Чтение онлайн

– Мы так и не смогли доказать, что это были они, - сказал Лакхлан.
– Но они и другие Расы Перворождённых - другие обладатели магии в мире - праздновали Проклятие, думая, что это будет нашим концом. По общему признанию, у них было некоторое оправдание. Наши предки были жестокими людьми. Есть причина, по которой в человеческих сказках говорится о драконах, сжигающих деревни...

– Мы больше так не делаем, - сказал Алек.

– …и убивающих невинных.

– Или это.

– А как насчёт похищения девушек?
– выпалила я. Я прочитала достаточно книг Братьев Гримм, чтобы знать, как развивались истории, а диснеевские версии мало походили на оригиналы. Был также тот факт, что я сидела в комнате в башне, загнанная в угол парой долбаных драконов.

Лакхлан не стал этого отрицать.

– Судьба выбирает пару для каждого, Хлоя. Даже для людей. Ваш вид просто обычно не живёт достаточно долго, чтобы встретить человека, выбранного для них. Или, может быть, они встречаются в другой жизни, я не знаю. Но время не является проблемой для Перворождённых Рас. Мы можем ждать тысячи лет, пока появится наша истинная пара. Когда умерла последняя самка дракона, наши предки приготовились последовать за ней. Однако судьба - штука изменчивая. Она корректирует и адаптирует. Вместо того чтобы вымирать, мужские пары находили новые пары среди Перворождённых.

Что ж, это звучало не так уж плохо. И его объяснение об истинных парах имело смысл. Всегда были те редкие пары, которые казались идеальными друг для друга, или случайная трогательная история пожилой пары, которая умерла с разницей в несколько часов или дней.

– Судьба подарила нам новые пары, - сказал он, - но это была несовершенная адаптация, - он нашёл свободную нитку на постельном белье и оборвал её, оставив крошечную дырочку.
– Каждый раз, когда пара драконов сочетается с женщиной из другой расы, мы забираем её у её народа.

– И шанс спариться с одним из её собственного, - пробормотал Алек, пристально глядя на прорыв.

– Вампир, оборотень, ведьма и фейри, - сказал Лакхлан.
– Все другие Расы Перворождённых объединились против нас. Они не могли сразу убить наших мужчин, поэтому они нацелились на наших женщин, убивая своих собственных дочерей в попытке стереть драконов с лица земли, - его челюсти сжались.
– При этом они даже убили своих собственных родственников. За исключением нашего короля, все драконы - не совсем взрослые, так как наши матери происходят из разных рас. Но лордов других Перворождённых это не волновало.

– Они просто хотели нашей смерти, - с горечью сказал Алек.
– Если бы в мире не было драконов, судьба в конечном итоге соединила бы их женщин с приемлемым партнёром, - он одарил меня тонкой улыбкой.
– Отношение твоей матери к нашему образу жизни не ново. Большинство Перворождённых - похотливые существа, но драконы - единственная полиаморная раса. Тысячелетний принц вампиров вряд ли обрадуется, увидев, как его дочь сочетается браком с двумя мужчинами, которые делят постель.

– Итак, это была война, - произнёс Лакхлан.
– Мы сражались веками, и наша численность сокращалась. Отчаявшись, наши предки стали приобретать женщин, чтобы проверить, совместимы ли они как пары. Эта практика - то, откуда берутся ваши сказки.

«Приобретение», - сказал он. Но на самом деле он имел в виду похищение.

– Ты хочешь сказать, что держали их в плену?
– я оглядела почти пустую комнату. И зарешеченное окно. Замок был старым. Башня выглядела древней, блоки в стенах были грубее и примитивнее, чем в других комнатах, которые я видел.
– Вы держали их в таких местах, как это.

– Это было другое время, Хлоя. Наши люди умирали.

– Что не делает все это правильным.

– Нет, - тихо сказал Алек.
– И это редко срабатывало. Кормак, наш король, заключил договор с другими расами. Драконы согласились не захватывать и не использовать магию для кражи женщин, а другие Перворождённые согласились на прекращение огня. Как только пара драконов претендует на самку, её сородичам запрещается пытаться вернуть её обратно. Но мы должны заявить на неё права по справедливости, и она должна прийти к нам по собственной воле.

Когда воцарилась тишина, я изо всех сил пыталась во всём разобраться. Значит, их война закончилась, и они были вольны преследовать любую женщину, какую захотят, до тех пор, пока не удерживали её против её воли?

Тогда почему я сижу в комнате с решётками на окнах?

– Чтобы обезопасить тебя, - сказал Лакхлан, прочитав мои мысли.
– Договор остановил войну, но это не заставило других Перворождённых внезапно полюбить нас. Нацеливание на наших женщин остаётся одним из немногих способов причинить вред дракону. Наши враги вечно обходят границы договора, не нарушая его. Заявление прав на тебя обеспечит некоторую защиту, но ты всё равно будешь уязвима. Самое безопасное место для тебя - рядом с нами.

Мои губы приоткрылись. Он имел в виду навсегда? То есть я никогда больше не смогу быть одна? Даже не выпить кофе?

– Пока, - проговорил он.

Я потёрла лоб, который заболел.

– Есть над чем подумать. Всё это ново для меня, и то, что вы оба у меня в голове, не помогает.

– Для меня это тоже ново, девочка, - Лакхлан взглянул на Алека.
– Телепатия не была одним из моих даров, пока не появился ты.

Я опустила руку.

– Что ты имеешь в виду?

– Это способность фейри. Моя мать была оборотнем, - он поморщился.
– Не раса, известная своими навыками общения.

Мой взгляд переместился на Алека.

– Значит, твоя мать была...

– Фейри. Мы наследуем дары от наших матерей, но драконья кровь сильна. Например, Лакха притягивает луна, но он не может обратиться в волка. Его драконья сторона слишком доминирующая. Когда мы передаём наши гены, наши дети получают только нашу ДНК дракона. Это, как если бы кровь защищала себя от разбавления.

Упоминание о детях заставило мой желудок сделать странное маленькое сальто.

– Я человек. У меня нет никаких даров, которые я могла бы передать.

Аура дискомфорта окутала мужчин. Алек улыбнулся, но это была не одна из его открытых, непринуждённых улыбок.

– Ты передашь любовь своим детям, девочка.

Лакхлан молчал. Когда я встретилась с ним взглядом, он опустил глаза, выражение его лица было таким напряжённым, каким я его никогда не видела.

И вдруг кусочки головоломки встали на свои места. Его относительная холодность по отношению ко мне, когда Алек был таким тёплым и очаровательным. Его не очень тонкие попытки убедить меня остаться в Нью-Йорке.

– Это беспокоит тебя, - сказала я.
– Что я человек.

Он поднял голову, но его глаза были закрыты.

– Это не имеет значения. Судьба выбрала тебя для нас.

– Как ты можешь быть уверен?

Улыбка Алека исчезла.

– Я думаю, прошлая ночь доказала это. И ночь до этого, - он скользнул взглядом по моему накрытому простыней телу.
– Отрицай это сколько хочешь, милая Хлоя, но ты хочешь нас. Очень сильно.

Жар расцвёл во всех обычных местах, но я не обращала на это внимания. Я не могла позволить ему снова соблазнить меня. Мне было о чём подумать. Например, согласна ли я связать себя обязательствами вечной жизни с двумя драконами.