Почему драконы изменяют?
Шрифт:
— Ну, что же, это нормально… Значит, вы на верном пути. Чем дольше я живу, чем больше узнаю живых существ, чем больше совершенствуюсь, тем яснее понимаю, что мне предстоит ещё очень много узнать. В жизни столько оттенков… — задумчиво проговорил он, листая первые страницы книги, — интересное издание. Мне не попадалось. Ведьмы — любопытные существа, вы знаете?
— И чем же они заслужили такую оценку? — я пытливо потянулась чуть вперёд.
— Вы же знаете, что мы черпаем магию извне, как и многие существа? Маги, оборотни, наги из соседних миров, да даже демоны… а вот ведьмы построены иначе. Для них важна, конечно, природа и окружающий мир, но у них источник силы внутри. Всё ещё зависит от мира, но… Вот в вашем мире именно они чаще всего спокойно приспосабливаются к жизни, когда закрываются переходы. Да что там… они сами туда стремятся. Они гораздо слабее, чем многие магические существа, и в техногенных мирах чувствуют себя прекрасно. Никто не стремится их использовать. Хотя ведьмы на Земле потеряли осторожность, после чего ваш вид благополучно почти полностью уничтожил их, сжигая на кострах…
— Надо же… А зачем они нужны другим? — я ещё не начала читать эту книгу, и дракон разбудил во мне любопытство.
— По-разному. Чаще всего они используют магию через предметы. Обычно они — хорошие травники и зельевары. Каких только зелий у них не существует! И отравят, и влюбят, и к праотцам отправят. А ведь ещё есть заговоры и проклятия, которые некоторые из них могут с лёгкостью наслать… Но не это в них привлекает иные расы, а то, что они могли дать магию там, где её нет или не хватает. У нас магический мир, но и здесь полно материалов и мест, где магия не работает. Магические каналы обходят или отражаются от них. Есть существа, которые по тем или иным причинам ограничены в магии. Есть миры, где количество магии ограничено… Правда, содержание ведьм весьма и весьма хлопотно.
— Содержание? — слово неприятно царапнуло мой слух.
— Да, во многих мирах они — рабы или батарейки магов, — он захлопнул книгу, а я вздрогнула.
— Бедные…
— Умная ведьма может стать весьма богатой… — усмехнулся мужчина, возвращаясь на своё место, — я не зря говорил, что их содержание весьма хлопотно. Чтобы регулярно получать от них достаточно магии, они должны быть счастливы, а иначе будут только крохи…
— Любопытно, но это не отменяет того факта, что вы избегаете свою группу…
— Неужто руководство с вас спрашивает? — прищурившись, он впился в меня взглядом, на что я только невинно хлопнула ресницами.
Как он хотел? Мне за его приём платят хорошие деньги, и логично, что кто-то, да спросит. А из того, что запрос был за печатью туманного рода, я сделала вывод, что он, как и Шэннон, дознаватель.
— Спрашивает, — констатировал он.
— Конечно.
Наш приём ещё не закончился, и я всё ещё хотела вернуть разговор в нужное мне русло, но дверь распахнулась под натиском красноволосой драконицы.
— Всё! Меня все достали! Если я срочно не посплю в своём любимом кресле, то я кого-нибудь спалю! — с чувством произнесла Шэннон, целенаправленно двигаясь к облюбованной ею мебели… вот только там было занято.
— Шэннон, у нас сейчас не назначено! — рьяно подскочила я с кресла, перегораживая ей путь. — Нужно приходить по записи!
— Почему? — возмущённо выдохнула она, заглядывая мне через плечо. — Рош?! Ах ты, ящерица белобрысая! Я за тебя переживаю, а ты у всяких мозгоправов прохлаждаешься! — отодвинув меня, она недовольно сверкнула глазами.
— Шэннон, успокойся!
— Успокоиться?! Мне приходится работать непойми с кем, потому что мой сотрудник от меня бегает! Я сейчас сама тебе мозги на место вставлю, раз ни один менталист не справился!
Глава 23
Мои с любовью подобранные подушки тихо тлели, как и полюбившееся клиентами кресло. Вот его было жалко… мои нервы было жалко, кувшин для воды было жалко, а драконов хотелось прибить.
Шэннон и Рош смирно сидели на одной софе, пока я, постукивая карандашом по блокноту, прожигала их недовольным взглядом. Оказалось, что я не до конца выпустила пыл, и когда красноволосая зажгла на ладони огненный пульсар и кинула в моё любимое кресло, я готова была убивать.
Вместо того, чтобы с криком о помощи бежать прочь, я вылила на неё воду из кувшина. Хорошо, что белобрысый, как я и предполагала, оказался хорошим менталистом. Когда красные чешуйки проявились на её скулах, а в глазах зажёгся кровавый огонь, мне самой захотелось по-тихому себя прикопать, чтобы не мучилась, а он ничего. Только пот градом катился по вискам мужчины, когда он окутывал Шэннон успокаивающим заклинанием.
Теперь они с исследовательским интересом не спускали с меня глаз, пока я прожигала их взглядом и строчила отчёт их руководству. Кто-то же должен заплатить за спалённое кресло!
— Приятно, наконец, познакомиться, Рош, — мягко проговорила.
В конце концов, я психолог или нет?! Агрессия к драконам неприменима, страх тоже следует затолкать подальше, иначе спалят к чертям и не заметят. Остаётся только девиз из мультика: «Улыбаемся и машем, парни. Улыбаемся и машем». В последнее время я что-то к нему чересчур часто обращаюсь.
— И мне, — поморщился беловолосый, недовольно кинув взгляд на Шэннон, что раскрыла его инкогнито.
— Я-то откуда знала, что ты здесь в шпионов играешь?! — недовольно фыркнула драконица.
— Вообще-то, поход к психологу, как и менталисту, сугубо интимный процесс. Каждый сам определяет, как и когда ему раскрываться. Поэтому нужно приходить строго в своё время, чтобы не нарушать сложившийся порядок, — ехидно протянул белобрысый. В этот раз в его облике не было и капли умиротворения, словно Шэннон передала ему свой огонь.
— Ну, извините, что я вас прервала! Между прочим, мне тоже срочно нужно было сюда!
— О, да! Я слышал! Выспаться в её кресле… это так-то ты распоряжаешься имперскими деньгами? Так решаешь свои проблемы?
— Какие проблемы?! У меня их не было бы, если бы один белобрысый менталист, жалея себя, бедненького, не бегал бы от меня, Элеоноры и от своего лучшего, между прочим, друга Рагнара, как от демонов. Я всегда думала, что мы — не просто команда, а семья! Столько лет вместе, столько всего прошли, а ты… стоило один раз ошибиться, и голову в песок!
— Это не так!
Они тяжело дышали, скрестив взгляды, словно шпаги. На их скулах одинаково гуляли желваки, зрачки аналогично вытянулись, а сквозь кожу проглядывал рельеф чешуек. Споры драконов — это вам не человеческие разборки. Мысленно фыркнув, я наклонилась чуть вперёд, не желая пропустить ни единой эмоции на их лицах.
— А как тогда? Ошибки — часть жизни, на них учатся, из них извлекают уроки. Никто не идеален…
— Это не так! — воскликнул Рош. Теперь его недовольный взгляд перекинулся на меня; будь его воля, он бы тут же превратил меня в камень, чтобы не вмешивалась.
— Алекса, видишь ли, Рош у нас мальчик идеальный, — ехидно протянула красноволосая драконица, — он сам сотни раз говорил нам, что ошибки — это часть круга жизни, но стоило ему самому ошибиться, как он сразу впал в детство. Что, гордыня не справляется? — протянула она, полностью беря контроль над собой. Такой я видела её, когда она бралась за работу. Собрана, серьёзна, готова вытащить на свет самый грязный секрет.