Чтение онлайн

– Хочешь сказать, что не все время работаешь цирковым наездником?

– Нет.

"Сейчас надо немного отступить, - подумала Дейзи.
– Тогда, возможно, он перестанет упрямиться, и я кое-что о нем разузнаю".

– А кто такие братья Квест?

– На самом деле это один Оуэн Квест. В цирковом деле существует традиция - циркачи думают, что название номера или самого цирка будет звучать лучше, если в него вставляют слово "братья", хотя никаких братьев в действительности не существует. Оуэн владел цирком двадцать пять лет и перед самой смертью попросил меня в течение сезона выступать под его именем.

– Для тебя это, должно быть, свято.
– Она выжидательно посмотрела на Алекса и, не дождавшись Ответа, решила копнуть глубже, - Так ты каждый год оставляешь нормальную жизнь, нормальную работу...

– Ммм, - промычал Алекс, игнорируя ее попытку, и показал Дейзи на столб электропередачи.
– Ну-ка, раскрой пошире глаза и посмотри на эти стрелки.

К столбу была прикреплена табличка, на которой виднелась красная карточная пика, в середине которой красовалась синяя буква "К". Стрелка указывала налево.

– Что это за стрелки?
– недоуменно спросила Дейзи.

– Они показывают нам путь к следующей стоянке.
– Притормозив, Алекс подъехал к перекрестку и свернул налево.
– Этим у нас занимается Добс Мюррей, выезжает заранее и расставляет такие знаки - это называется "разметить маршрут".

Дейзи сладко зевнула.

– - Скорее бы уж доехать, - мечтательно произнесла она.
– Я сразу лягу и как следует высплюсь.

– Боюсь, что спать тебе придется только ночью. В цирке не бывает лишнего персонала, поэтому на разгрузке работают все, даже дети, а имущество у нас, как ты сама видела, немаленькое.

– Ты полагаешь, я буду работать?

– Что, боишься поломать ноготки?

– Я вовсе не такая белоручка, как тебе кажется.

Алекс посмотрел на нее с явным недоверием, но Дейзи решила избегать ненужных ссор и пробормотала':

– Я только хотела сказать, что совершенно не знаю цирковой работы.

– Научишься, как раз сейчас на пару дней уехал Боб Торп - парень, который продает билеты. Пока он не вернется, можешь посидеть в кассе, если, конечно, у тебя хватит ума отсчитывать сдачу.

– Во всех основных валютах, - не удержавшись, съязвила она.

– Кроме того, тебе придется кое-что делать по дому. Для начала можешь навести хоть какой-то порядок в этом чертовом трейлере, Я бы не стал возражать сегодня и против горячего ужина.

– Я тоже. Придется поискать хороший ресторан.

– Я говорю не об этом. Если ты не умеешь готовить, то я могу тебе помочь.

Скрыв раздражение, Дейзи приняла навязанный ей тон беседы.

– Не думаю, что взвалить на меня всю домашнюю работу - лучший способ начинать семейную жизнь. Надо разделить ее поровну.

– Согласен. Тебе действительно пора браться за свою половину семейной работы. Это только начало, потом придется делать и кое-что еще. Когда мы сошьем тебе костюм, я поставлю тебя в спектакль.

– Спектакль?

– Да, так мы называем наши представления. Будешь участвовать в параде-алле, когда начинается вечер. Эта работа обязательна.

– Ты собираешься сделать меня участницей представления?

– В представлении участвуют все, кроме рабочих и леденцовых мясников.

– Кто такие леденцовые мясники?

– В цирке существует свой, специфический язык - ты со временем к нему привыкнешь. Мясниками называют билетеров.

Стойки называются связками. Большой купол называется шатром и никогда палаткой, в цирке только две палатки - в одной размещается кухня, в другой - директор. Вся стоянка подразделяется на задний двор - где живем мы в вагончиках, и парадный двор - место для публики. В каждом цирковом номере тоже присутствует свой жаргон. Ты к нему привыкнешь.
– Он сделал паузу. Если конечно, продержишься здесь достаточно долго.

Дейзи проигнорировала последние слова.

– А что такое нужник? Я слышала, ты вчера употребил это слово.

– Это туалет, ангелочек.

– А...

Следующие несколько миль Дейзи переваривала то, что рассказал ей Алекс. Однако ее больше занимало то, чего он не сказал.

– Тебе не кажется, что ты мог бы рассказать о себе немного больше?

– Не вижу никаких оснований, - Основание то, что мы с тобой муж и жена. Я, например, могу рассказать тебе все о себе.

– Меня это совершенно не интересует.

Ответ задел самолюбие Дейзи, но она решила не обращать внимания на такие мелочи.

– Нравится нам это или нет, но вчера мы поклялись друг другу в супружеской верности. Мне кажется, стоит задать самим себе вопрос: собираемся ли мы что-то сделать из этого брака?

Алекс потрясенно обернулся к Дейзи.

– Это не брак.

– Что?

– Это не брак, поэтому выброси свои идеи из головы.

– О чем ты говоришь?
– возмутилась Дейзи.
– Это, без сомнения, брак.

– Нет.., это просто стечение обстоятельств.

– Стечение обстоятельств?

– Да.

– Понятно.

– Вот и хорошо, что понятно.

Его упрямство взбесило Дейзи.

– Ну хорошо, коли ты считаешь, что это стечение обстоятельств, пусть будет так, но эти обстоятельства касаются меня лично, и я намерена что-то с ними; делать, хочешь ты этого или нет.

– Я не хочу.

– Алекс, мы дали клятву. Священную клятву!

– Эта клятва не более чем пустой звук, и ты это прекрасно знаешь. Я тебе уже сказал, в чем будет заключаться наш с тобой брак. Я тебя не уважаю, более того, ты мне вообще не нравишься, так что я не собираюсь играть сгорающего от страсти молодого мужа.

– Превосходно. Кстати, ты мне тоже, не очень нравишься.

– Значит, мы великолепно понимаем друг друга.

– Да и как может понравиться человек, который позволил себя купить? Но это не значит, что я собираюсь уклоняться от своих обязанностей.

– Приятно слышать.
– Он не спеша окинул ее оценивающим взглядом.
– Ты убедишься, что не все твои обязанности будут неприятными.

Дейзи почувствовала, что краснеет, и эта инфантильная реакция настолько ее разозлила, что она бросилась в атаку: