Чтение онлайн

Да, внизу целая толпа народу, но здесь, в доме, мы только вдвоём, а он, как был холодным истуканом, так и остался. Захотелось расчесать каре обратно, оголяя выбритый висок с недавно сделанной тату - за которую я от него получила даже больше, чем от строгой Надин - переодеться в привычные джинсы с майкой и выгнать его взашей обратно к друзьям.

– Так пойдёт?

– Да, вполне, спасибо. Дальше я сама справлюсь, - меня развернули за плечи и слегка встряхнули.

– Ты даже не посмотрела.

Я послушно оглядела комнату: плотные шторы не давали последним лучам солнца проникнуть внутрь, создавая полумрак; включенная в розетку гирлянда озаряла пространство мягким светом, отбрасывая причудливые блики на обитые деревом стены; развешенные повсюду фотографии делали комнату какой-то мистической, а в воздухе витал приятный, пробуждающий голод запах свежеприготовленных блюд.

Парень, в которого я влюблена уже почти год, стоял совсем рядом, держа меня за плечи, и внимательно смотрел, словно никогда раньше не видел. Как было бы здорово, если бы он и правда был моим. Мы бы вместе дождались приезда родителей, я бы познакомила их, со смехом наблюдала, как вытягивается лицо отца и загораются озорством глаза матери. Как Надин качает головой, словно всегда знала, что когда-нибудь это произойдёт, а дядя лезет за фотоаппаратом, спеша запечатлеть памятный момент. И мы веселились бы весь вечер, наперебой рассказывая друг другу всё, что произошло за эти два года...

– Всё даже красивее, чем я ожидала. Спасибо, им обязательно понравится, - улыбка вышла грустной, но он согласно кивнул и, словно опомнившись, убрал руки и отошёл.

– Ладно, тогда я пойду. Удачи, малец!
– рука застыла на полпути к моей голове, он не растрепал мне волосы, как делал всегда, только неуклюже помахал рукой на прощание.

А я, стоя одна посреди красиво украшенной комнаты, вдруг почувствовала себя такой одинокой... Внутри неприятно скреблось дурное предчувствие, но я как могла постаралась отогнать его.

Родители приехали с опозданием, некоторые блюда пришлось разогревать в микроволновке под горестные оханья Надин, но всё же я была счастлива. До того момента, пока не узнала, что вместо месяца они приехали на два дня.

Я до сих пор помню ту гробовую тишину, которая воцарилась в комнате после заявления отца. Виноватый взгляд матери, старающейся что-то мне объяснить и цепляющейся за мои руки, её рассеянную улыбку.

– И куда на этот раз?
– фраза вышла такой бесцветной, безэмоциональной, словно мне на самом деле было всё равно.

Словно я не давила подступающие к горлу всхлипы, уже даже не от боли, нет, от обиды за себя, за крёстную с дядей, за всех нас. Словно в ушах не заложило, как от взрыва, и не начало противно звенеть.

– В Азию. Нам доверили новый фотопроект по заповедникам Вьетнама. О, Мари, это такой шанс, такая красота! Мы бы взяли тебя с собой, но у тебя ведь школа, поступление, а мы всё время будем в разъездах, далеко от цивилизации...

Она всё тараторила и тараторила, а до меня медленно доходил смысл её слов. Школа, поступление? Но в школе мне ещё два года учиться...

– На сколько?

– Что?
– мама заморгала, явно сбитая с мысли.

– На сколько вы уезжаете?

– Мари...
– этот виноватый взгляд и тихий голос привели меня в бешенство.

– На сколько, чёрт вас возьми, вы уезжаете?!

Мама шарахнулась от моего крика и громкого удара по столу, а отец нахмурился и поправил очки. Он всегда так делает, когда врёт. Это я знаю, несмотря на то, что провела с ними очень мало времени.

– Года на два, может на три, - он постарался придать своему голосу как можно больше строгости.
– Для тебя будет лучше остаться здесь с крёстной и дядей.

– Для вас, - я чеканила каждое слово.
– Так будет лучше для вас! Вы никогда, ни разу не подумали ни обо мне, ни о Надин с дядей! Каково мне без родителей, каково им, молодым, поднимающим свой бизнес, возиться с подростком, они даже собственных детей не заводят!
– мама пыталась утихомирить меня, но я зло откинула её руки.
– Вы не имели права приезжать в этот дом. Вы даже на порог не имели права ступать. Зачем вы приехали? Думая о нас? Соскучившись? Как бы не так! Вы просто решили очистить свою поганую совесть, заявившись и помаячив своими задницами здесь, перед нами!

Я бы наверное ещё долго кричала на них, изливая всю ярость, что накопилась внутри, но настойчивая трель телефона меня отвлекла.

– Что?!
– даже не посмотрела, кто звонил, да это было и неважно. Самое главное было удержаться на грани и не впасть в истерику.

– Малец, ты чего кричишь?
– голос Лена на другом конце трубки был удивлённым.
– Тебе случайно мои ключи не попадались? Нигде не могу найти, а без них домой не попасть. Подумал, может у тебя обронил, когда комнату украшали.

Я начала лихорадочно шарить взглядом по комнате. Ключи нашлись на полу рядом с окном.

– Да, они здесь. Нет, не приходи, я сама дойду. Нет, всё в порядке.

Всё это время родители сидели, виновато понурив головы, а когда я уходила, даже не попытались остановить. Только Надин пошла за мной, проследила, чтобы я одела куртку. Она знала, что говорить мне что-то или успокаивать в тот момент было бесполезно. Наверное она бы не выпустила меня из дому, если бы не знала, что я иду к Лену.

Наверное, несмотря на свой возраст, именно она всегда была моей настоящей матерью. Тогда я впервые задумалась о том, что биологические и настоящие родители это не одно и то же.

Когда я вышла, на улице уже было темно, моросил мелкий дождик, и редкие прохожие старались скрыться в подъездах своих уютных домов. Я даже не помню, как дошла до дома Лена, в моей голове была зияющая пустота. Но, судя по его вытянувшемуся лицу, дошла я быстро.

– Ты в спринтеры никогда податься не хотела?
– насмешливый тон постепенно смолк.
– Маш? Что случилось?

Вот знаете как бывает, когда ты держишься, изо всех сил держишься, не плачешь, не кричишь. Но стоит кому-то спросить в чём дело, сжать плечо, посмотреть обеспокоенным взглядом, и плотина внутри рушится, с оглушительной скоростью выпуская наружу едва сдерживаемые эмоции. И тебя начинает трясти, трясти так, что даже на ногах устоять уже подвиг, а слёзы крупными каплями катятся из глаз, непроглядной пеленой застилая обзор.

Лен быстро, не говоря ни слова, выхватил ключи из моей дрожащей руки и потащил в сторону подъезда, практически на себе приволок в квартиру и усадил на мягкий кухонный диванчик, опустился на корточки и попытался обнять, утешить.