Почему ты?
Шрифт:
– И правда, - согласился Юрген, выглядя очень гордым. – Пивоварня известна именно тем, что заботиться о своих сотрудниках.
– Слушай, слушай, - воскликнула мама, но до того, как она продолжила, я успела вставить пару слов.
– Но теперь ты здесь, ведь так?
Алекс задумчиво посмотрел на меня.
– Ты совершенно права. – Его взгляд был таким загадочным, что без сомнения тронуло меня.
– Мы должны за это выпить! – Предложила моя мать, снова прикрывая всяческую связь между мной и Алексом.
Я механически потянулась за стаканом, чокнулась им с другими и проглотила едкую жидкость. Все эти вещи были очень сложными, и посылали меня в гору перемен, сопровождая противоречивыми чувствами. Все должно проясниться.
– Где ты сейчас живешь? – Любопытство моей мамы неисчерпаемо.
Алекс не сопротивлялся.
– Конечно, у своего старика. – Он тихо рассмеялся, когда Юрген в шутку пригрозил ему кулаком. – Но я хочу как можно скорей переехать в отдельную квартиру. Это не так-то просто, когда оказываешься впервые в городе и не располагаешь большим, чем чемоданом шмоток.
Карин сочувственно посмотрела на него.
– Я тоже так думаю. Жаль, я не могу ускорить поиски. – Она задумчиво постучала пальцем по подбородку, и внезапно ее лицо озарилось. – Но, знаешь что? Емили может тебе помочь – ведь так, Эмми? – Взгляд, направленный в мою сторону, не был вопросом. Уверена, это был риторический вопрос, потому что она всегда верила в лучшее во мне. – Не так давно она помогла своей подруге найти жилье, переехать и все в таком духе. Кроме того, будет полезно узнать женское видение, когда речь идет о благоустройстве. С помощью Эмили все определенно пойдет быстрей!
Я бы с удовольствием задушила маму. Я знаю ее – для них все уже было решено – я должна помочь Алексу с переездом. Проводить с ним больше времени, вероятно, наедине – это не было хорошей идеей, но я не могла сказать ничего такого, что не вызвало бы вопросы со стороны Юргена и Карин. Мало того Юрген так сиял, что загнало меня в тупик и не оставило другого выбора.
– Да, конечно. Будет здорово, - неубедительно пробормотала я с сарказмом, который, уверена, понял только Алекс, так как он бросил на меня какой-то неопределенный взгляд.
– Великолепно! – Карин захлопала в ладоши и наполнила стакан новой порцией, залпом выпив ее.
Второй бокал ощутился острее, нежели первый – но по какой причине, я сказать не могу.
Глава 4
Я давно решила изучать германистику. Моя страсть к книгам – это единственное положительное качество, которое я унаследовала от своего любимого отца. В лучшие времена по вечерам он читал мне, и я рано научилась делать это самостоятельно. Это наполняло меня необузданной гордостью, особенно то, что я могла читать перед другими одноклассниками – и эта радость неразрывно связана с моей жизнью красной нитью7.
Для обучения в университете необходимо развивать ум, это я понимала. Я не отношусь к такому типу людей, которые любят изучать неизвестное, следовательно, мне приходится очень тщательно готовиться к учебе. Кроме того, было совершенно ясно, куда должен следовать мой путь: больше всего я хотела работать в издательстве – и нет, не как автор, скорей наоборот. Таким образом, я хорошо представляла себя в качестве научного сотрудника в университете. Чтобы в дальнейшем придерживаться своего пути, дважды в неделю я работаю ассистентом доцента литературы. В основном моя работа состоит из поиска текстов, уборки семинарского отдела и сканирования бесконечных страниц, время от времени я могу проводить консультации и проверять небольшие домашние работы. Это доставляет мне удовольствие, даже когда мое заполненное расписание нуждается в отдыхе.
Почти.
Лингвистическая составляющая требовала от меня слишком много, хотя я не была уверена, что буду развиваться в этой области. Больше меня привлекали курсы, на которых я могла заниматься настоящей литературой. Одним автором или историческим направлением – все равно. Я хотела работать над творчеством, хотела погрузиться в него и понять, рассмотреть с разных точек зрения и открыть для себя что-то новое – и мне это всегда удавалось.
Сандра и Лена не понимали мое увлечение, но все было в порядке. Мы подружились не из-за наших профессиональных интересов, наша гармония была на другом уровне. А впрочем, дружбе это тоже способствовало, потому что противоположности притягиваются.
Когда я пришла на обед в маленькую комнату, которая была зарезервирована для помощников доцента Швабель, я была удивлена, обнаружив рядом с ней Маркуса.
– Что ты здесь делаешь? – Воскликнула я и на краткий момент не была уверена, как должна приветствовать его.
– Привет, Эмми, - сказал он и быстро обнял меня. – Рад тебя видеть.
Я была рада, что он взял на себя инициативу приветствия, но также я почувствовала растущее раздражение. Я бросила взгляд на часы и поняла, что не могла ничего перепутать.
– Серьезно, почему ты здесь?
Очевидно, я забыла упомянуть, что Маркус, не так давно ставший моим экс-бойфрендом, сыграл главную роль в моем выборе германистики, потому что он учил то же самое, но теперь уже в качестве магистра. Он работал на том же месте, что и я, только у другого доцента, который делит комнату с госпожой Швабель. На самом деле время обеда было разделено, поэтому мы почти не пересекались. Это было общепринятым правилом, которое обычно применяли для пар, а не для одиночек – здесь время должно быть посвящено работе, а не личным делам. Но еще ни разу мы с Маркусом не запирались здесь, и то, что мы встретились тут – сразу после расставания – очень удивило меня.
Когда он смущенно почесал затылок, я поняла, что моя подозрительность не беспричинна. Я громко стукнула по двери и протиснулась внутрь, устроившись на стуле. Теперь письменный стол был между нами, и это было лучшим в данный момент.
– И так? – Я наблюдала, как Маркус садится на стул с другой стороны стола. При виде его знакомых черт у меня в горле образовался ком, который оказался намного меньше, чем я ожидала.
– На самом деле… - Наконец, начал он, смотря между нами, ему явно было неудобно, - я здесь по двум причинам.
Я упираюсь локтями в стол и поддаюсь вперед в надежде казаться более открытой и одновременно нейтральной. Чего он хотел – это было интересно. За время наших отношений это редко случалось, чтобы ему было неуютно. Чтобы позволить ему продолжать, я киваю.
– И так… - Его взгляд бродит по помещению, не фокусируясь на мне, его руки нервно играют с кипой бумаг рядом с ним. Это было так нетипично для него, быть таким беспорядочным, что я начинаю терять терпение.
– Маркус! – Я пыталась говорить резко, что тяжело давалось, находясь напротив него. – Переходи к делу, ладно?