Чтение онлайн

Неоспоримое достоинство Айры — ее легкость. Она не разыгрывает драму, не дует свою свистулю, просто вздыхает с досадой.

— Ну, бли-ин… Вы сговорились что ли? Мой пузырик тоже стал вдруг за семейные ценности топить, вернулся к жене. У тебя реально все серьезно?

— Серьезней некуда.

— Попадос, — морщит она носик и, тяжело вздохнув, резюмирует. — Ладно, позвони, как будешь свободен, я ужасно скучаю.

Она наклоняется, чтобы все-таки поцеловать на прощание, но я вновь торможу ее.

— Не нарывайся на грубость, — предупреждаю мягко, на что Айра всего лишь закатывает глаза, и маханув на меня рукой, бросает:

— Надеюсь, она стоит того, чтобы отказывать богине.

Не дожидаясь ответа, богиня гордо растворяется в толпе, а мои друзья начинают ржать, как придурки и гудеть всей толпой.

— Ууу, значит слухи не врут. Нашего плейбоя охомутали.

— Отвалите! — морщусь, показывая — таки фак.

— Не-не-не, не спрыгивай. Я слышал, что ей сорокет, — огорошивает Коди.

— Че, реально? — таращат на меня глаза остальные, я же, напряженно замерев на мгновение, подношу бутылку ко рту и жадно пью, лихорадочно обдумывая, от кого поползли слухи.

Это хреново, очень хреново. Я ведь обещал дроле, что никакой огласки не будет, пока она не порешает вопрос с Денисом, да и в целом не приготовится к последствиям. Но, если пошли звоночки, то заставить их утихнуть будет не так-то просто.

— И от кого слышал? — спрашиваю, как будто невзначай, но, всем, конечно же, сразу понятно, что ни хрена оно не «невзначай».

— Так значит, это не фейк? — уточняет Анвар — двадцатилетняя шкафина из Лос-Анджелес Лейкерс, — с таким лицом, словно у меня выросли рога на голове. Он еще совсем зеленый, плюс менталитет дает о себе знать, поэтому для него, если баба старше — это что-то на извращенном, хотя вопреки вере и воспитанию, отжигает наш малыш, порой так, что выносите святых.

— Так откуда ветер? — не обращая на него внимания, перевожу взгляд на Коди.

— Да тот нига мелкий с твоего клубешника нагнал мути. Подходил ко мне после игры, поздравлял с победой, ну, и про тебя обмолвился.

Я задумчиво хмыкаю, думая, что надо будет серьезно перетереть с Джаредом. Чувак он в общем-то неплохой, но болтливый.

— И че, как оно? — прилетает тем временем от Джей-Джея — бас-гитариста одной известной панк-рок группы, на любви к котором мы, собственно, и сошлись.

Не догоняя, погруженный в свои мысли, приподнимаю бровь.

— Шпилить милфу? — поясняет со смешком этот озабоченный кретин, озвучивая явно общий интерес.

Не знал бы придурков, проредил бы каждому отбеленные под унитаз клыки. Но так уж у нас повелось — без табу и расшаркиваний. Обсуждали и телок, и секс, и все, что взбредет в голову. Поэтому винить некого, но обозначить границы стоит.

— Иди на хуй! — отзываюсь спокойно, но с вполне читаемым предупреждением. И мои друзья на то и друзья — сразу же считывают настрой.

— Лады, понял — принял, — примирительно поднимает руки Джей-Джей с зажатой в пальцах зажигалкой и сигой.

— Че, по серьёзке что ли? — медленно затягиваясь кальяном, уточняет удивленно Хью: продюсер, сонграйтер, рэпер, мой лучший друг и просто капля здравомыслия в нашей компашке отбитых.

— Ну сказал же.

— Да я хз, может, ты от Айры гасишься.

— Ни от кого я не гашусь, отъебитесь уже! — отрезаю раздраженно, хоть и понимаю, что бесполезно.

— Не ну подожди… — насмешливо тянет гад Коди, явно припоминая мне все стебы, пока он был безнадежным оладухом влюблен в свою первую жену. — Такое событие — Красавчика Бо окрутили!

— И че, тебя впирает со взрослой бабой? — продолжает Анвар таращить глаза с видом, будто я на его глазах трахнул труп, а не завел отношения со взрослой женщиной.

— А че нет-то? — вставляет свои пять копеек Джей-Джей, закуривая.

— Ну, блин, я бы не смог, — открещивается Анвар.

— В смысле не смог? Ты че импотент? Присунуть милфе — это же влажная мечта каждого пацана, — подает голос наш вечно откисающий молчун Джонни: актер, певец, модель и просто заебавшийся от жизни чувак с вечно недовольной физиономией. Если бы бичфейс был человеком, то Джонни стал бы его воплощением.

— Не, ну одно дело, когда тебе пятнадцать и ты на двадцати пятилетнюю дрочишь, а другое — на сорокалетнюю, — распаляясь, стоит Анвар на своем, отставив бокал на столик. — Она же старая. И вообще сколько через нее мужиков прошло, там же это… ну раздолбанное все.

Он морщится, а мы с пацанами начинаем ржать над этой дремучестью.

— Малыш, не хочу тебя расстраивать, но твои крошки из эскорта к своим девятнадцати перевидали больше членов, чем ты в мужских раздевалках, и ничего же твой хуй не болтается там, как в ведре. Или у тебя в штанах все настолько печально? — дразнит его Джей-Джей, вызывая у нас новый взрыв смеха.

— Идите в жопу, придурки! Порядок у меня в штанах. А вот у милф, если еще и рожала, точно нет!

— Не, милфы — классные зажигалки. У меня как-то был роман. Такого куража я ни с одной девкой не ловил. Мы отрывались в Лас-Вегасе, как в последний раз, — делится Джонни, удивляя нас всех. Обычно, он про свою личную жизнь не любит распространяться.

— Ну, и чего же все закончилось, раз она такая классная? — язвит Анвар, не привыкший сдаваться, как и всякий спортсмен его уровня.

— Я сказал, что она была классной зажигалкой, а не классной. Закончилось все буквально через пару дней, как только мы прилетели в Элей. Нас по дороге из аэропорта перехватил ее муженек — какой-то мафиози из Мексики. Я думал, все, пиздец, меня убьют. В итоге он прямо на трассе начал разборки: кричал, как припадочный, размахивал пушкой, пару раз даже попытался врезать мне, а потом разрыдался, как пацан, повторяя, как одержимый: «puta, puta, puta». Вы б его видели, мужик реально там чуть не отъехал, хватался за волосы и натурально рыдал. Так ему хреново было.

— Пиздец! — резюмировал Коди, мы все согласно поморщились, но не столько от отвращения, сколько от ужаса оказаться на месте того мужика. — И чем кончилось?

— Да ничем, мы как-то добазарились и поехали бухать в бар, а сука эта свинтила еще до того, как начался махач. Что там у них дальше было я хз, но короче, баба была огонь, я к этому.

— Ну, окей, это она в сорок еще огонь. А лет так через пятнадцать? Тебе сколько и твоей бабуле? Что с ней делать, в домино играть? — никак не угомонится Анвар.