Лада, предлагаю вам выпить за знакомство!
Глава 9
*****Лада*****
Три месяца назад.
– Благодарю.
Постаралась не дрожать всем телом рядом с этим импозантным и некогда красивым мужчиной. Да, без сомнения, когда-то Образцова, наверняка, можно было назвать симпатичным. Высокий, не менее метра восьмидесяти, нормального телосложения, с благородной сединой в волосах и едкими как кислота, глазами.
Портили вид только внушительных размеров живот, на котором натянулись перламутровые пуговицы белоснежной рубашки и внушительная сетка морщин, наложившаяся на персиковую кожу лица.
Хотя… Господи, да он меня на сорок лет старше!
Он мог бы быть моим дедушкой, а не потенциальным мужем и любовником.
Наверняка ранее он сводил с ума многих женщин, польстившихся на его красоту, мощь и богатство. И их-то, наверняка, не смущали ни его брюхо, стянутое дорогим ремнём из натуральной кожи, ни глубокие морщины, ни проблемы в интимном плане.
Но передо мной он предстал глубоким, шестидесятипятилетним стариком в дорогом тёмно-синем костюме от Армани. И, если бы не болезнь отца, я бы никогда не смогла посмотреть на этого мужчину другим, заинтересованным взглядом влюблённой женщины.
Да, Господи, это просто мерзко. Ужасно. Неправильно.
– Что вы предпочитаете?
Его взгляд, острый как тысяча кинжалов, продолжал беззастенчиво елозить по моему телу. Нервы зазвенели, словно натянутые струны и я постаралась спокойно улыбнуться. Держать спину прямо.
Всё так, как учила тётушка.
Дёрнула шеей, оглядевшись по сторонам. Не думала, что придётся покорять того старого развратника вот так, в огромном, наполненном людьми, зале. Да ещё и без помощи тёти.
Но, надеюсь, он не накинется на меня прямо здесь, как опьянённый скорой победой, чёрный паук.
– Шампанское.
– Чудесный выбор. Здесь, как мне удалось узнать, подают итальянское, известной марки «Феррари». Слышали о таком?
Благосклонно кивнула головой.
Наверняка, Образцов снова хочет проверить меня и, по незнанию я должна была всплеснуть рукам и пропищать что-то такое, например: