Чтение онлайн

Успеху воздушных боев во многом способствовало и прибытие новой авиационной техники. На монгольских аэродромах появились новые истребители И-16. По внешнему виду они почти не отличались от своих предшественников. Однако их вооружение было гораздо мощнее: если на "старых" стояло два пулемета, то эти имели еще по две 20-мм пушки ШКАС.

Особое внимание советских летчиков привлекали новейшие истребители бипланы И-153 "Чайка". Новые самолеты превосходили японские как по скорости, так и по маневренности.

Командиром первой эскадрильи "Чаек" был назначен майор С.И.Грицевец. В первом бою он решил применить военную хитрость. Взлетев, "Чайки" не стали убирать шасси. В таком виде они напоминали устаревшие истребители И-15, с которыми японцы охотно вступали в бой.

Приблизившись к японцам, Грицевец чуть покачал крыльями своей машины, и "Чайки", подобрав шасси, стремительно рванулись на растерявшегося врага. Одна за другой стали падать машины с красными кругами "восходящего солнца" на крыльях. Остальные стали поспешно выходить из боя...

В июльских воздушных боях победа всегда оставалась за советской авиацией. Так, 23 июля японцы попытались атаковать советские бомбардировщики СБ. Прикрывающие их истребители вступили в бой. Было сбито восемь японских самолетов и два наших. На следующий день в трех больших воздушных боях было сбито 25 истребителей, два бомбардировщика и один разведчик противника. Советская авиация потеряла семь машин, из них четыре из состава 56-го истребительного полка, прибывшего только 21 июля и ведшего свой первый бой.

25 июля советские летчики сбили 19 японцев и потеряли четыре свои машины. В последний день июля сбили четыре И-97, не понеся потерь.

В июле начала активно действовать и советская бомбардировочная авиация, в мае - июне ее полеты были запрещены. Впервые скоростные бомбардировщики СБ нанесли удар по противнику 3 июля. В этот день 108 СБ из состава 150-го и 38-го бомбардировочных полков бомбили тылы противника в районе озера Янху, озера Удзур-Нур, высоты Намон-Хан-Бурд-Обо. Во время боевых действий 4 июля огнем зенитной артиллерии и истребителями противника было сбито семь бомбардировщиков. Такие относительно большие потери объяснялись отсутствием противозенитного маневра и плохим взаимодействием с истребителями прикрытия.

Эта ошибка была учтена, и уже на следующий день потерь от огня зенитной артиллерии не было совсем. В воздушном бою японцам удалось сбить два бомбардировщика. Однако огнем своих пулеметов советские штурманы и стрелки уничтожили пять И-97.

В дальнейшем советские бомбардировщики большими группами совершали налеты на вражеские тылы, железнодорожные станции, скопления войск, огневые позиции артиллерии. Полеты совершались на высоте 7000 - 7500 метров, и потерь от огня зенитной артиллерии и истребителей не было. Только 24 июля из-за нечетких действий истребителей прикрытия японцы сбили пять советских бомбардировщиков, потеряв при этом 11 своих истребителей.

В ночь на 8 июля с аэродрома Обо-Самон начали боевые вылеты и советские тяжелые бомбардировщики ТБ-3. Они летали, как правило, поодиночке и бомбили с высоты полутора - двух километров. Авиация противника ночью не летала. Обычно не открывала огня и его зенитная артиллерия. Поэтому за время боевых действий группа ночных бомбардировщиков в составе 23 машин ТБ-3 потерь не имела.

В небе Монголии советские летчики проявили беззаветное мужество и отвагу. В одном из воздушных боев 20 июля летчик старший лейтенант В.Ф.Скобарихин заметил, что на самолет молодого летчика В.Вусса насели два японских истребителя. Один из них уже заходил в хвост советской машине.

Спасая товарища, Скобарихин решил пойти на таран. Левая плоскость "ястребка" резанула по шасси, а винт по хвосту и фюзеляжу вражеской машины. Скобарихин потерял сознание. Придя в себя, он увидел, как с земли, с места падения японского самолета, поднимался столб огня и дыма.

С огромным трудом удалось Скобарихину довести покалеченную машину до аэродрома. Летчики-однополчане немало удивились, осмотрев самолет: винт погнут, крыло повреждено и в нем торчит часть колеса японского истребителя.

Старший лейтенант Скобарихин повторил бессмертный подвиг русского летчика Нестерова, первым совершившего воздушный таран. Однако теперь он был сделан на встречных курсах и на самолетах, которые сближались со скоростью около 900 километров в час - это раза в три быстрее, чем в 1914 году.

Второй таран на Халхин-Голе совершил 3 августа командир эскадрильи 56-го истребительного полка капитан В.П.Кустов. В этот день противник хотел нанести мощный удар с воздуха по позициям советских войск. Армаду японских бомбардировщиков и истребителей перехватили советские самолеты. Вот уже несколько вражеских машин в пламени упали на землю. Однако часть бомбардировщиков упорно рвалась вперед. Одну машину атаковал капитан Кустов. В решительный момент у советского летчика кончились боеприпасы. Через несколько секунд бомбы могли посыпаться на советских воинов... Винтом своего истребителя капитан ударил по фюзеляжу японского бомбардировщика, тот вспыхнул и, разваливаясь на части, рухнул вниз... При столкновении погиб и Виктор Кустов, первым в истории авиации уничтоживший таранным ударом вражеский самолет-бомбардировщик.

На следующий день, 4 августа, на Халхин-Голе таран совершил летчик-истребитель А.Ф.Мошин. В завязавшемся над горой Хамар-Даба воздушном бою советские летчики сбили восемь самолетов врага. Один из них уничтожил лейтенант Мошин. Преследуя вторую машину, он зашел ей в хвост. Однако у Мошина кончились боеприпасы. Умело маневрируя, он вплотную приблизился к самолету противника и винтом ударил по стабилизатору. Японский истребитель врезался в землю!

Мошин благополучно приземлился на своем аэродроме. Кроме чуть погнутого винта, его И-16 повреждений не имел.

В этот же день, 4 августа, бессмертный подвиг совершил комиссар 150-го бомбардировочного полка, питомец Военно-политической академии имени В.И.Ленина, батальонный комиссар М.А.Ююкин.

...На выполнение боевого задания полк повел его командир майор М.Ф.Бурмистров. Сбросив бомбы на цель, полк развернулся и лег на обратный курс. Неожиданно самолет комиссара вздрогнул: под левым мотором разорвался зенитный снаряд. Огромными усилиями Ююкин пытался удержать самолет в горизонтальном полете, но высота быстро падала. Друзья-летчики видели, как охваченный пламенем бомбардировщик Ююкина перешел в крутое пикирование и врезался в японскую артиллерийскую батарею.

Родина высоко оценила подвиги летчиков, которые таранили врага в боях на Халхин-Голе. Указом Президиума Верховного Совета СССР капитану Виктору Павловичу Кустову, лейтенанту Александру Федоровичу Мошину и старшему лейтенанту Биту Федоровичу Скобарихину присвоено высокое звание Героя Советского Союза. Батальонный комиссар Михаил Анисимович Ююкин посмертно награжден орденом Ленина.

Беспримерное мужество советских летчиков, высокие качества отечественных самолетов позволили прочно удержать господство в воздухе. Однако японское авиационное командование не хотело мириться с поражением. По данным нашей авиационной разведки, к началу августа на ближайших к МНР аэродромах Маньчжурии противник сосредоточивал большое количество самолетов различных типов.